Страница 36 из 66
«Здесь нам все было ною, п мы испытывали тот первый угар увлечения, когда никакое неудобство, недостаток или опасность не могли понизить наше настроение. Мы попали точно в какой-то богатый цветами райский сад, где были собраны редкпе животные, в кабинет древности, где были старинные погребения языческих народов со скрытыми в них достопримечательностями. Мы попали в места, по которым еще никто не путешествовал с ученой целью», писал потом Миллер о плавании вверх по Иртышу.
Для Крашенинникова такое путешествие должно было стать школой, в которой ему пришлось учиться так, как он не учился до тех пор никогда.
Чем дальше плыли вверх по Иртышу, тем более узким и быстрым он становился. Вблизи Тобольска Иртыш был широкой рекой, медленно катившей свои воды. А за маленькой крепостью Железинекой, построенной в двухстах с лишним верстах выше Омска, он превратился в сравнительно небольшую быструю речку. Все труднее становилось тащить дощаники против течения: лямки натирали плечи, люди едва шли, жалуясь на усталость.
Гмелин и Миллер решили ускорить свое путешествие. В небольшой крепости Ямышевой они взяли у коменданта верховых лошадей и, получив целый отряд казаков для охраны в пути, направились прямо через степи в Семипалатинск, а оттуда в Усть-Каменогорск, к верховьям Иртыша.
Крашенинников остался на дощанике, все медленнее и медленнее плывшем вверх по реке,
Южнее Семипалатинска степь постепенно начала переходить в холмистую местность, и все чаще стали попадаться небольшие березовые леса, Потом показались далекие синие Алтайские горы. А когда наконец Гмелин, Миллер и их спутники стали подъезжать к Усть-Каменогорску, то попали в места, радовавшие глаз.
(J гор сбегали кристально чистые ручьи, журчавшие по камням. В кустах пели и щебетали птицы, как будто перекликаясь друг е другом на разные голоса. Небольшие олени маралы, дикие бараны аргалы, косули, кабаны и сохатые, как называли в Сибири лосей, в изобилии водились в лесах.
Но русских людей было еще мало в благодатном Алтайском крае. Маленькая Усть-Каменогорская крепость, обнесенная, как и все верхнеиртышскне укрепления, только бревенчатыми стенами и земляным валом, была построена там, где Иртыш вытекает между двух гор, как из высоких ворот, в зеленую долину.
В крепости были казармы для гарнизона из одной роты под командой поручика и несколько десятков домов, в которых жили казаки, отставные солдаты и другие жители города. В окрестностях Усть-Каменогорска не было русских деревень. А до ближайшего русского городка Колывани считалось почти двести верст.
Наступила, уже середина августа. Надо было торопиться, чтобы, сделав небольшое путешествие по Алтайскому краю, до начала зимы спуститься по реке Томи к городу Томску. Оттуда можно было санным путем ехать в Иркутск.
Академики и их спутники, немного отдохнув в Усть-Каменогорске, выехали в Колывань.
Об этом маленьком алтайском городке они слышали еще на Урале. Владелец многих уральских рудников и заводов Акинфий Демидов разрабатывал и руды, скрытые в горах Алтая. На Воскресенской горе, вблизи Колывани, находились медные рудники, принадлежавшие Демидову.
Медь, серебро и золото были и в других соседних местах. На пути между Усть-Каменогорском и Колываныо было тоже несколько небольших рудников, в которых добывали руду кустарным способом, не углубляясь далеко под землю. Гмелин осматривал их, собирая сведения о горных богатствах Алтая.
Жители рассказывали, что часто находят руду там, где видны следы работ, которые когда-то вели неизвестные обитатели Алтая задолго до того, как сюда пришли русские люди.
ры и некоторые другие металлические предметы и золотые украшения, найденные в могилах.
