Страница 80 из 101
Мои глаза расширяются от шока, и открывается рот. Боже правый! С чего начать, чтобы переварить это откровение? Охренеть!
– Не волнуйся, – продолжил Нико, ухмыляясь моей реакции. – Они не причинят тебе боль. Мы контролируем их, и они полностью подчиняются Темным. Если тебе когда-нибудь понадобится, они в твоем распоряжении.
Я с трудом сглатываю.
– Но я… я думала, что вампиры самые мощные и страшные существа в истории?
Нико захохотал, как будто я сказала что-то чудное.
– Далеко от истины, милая. Но мы не исправляем эти слухи, чтобы сохранить секрет нашего существования.
Я киваю, пытаясь переварить услышанное. Так многому нужно научиться. Чувствую, что узнала только о верхушке айсберга. Выдавливаю для Нико ободряющую улыбку.
– Спасибо, что рассказал. Это хорошо отвлекло.
В ответ он по-настоящему тепло улыбается мне.
– Я думал, так и будет. – Он наклоняется и прижимается губами к моему лбу. Милый и целомудренный жест, из-за которого мои глаза с трепетом закрылись. Он уходит, прежде чем я успеваю заметить.
Ни один призрак не посмел потревожить мой сегодняшний сон. Ни одно видение не мучило подсознание. Только драгоценное воспоминание о губах Дориана на моей коже и вновь обретенное стремление начать жить полной жизнью без него.
Переводчики
:
Shottik, Anet85ka, natali1875, lera0711
Редактор
:
grammarnazi
Глава 24
Канун Нового Года.
Я пообещала себе, что не возьму с собой мрачное настроение в Новый Год. Это было бы неправильно быть подавленной и унылой, когда все жизнерадостные и счастливые.
Я был такой же и, честно говоря, я хочу опять такой стать.
Как бы ни было мне противно это признать, я соскучилась по старой заурядной Габс. Той Габс, которая радовалась перспективе провести вечер с подругами.
Той Габс, которая наслаждалась вечером карнавальных игр и прогулок. Человеческой Габс. Я хочу опять стать той девочкой.
– Ты выглядишь… хорошо, – говорит мне Морган сзади, когда мы оцениваем мой выбор одежды, рассматривая меня в зеркало во весь рост. Мы работали над нашими отношениями в течение всей прошлой недели. Я действительно должна была извиниться перед ней за свое поведение и, как всегда, она простила меня без вопросов.
Она действительно лучшая подруга, чем я.
– Но? – спрашиваю я скривившись.
– Ну… буду честной. Твоя попка была действительно твоим достоинством. А сейчас она практически полностью исчезла, – тихо смеется она. – Если ты не начнешь питаться, я буду насильно кормить тебя. Я не сторонник насилия.
– Я ем, – тихо говорю я, хотя даже не могу отрицать, что потеря веса плохо сказалась на моей фигуре.
– Но вынуждена признать, вещи действительно клевые! Мне они очень нравятся. Они подходят твоему стилю "я плохая девочка и мне плевать на все".
Мой рот слегка изгибается в улыбке, когда я поправляю блестящий топ без бретелек, который выбрала для нашей вечеринки в городе.
Морган, конечно же, хотела, чтобы я одела платье, но она не сильно настаивала, так как я согласилась выйти погулять. Для меня это был большой шаг, официально демонстрировать, что я вернулась к жизни. Да, я опять ожила.
Больше я не призрак, не пустая оболочка. Я выбрала жизнь ради семьи и друзей. И ради себя.
И если быть честной с собой, я действительно стала слишком жалкой. Некоторые девочки плачут и хнычут по несколько дней после разрыва. Некоторые заедают свою боль килограммами мороженного Бэн энд Джерри.
Другие, вооружившись кирпичом и битой, громили машины бывших возлюбленных. Ну а я… напивалась до бесчувствия и замыкалась в себе. Во многом, мой способ решения проблем не самый лучший. От этого было не только плохо мне, а больно всем, кто мне дорог. Я превратилась в ту, как сказал Джаред, стала – обузой.
Поэтому у меня сейчас миссия, «Операция: Возвращение к счастливой жизни», моя любовная жизнь превратилась в кошмар и за мной охотился сверхъестественный наемник.
