Страница 52 из 72
Но победа досталась македонцам, и могучая Персия зашаталась. Вавилон не тщился надеждами на организацию сопротивления, как и Сузы, а потому в стремлении избежать резни и разграбления они с покорностью приняли победителя. И в Сузах снова побежденный сатрап Абулит сохранил должность и получил разрешение править от имени Александра с македонским гарнизоном в крепости. Поскольку Дарий все еще оставался на свободе, Александр не мог сидеть сложа руки. Он реформировал и усилил войска и его командные структуры. Подкрепления продолжали поступать, а «армия — мстительница за Грецию» тем временем приближалась к окончательной точке — Персеполю.
ПЕРСИДСКИЕ ВОРОТА
НА СТРАНИЦЕ СЛЕВА
Реконструкция ворот Иштар в Вавилоне.
Сатрап Персиды Ариобарзан собрал немалое войско и с 25 000 защитниками запер так называемые Персидские ворота в горах Загрос в попытке задержать македонцев до того, как удастся вывезти из Персеполя казну. Фактически перед
Ариобарзаном находилась лишь часть македонских войск — самые тихоходные отряды с обозом под командованием Пармениона шагали в Персию так называемым Царским путем. Сам же Александр повел более подвижные контингенты через горы к Персидским воротам. Дело происходило в январе, и на земле лежал снег. Первая попытка прорваться через проход, судя по всему, закончилась едва ли не катастрофично — македонцам пришлось даже бросить без погребения мертвых. Тогда Александр решил обойти позиции сатрапа. Македонцы отважно двинулись по очень трудной местности в зимнем снегу и, возглавляемые проводниками из пленников, вышли в тыл войску Ариобарзана. Воины Ариобарзана очутились в окружении и подверглись беспощадной резне, в результате чего завоевателю оказалось не так уж сложно перейти Араке, после чего Тиридат покорно сдал македонцам Персеполь вместе со всеми находившимися там сокровищами.
ПЕРСЕПОЛЬ
Символическая важность овладения Персеполем — само по себе греческое название Персеполь, или «Город персов», прочно ассоциировалось с Ксерксом и Великим вторжением — диктовала исход — захват города и его судьбу. Она оказалась весьма печальной и совсем не похожей на участь Вавилона и Суз — за взятием Персеполя последовали дикие победные вакханалии, разграбление, изнасилования и резня. Дворец также пал жертвой ярости победителя, но не раньше чем оттуда изъяли казну и отправили ее в Экбатаны. Затем намеренно — из спонтанного
Мазей
Во времена царя Артаксеркса III Мазей служил сатрапом Киликии, а позднее Сирии и Месопотамии. В войске Дария III он, по всей вероятности, сражался на Иссе, хотя упоминаний об этом нет. В 331 г. Мазей получил приказ остановить форсирование реки Евфрат Александром в районе Фапсака, но не имел достаточных сил для выполнения задания, а потому ограничился лишь беспокоящими наскоками на строителей мостов. При известии о подходе самого Атександра Мазей отступил на соединение с Дарием, следовавшим севернее вдоль русла реки Тигр. Под Гавгамелами Мазей командовал персидской конницей на правом крыле и возглавлял атаку плотной массы эскадронов, а также колесниц с серпами на колесах. Затем он отправил эскадрон скифских всадников для захвата македонского лагеря, сам же продолжал напирать на Пармениона и на фессалийскую кавалерию на левом фланге македонцев. В итоге все усилия Мазея пропали даром, разбившись о стойкость фессалийцев, а впоследствии все его достижения были совершенно сведены на нет удручающим и деморализующим известием о бегстве Дария. Вполне вероятно, что на саркофаге Александра изображены смелые действия Мазея на Иссе, а это соображение служит как веский довод в поддержку мнения, согласно которому гробница предназначалась именно для Мазея, а не для Абдалонима. С поля битвы при Гавгамелах Мазей бежал в Вавилон и вскоре без борьбы передал город македонцам. За проявление покорности он получил должность сатрапа, став первым персом, столь высоко пожалованным Александром.
