Страница 22 из 33
Она еще раз написала жирным шрифтом: Юрий – толстый импотент!
И принялась сочинять дальше…
Как бы я ни бодрилась, как бы ни убеждала себя и окружающих, что я самая красивая на свете красавица, это не могло избавить меня от внутреннего ужаса и предвкушения того, что сегодня вечером я вернусь к себе домой в гордом одиночестве. Я прекрасно отдавала себе отчет в том, что роман с Владимиром Петровичем начнется сегодня или никогда.
Я попыталась разобраться в своих чувствах, даже попыталась по совету какого-то психолога записать все на бумажке. Перечитала и поняла, что психолог мне уже не поможет. Психиатр, видимо, тоже.
– Зачем он мне?
– Нужен…
– Я влюблена?
– Наверное…
– Почему он?
– Хочу.
– Зачем?
– Чтобы был.
– А вдруг он откажет?
– Ну и дурак.
– И я отстану?
– Нет.
– А все-таки почему он?
– А чего он на меня внимания не обращает?! Железная логика… Самой смешно.
Я решила собраться с последними мыслями и составить план на сегодняшний вечер. И тут же забуксовала, потому что внезапно вспомнила, что кроме непосредственной цели (соблазнение директора) у мероприятия имеется еще ряд побочных и неинтересных задач. Продвижение продукции, развлечение деловых партнеров, какие-то награждения. Куча народу будет вертеться под ногами и сильно мешать, отвлекая меня и Володю от самого главного.
Я угрюмо посмотрела на буклет, тщательно и с любовью нарисованный собственными руками.
«На нашей презентации Вас ожидает много сюрпризов!»
Придет толпа народа, и я же в этом буду виновата. Нет бы написать, что грядет «скучный и нудный вечер. Еды не дадут, выпить тем более не дадут…». Наверняка при таком приглашении многие бы остались дома.
За всеми этими идиотскими рассуждениями цели своей я все-таки добилась. Настало время «Ч» – 17 часов. Уже можно было влезать в платье и вызывать такси.
Презентация начинается! Занавес!
Перед выходом из такси я представила себе церемонию вручения «Оскара» и вышла из машины на воображаемую красную дорожку под воображаемые многочисленные фотовспышки.
Настолько вошла в образ, что чуть было не начала позировать корреспондентам перед тем, как войти в ресторан.
На таких мероприятиях хорошо видно, кто их организовывал. Эти люди сразу бросаются в глаза. Вот стоит бледная девушка, держит бокал характерно растопыренными пальцами – явно не успела заехать домой, и только что подкрашивала ногти. Ждет, когда высохнут.
Вот вторая делает вид, что стоит у стены в непринужденной позе. На самом деле просто привалилась к ней и пытается расслабиться.
А вот и третья – эта даже не пытается изображать радость. Просто сидит в дальнем конце зала с закрытыми глазами.
Человек десять гостей уже оживленно чирикают в углу. Но это почти свои, их можно не развлекать.
Найти Володю оказалось несложно. Он стоял в центре зала с очень представительным седым дядечкой и кивал с необыкновенно умным видом. При виде меня просиял так, как будто ждал всю жизнь.
– Марина! Как я рад тебя видеть!
Лицо его выражало такое счастье, что я почуяла подвох.
– Мне Олег Петрович как раз рассказывает про то, что ему очень нравится наш новый дизайнер. Знакомьтесь. Марина! Олег Петрович!
И в ту же секунду Володя растворился в воздухе с явным вздохом облегчения, а Олег Петрович даже не заметив смены собеседника, продолжал:
– Общая концепция смены вашего имиджа…
Ладно, Володенька, и это тебе зачтется. Пару лишних жил я из тебя вытяну, когда…
– А что вы смеетесь, девушка? – строго спросил Олег Петрович. – Что смешного в концептуальном минимализме?
Можно было бы вежливо огрызнуться, но я вдруг почувствовала – этот вечер принадлежит мне. Куда-то рассеялись все сомнения и вопросы, я точно знала: сегодня все случится. Когда я в таком настроении, я люблю весь мир. Я готова порхать по нему как бабочка и дарить радость. Даже ценой грубой лести и наглого вранья.
– Конечно! – воскликнула я. – Минимализм! Как я сама не догадалась?! Как мне повезло, что сегодня вы у нас в гостях, Олег Петрович!