Но я все-таки жива и хотя бы только из-за этого у меня было ради чего жить.
Спустя еще двадцать минут Морган с ее "а ну-ка, еще разок", мы запрыгиваем в мустанг и направляемся к особняку, супер модному клубу, известному своими ежегодными отпадными вечеринками.
Мы сдаём наши куртки и направляемся к буйной толпе, звукам шума, одобрительным возгласам и музыке, вибрирующей в огромном пространстве.
– Как? Мы не вип – персоны, Морган? – спрашиваю я, пока мы сигнализируем одному из многих барменов.
– Подруга, я тебя умоляю! В канун Нового Года? Даже у самого младенца Иисуса нет столько влияния!
Мы проходим по залу, останавливаясь поговорить с одноклассниками и друзьями. Я натягиваю свою самую беззаботную улыбку в надежде, что буду хоть отдаленно напоминать прежнюю себя.
Но посреди косых взглядов и сочувственных улыбок, я осознаю, что пошёл слух, будто это уловка.
Было очень легко вернуться к своим старым привычкам. Со всем этим ассортиментом алкоголя, мне б хватило всего несколько стопок, чтоб заглушить ту боль, которая опять медленно начинает меня пронизывать.
Я бы спокойно игнорировала эти неловкие взгляды и нерешительные, приветствия.
Но я не могу опять вернуться к этому и не только ради себя, но и ради Морган. Та ночь на темной аллее действительно открыла мне глаза.
Я очень надеюсь, что больше никогда не испытаю такой слабости и беззащитности.
Я до сих пор не рассказала никому из своих друзей и семье об этом случае в страхе, что они заставят меня написать заявление в полицию. И я никак не смогу объяснить почему от злоумышленника не осталось и следа.
– Эй, ты только посмотри кто здесь. – Морган указывает на три лица, которых я не видела уже несколько недель. Точнее месяцев. Тяжело сказать, как долго я оплакивала свое горе.
– Эй, дамы, – улыбается Мигель, подходя к Морган, чтоб поцеловать ее в щеку. Он неловко обнимает меня, от чего я чувствую себя как дерьмо. Когда же все успело так измениться?
– Габс! – восклицает Джеймс, притягивая меня в свои объятия. Он крепко сжимает меня, после чего отстраняется, чтоб оценить мой внешний вид с приподнятой бровью, однако никак не комментирует. – Смотрю, ты перекрасилась.
Я тепло улыбаюсь Джеймсу, после чего переключаю свое внимание на его младшего брата. Джаред внимательно осматривает меня с ног до головы своими зелеными глазами перед тем как посмотреть мне в лицо.
Неловкость, появившаяся при его приближении, быстро сменяется душевностью и панибратством.
– Привет, Габс, – говорит он, на его лице появляется мальчишеская ухмылка. Весь холод, который я ощущала буквально несколько мгновений назад, моментально исчез.
– Привет, Джаред.
Мы просто стоим и рассматриваем друг друга, не уверенные, стоит ли нам обняться. Наконец Джаред делает первый шаг, обхватывая меня своими руками и притягивая к груди.
Он такой же как я помню – с ним я всегда чувствовала себя хорошо, комфортно и в безопасности.
А запах Айриш Спринг до сих пор преобладает, хотя он и пользуется одеколоном. Он пахнет Джаредом. Моим Джаредом. Мужчиной, которого я когда то любила, еще юношей.
– О, черт! Я обожаю эту песню! Помнишь ее, Габс? – визжит Морган, из-за чего мы с Джаредом отходим друг от друга, хотя и не сводим глаз друг с друга. Я заставляю себя сосредоточиться на громких ударах, которые проносятся по всему помещению. Великолепно, это "Дэмэджд" в исполнении Дэнити Кейна. Как же в тему.
И прежде, чем я могу запротестовать, мы попадаем на танцпол, протискиваясь сквозь шумную толпу. Мы с Джаредом прижаты друг другу настолько, что танцуем ближе, чем было бы по-настоящему комфортно любому из нас.
Но вместо того, чтобы показать свою неловкость, он берет меня за руки и танцует так, как будто это самая, что ни на есть естественная вещь в мире. Как-будто я была создана для того, чтобы быть в его руках.