На саркофаге Александра изображаются и важные персидские вельможи во время охоты на льва при участии Атександра и других македонцев. Один из македонских всадников, возможно, Гефестион. Если сцена действительно запечатлела какое-то историческое событие, оно могло произойти только в конце 331 г., и, вероятнее всего, персом, в компании которого охотился Александр, являлся опять-таки Мазей. Мазей занимал полученную должность, верно служа новому государю до своей смерти на исходе 328 г.
Персидские ворота
,
удержать которые перед натиском Александра тщетно пытался сатрап Ариобарзан.
импульса отомстить— или все же вследствие случайности великолепное строение подожгли, и оно запылало. В соответствии с одной версией событий, виновницей пожара выступала некая афинская куртизанка, Тайс (иначе Фаида), которая стала любовницей Птолемея, позднее царя Египта.
НА РАЗВОРОТЕ
Развалины Персеполя сегодня, (akg-images/ Сыозен Хелд.)
И все же уничтожение Персеполя следует назвать больше символическим, чем полным, поскольку он продолжал оставаться столицей провинции в эпоху правления наследников. На тот момент случившееся высветило определенные трудности, с которыми начинал сталкиваться Александр. С одной стороны, уничтоже-
rrr
ние Персеполя представлялось приемлемым как выражение определенной идеи и логическое завершение войны с целью мести, каковой и являлась формальная подоплека экспедиции. Посему союзнические отряды совершенно естественным образом полагали, что дальнейшим закономерным шагом станет их демобилизация. Однако Александр мог напомнить им о том, что, пока Дарий жив и остается на свободе, миссия их до конца не выполнена.
Но если смотреть на случившееся с иной позиции, уничтожение дворца и причинение страданий горожанам подрывали успехи пропаганды Александра, тогда как он уже на раннем этапе стремился позиционировать себя как законного наследника царя царей. Совершенно оправданно тот же Парменион высказывался против подобного рода действий, напоминая Александру, что свою собственность вовсе не следует обращать в прах. Но вместе с тем все, что могло опечалить и оттолкнуть от Александра людей в Персиде, не без определенного удовлетворения встречалось в Вавилоне и в Сузах, а также и в Экбатанах, поскольку все они оказались как бы в тени с приходом династии Ахеменидов и с ростом могущества Персеполя.
ПЕРЕМЕНЫ В АРМИИ АЛЕКСАНДРА
Находясь на пути в Сузы и проходя по плодородной территории провинции Ситтакена, армия Александра приняла крупные подкрепления из Македонии под командованием Аминты, состоявшие из 6000 македонских пехотинцев, 600 македонских же конников, 600 фракийских всадников, 3500 траллианцев и наемников всего числом в 4000 пеших и 380 верховых. Александр остановил войско и приступил к проведению первой серии реорганизационных перемен. Он также усмотрел возможность совершить некоторые чисто управленческие преобразования и произвести в офицеры способных воинов, дабы заполнить ими образовавшиеся во время похода командирские вакансии.
Значительность численности пополнений, даже несмотря на необходимость восполнять потери и увольнять солдат со службы, позволила Александру расширить ряды пехоты. Курций, судя по всему, говорит о гипаспистах, когда упоминает о перегруппировке «лохой» в прежде не существовавшие хилиархии. Новые командиры назначались исходя из военных способностей и заслуг. Фигурирует всего восемь имен, в том числе Филота и Гелланик, а потому есть основания думать, что количество частей возросло до восьми. Похоже также, что среди «пезгетайрой» возникла седьмая «таксия». В следующем году Александр оставил 6000 македонских пехотинцев (четыре «таксии») в Экбатанах для охраны казны, но взял с собой гипаспистов и полки Кена, Кратера и Аминты в преследование Дария и в гирканс-кий поход. Применительно к Гидаспу, речь также идет о семи «таксиях».