Миллер слышал, что в местах старинных погребений здесь находят медные, серебряные н золотые вещи. Он сам начал раскопки, но не нашел ничего интересного. Оказалось, что большие и богатые гробницы уже разрыты. Местные жители расплавляли золотые и серебряные вещи, которые там находили, и продавали слитки на вес.
«Мне удалось, однако, купить на вес золотого всадника на коне, с нарочитым искусством сделанного, и доставить его в кунсткамеру», рассказывал впоследствии Миллер.
Миллер приобрел для кунсткаме-
Koniibiit воин.
Золотая статуэтка из старинных погребений, приобретенная ока у.
Миллером в 1734 году.
Крашенинников рассматривал их с интересом. Не сохранилась даже память о том, к какому народу принадлежали люди, сумевшие отыскать в горах руду, нашедшие способ выплавлять золото, радовавшиеся красоте сделанных иМи вещей. Однако, тщательно изучая находки, можно было узнать кое-что о жизни и быте этих неведомых мастеров.
В конце августа Крашенинников вместе с Гмелиным и Миллером выехали из Колывани, продолжая путь на восток по Алтайскому краю. По дороге несколько раз проезжали через недавно ,, . „„„ выстроенные маленькие поселки.
Серебряная статуэтка из а а- г
ринпых сибирских погребении. В КОТОРЫХ Встречали ЛЮДвЙ, При-
Писаный камень на реке Томь,
Рисунок, сохранившийся среди бумаг акал. Миллера.
сланных Демидовым с Урала, чтобы разрабатывать руды, скрытые в недрах гор.
В середине сентября добрались до городка Кузнецка, расположенного на берегу речки Томь. Этот город не случайно получил свое имя. Еще до прихода русских татары плавили здесь железо в маленьких печках и ковали из него различные изделия.
Академики провели здесь две недели, совершив несколько поездок, чтобы познакомиться с бытом коренных обитателей края.
Из Кузнецка отплыли вниз по реке, направляясь в старый сибирский город Томск, построенный еще при царе Федоре Иоанновиче. Здесь рассчитывали отдохнуть после летних и осенних странствий и привести в порядок собранные материалы. По пути сделали еще одну остановку.
На высоком, крутом берегу Томи возвышалась крутая скала, в десять сажен вышиной, известная в тех местах под названием
«Писаный камень». Это имя было дано ей не напрасно: загадочные рисунки, высеченные на ней неведомо когда, виднелись издалека.
Гмелин н Миллер с несколькими спутниками высадились на берег и потратили немало времени, чтобы осмотреть скалу. На высоте нескольких сажен она была покрыта разными изображениями: ясно были видны фигуры людей, оленей, серн, козлов и рыбы, похожей на налима.
Непонятно было, что это такое: письмена или рисунки первобытного художника. Для того чтобы их сделать, потребовалась долгая работа. Неизвестно было, с какой целью она проделана,
— Я не знаю, что с этим делать. Но то, что скрыто сейчас от нас, может быть станет понятным когда-нибудь в будущем, -—-сказал Миллер и велел живописцу точно зарисовать скалу.
Потом, уже зимой, проезжая через Енисейск, услыхали еще о такой же скале — на Енисее. Академики послали Крашенинникова с рабочими людьми осмотреть это место и проложить к нему дорогу в снегах, а затем побывали там сами. Здесь рисунки были сделаны какой-то несмываемой краской, причем преобладали человеческие фигуры. Объяснить их значение так и не удалось.
В Томске кончилось путешествие по Западной Сибири, давшее так много материалов.
В начале марта 1735 года академики и их спутники прибыли в Иркутск. Здесь они стали собирать сведения, необходимые, чтобы выработать план исследований в Восточной Сибири предстоящим летом. А Крашенинников мог подвести итоги тому, что город Томск_
УЗНал С Тех пор, как ВЫ- с миниатюры из «Краткой сибирской летописи» ехал из Петербурга. mi года.
1S3
масштаб: 'Q° so ? iqo