Страница 13 из 86
Для действий против Польши немцы развернули 37 пехотных, 4 моторизованных, 4 легких, 6 танковых и 3 горнострелковые дивизии, а также кавалерийскую бригаду. Им противостояли 23 пехотные и 3 резервные пехотные дивизии, 8 кавалерийских, 3 горнострелковые, 1 моторизованная бригады поляков. Таким образом, немцы имели заметное преимущество буквально по всем позициям. Их главное превосходство заключалось в том, что вермахт имел более 2500 танков против 600 польских, причем на направлении главных ударов это превосходство возрастало до 8: 1. Но именно здесь следует остановиться и подумать: а так ли велико было это превосходство? Ведь основную массу немецких танков составляли танкетки T-I, ничем не превосходившие польские легкие танки. Реальную боевую ценность имели только танки T-III и T-IV, которых насчитывалось около 300 штук. Поляки могли противопоставить им около 200 танков 7-ТР собственного производства и французских Рено R-35. То есть соотношение сил было далеко не столь безнадежно, как кажется на первый взгляд. Другое дело, что по организации танковых частей и соединений, по их подготовленности сравнивать немецкую и польскую армии просто бессмысленно. Например, те же самые R-35 так и не вступили в бой, а благополучно удрали на румынскую территорию, когда капитуляция Польши стала неизбежной.
Однако продолжим наш анализ. Во всех источниках пишут, что ключевой идеей плана «Вайсс» было окружение и уничтожение польских армий к западу от Вислы. Для этого, мол, были созданы две мощные группировки, которые должны были претворить в жизнь столь любимые немецкими генералами очередные Канны, а большинство танковых, моторизованных и легких дивизий были сведены вместе для облегчения действий. Но опять-таки давайте посмотрим на организацию немецких армий, участвовавших в операции «Вайсс», и мы увидим интересную вещь. 5 из имевшихся танковых дивизий были разбросаны по 4 различным корпусам, еще одна вообще находилась в резерве Группы армий «Север». Моторизованные и легкие дивизии были раскиданы совершенно аналогичным образом. В результате для ведения мобильных операций был пригоден только XIX корпус, в состав которого вошли 1 танковая и 2 моторизованные дивизии, а также XIV корпус, состоявший из 2 моторизованных дивизий. Наиболее внушительно выглядела 10-я армия, в состав которой были включены 2 танковые, 3 легкие и 2 моторизованные дивизии. Уточним, что так называемые «легкие» дивизии можно было считать недоукомплектованными танковыми, поскольку они имели примерно в два раза меньше танков. То есть ключевой принцип блицкрига — массирование танковых сил — во время своей первой кампании вермахт выполнил более чем относительно. Вдобавок силы были распределены крайне неравномерно. На юге были собраны почти все танковые и легкие дивизии, в основном в составе 8-й армии, тогда как наступавшая на севере 4-я армия имела лишь тот самый XIX корпус. И если бы немцы действительно попытались окружить поляков к западу от Вислы, северная половина клещей была бы опасно слабой.
Список странностей плана «Вайсс» можно продолжать до бесконечности. Еще один пример. В составе самой южной из немецких армий — 14-й — числился XVIII корпус, в который были включены 2-я танковая и 4-я легкая дивизии. И этот корпус был поставлен на самый южный фланг армии, на территорию Словакии, в результате чего ему пришлось с огромным трудом пробираться по горным дорогам через Карпаты. Возникает подозрение, что панцер-генералы с самого начала страдали пристрастием к танконедоступным районам.
Кстати, уже на стадии планирования стала заметна характерная особенность германской стратегии, которая сыграла свою роковую роль в Первой мировой войне и от которой германские генералы так и не сумели излечиться. Мы говорим о ярко выраженной гигантомании. Как и несчастный план Шлиффена, так и план «Вайсс» предусматривал ни много ни мало окружение чуть не всей польской армии в ходе операции, которая захватывала половину территории страны. Для этого создавались огромные войсковые группировки, управлять которыми было крайне сложно. Вдобавок ослаблялись другие направления, что могло привести к большим неприятностям, если бы противник сумел этим воспользоваться. В первые годы войны это сходило немцам с рук, но позднее они были за это не раз наказаны.
Вот одна, самая большая, по крайней мере для меня, странность плана «Вайсс», на которую никто не обращает внимание. Посмотрите на карту, где изображено развертывание немецких дивизий перед началом военных действий.