Седовласый посмотрел на меня с нескрываемой подозрительностью. Но я не дала ему опомниться.
– Олег Петрович! Прошу вас, расскажите мне о минимализме подробнее, это очень поможет мне в работе!
Представительный дядечка был всего лишь мужчиной. Он повелся.
– Минимализм, девушка… м-м-м…
– Марина, – помогла я ему продолжить затянувшуюся букву.
– Да, Мариночка, минимализм зачастую путают с примитивизмом…
Через пятнадцать минут появился Володя. Видимо, решил меня спасать. Каково же было его изумление, когда он обнаружил нас горячо беседующими. От меня эта беседа не требовала никаких усилий. Как только Олег Петрович замолкал, чтобы перевести дух, я заявляла, что его идеи перевернули мое видение, или просила растолковать последнюю мысль, «а то я не совсем поняла». Седой дизайнер немедленно растекался густой мыслью по древу моего мозга, не задевая жизненно важных центров. Я в это время изучала прибывающих гостей.
Директор хмыкнул и уже развернулся уходить, когда Олег Петрович приметил его и ухватил за рукав.
– Ваша Мариночка – такая умница! Она, оказывается, читала все мои работы!
Я мысленно вздрогнула. Кажется, я слишком охотно соглашалась со всеми утверждениями собеседника.
– Она их творчески переосмыслила! Поздравляю, вам очень повезло.
В возбуждении седой гигант дизайнерской мысли хватанул шампанское с проплывающего мимо подноса. Это был уже третий бокал, поэтому второй рукой Олег Петрович предпочитал придерживаться за мою талию. Думаю, именно этот факт и стал причиной столь скорого появления рядом с нами директора.
– Прошу прощения, – сказал он, отрывая ладонь гостя от моей декольтированной спины, – но я временно украду у вас юное дарование. Нужно кое-что обсудить.
Когда мы отошли на пару шагов, я спросила:
– Ну? Что будем обсуждать?
– Многое. Скажем, стоило ли так экономить на платье. На спину ткани не хватило?
– Вам не нравится? – удивилась я и повернулась спиной.
Я почувствовала, как Володин взгляд мечется от лопаток к копчику, едва не оставляя на моем теле горячие вмятины.
– Вообще-то ничего, – ответил директор слегка севшим голосом.
Тут к нему пристал кто-то из VIP-гостей, и я осталась одна – примерно на две сотые секунды. Не успела спина остыть от горячего директорского взгляда, как рядом со мной нарисовался угловатый юнец с мелированным пробором. От паренька за версту несло большими деньгами, но хамом он, как ни странно, не оказался.
Насладиться обществом богатого мальчика я не успела, потому что Володя вырвался от «випа» и с ледяными извинениями снова «похитил» меня якобы для важного разговора. И снова его у меня отбили, снова возник какой-то шикарный мужчина…
К концу вечера у меня в глазах рябило. Общение проходило по схеме «гость – директор – гость – директор» с такой скоростью, что я перестала утруждать себя беседой. Только улыбалась и отхлебывала отличное красное вино.
По-моему, программа презентации летела ко всем чертям. Из запланированных четырех спичей Володя произнес только один, да и то весьма скомканный (я как раз собиралась пить на брудершафт с плечистым арабом). Остальные речи произносил бедный Андрюша Витальевич. При этом он пытался импровизировать и шутить. Именные подарки вообще вышла вручать секретарша Танечка, которую для такого мероприятия окрестили «менеджером по персоналу». Впрочем, все одаряемые были мужиками, поэтому Танечка была очень кстати. В момент вручения они пялились на ее блузку, а отойдя, разбирали имя на подарке и по-тихому менялись между собой.
Словом, все были довольны, кроме директора. А самой довольной была я.
И для меня совершенно не стало неожиданностью, что после окончания банкета я оказалась в директорской машине. И я прекрасно отдавала себе отчет, что если бы не Толик за рулем, наша поездка была бы более бурной. А так приходилось сдерживаться. Володя сидел с лицом сфинкса, зажав руки между ног. Я развалилась на всем остальном пространстве заднего сиденья, но старалась не сильно дразниться. Выражение лица моего директора было настолько однозначное, что я прекрасно понимала, что за каждый обнажившейся кусочек тела мне через полчаса придется отдуваться по полной программе.