Вам сразу бросится в глаза огромный разрыв между 4-й армией в Померании и 8-й армией в Силезии, разрыв шириной около 150 километров. Я не утверждаю, что там не было никаких немецких сил вообще, наверняка были, но только пограничные и жандармские части, не более. Что помешало полякам нанести удар именно там, где открывалась прямая дорога на Берлин? Тем более что в 1945 году в ходе Висло-Одерской наступательной операции именно по этому направлению — от Познани на Франкфурт и Кюстрин — наступали советские войска. То есть местность это позволяла. Так что, может быть, Гитлер рисковал гораздо крупнее, чем подставляя свои западные границы под сомнительный удар неразвернутых англо-французских армий. Однако армия «Познань» генерала Кутшебы не сделала ни единого шага вперед, зато очень быстро покатилась назад, когда ситуация начала ухудшаться.
Итак, немцы сформировали мощнейшую ударную группу на своем южном фланге, и мы посмотрим, что они сумели извлечь из такого развертывания. В конце концов танковая война — это несколько больше, чем просто блицоперация на окружение. Главные качества танковых соединений — мобильность и ударную мощь — можно использовать и другими способами, нужно только четко представлять, чего именно ты желаешь добиться. А вот с этим у хваленого германского Генерального штаба дела обстояли далеко не лучшим образом. Танковая группа могла стать стержнем, вокруг которого строились бы действия пехотных частей. Увы…
Вторую мировую войну начал участник предыдущей мировой войны старый броненосец «Шлезвиг-Гольштейн». Наверное, в этом можно усмотреть некий мрачный символ, преемственность агрессивной политики Германии. 1 сентября 1939 года в 04.45 он открыл огонь по польскому таможенному пункту Вестерплатте. Немецкие войска пересекли польскую границу лишь в 06.00. Предполагалось, что в авангарде вторжения будут двигаться танковые дивизии.
На севере наступление 4-й армии действительно возглавлял XIX корпус генерала танковых войск Гейнца Гудериана. Здесь сразу хочется поправить многочисленных авторов, которые пишут о том, что это был танковый корпус. К сожалению, они ошибаются, вольно или невольно вводя читателей в заблуждение. На тот момент он числился обычным Armeekorps, то есть армейским корпусом. Термин «танковый корпус» появился в вермахте только в 1942 году, когда началось переименование моторизованных корпусов — Armeekorps (mot) с сохранением прежних номеров. Как пример такого заблуждения можно привести хотя бы книгу Florian К. Rothbrust «Guderian's XIX Panzer Corps and the Battle of France: Breakthrough in the Arde
Что же должны были делать дивизии «Стремительного Гейнца»? В приказе по корпусу об этом говорится совершенно однозначно: наступать практически прямо на восток к нижнему течению Вислы и выйти к реке в районе Свеце, чтобы таким образом перерезать Польский коридор. Как мы видим, ни о каких грандиозных планах окружения пока не идет речи. Немцам в этом районе противостояла только 9-я пехотная дивизия, фронт которой был растянут на 70 километров. Оказать серьезное сопротивление по всему фронту она, разумеется, не могла. Поэтому наступавшая на левом фланге корпуса 3-я танковая дивизия катила вперед практически беспрепятственно. Она сумела беспрепятственно захватить мост через реку Брда, обеспечив себе выход на оперативный простор. Однако не все шло гладко. 2-я моторизованная дивизия, наступавшая в центре боевых порядков корпуса, столкнулась с ожесточенным сопротивлением поляков и заметно отстала от танкистов. Командующий польской армией «Поможе» решил попытаться остановить немцев, нанеся им удар во фланг, хотя, судя по всему, он просто не представлял, какими силами располагает противник. Против XIX и II корпусов он решил бросить 2 пехотные дивизии, которым еще требовалось сосредоточиться. Но Гудериан не собирался предоставлять полякам время для этого. Он приказал авангарду 3-й танковой дивизии, не задерживаясь, наступать далее через Тухольские леса прямо к Висле, как и предусматривалось ранее. Одновременно, совершенно неожиданно для поляков, в наступление из Восточной Пруссии перешел XXI корпус. Произошло то, чего следовало ожидать, — Польский коридор был перерезан, и части армии «Поможе» оказались в окружении. Впрочем, особой заслуги немцев в этом не было, за них сработала география. Попытки поляков вырваться из окружения успеха не имели, так как управление войсками было полностью утрачено, полки и батальоны действовали по отдельности. И если части сил 27-й дивизии удалось-таки просочиться сквозь кольцо окружения, то главная заслуга в этом принадлежит Гудериану, который всегда мчался вперед, сломя голову, и не задумывался о том, как уничтожить окруженного противника. 3 сентября состоялся и знаменитый бой кавалерийской бригады «Поможе» с частями 3-й танковой дивизии, родившей легенду о польских уланах, саблями рубивших немецкие танки.