Страница 19 из 45
Внимание! Вы создали задание “Найти столп”. Волчья стая должна найти столп, находящийся в лесу. Награда: вариантно. Штраф: отсутствует.
Системная ошибка 00522145/545652525. Игроки не могут создавать задания. Отмена ошибки невозможна, данные автоматически отправлены в Техническую Поддержку Идеала.
– Это как? – ошарашенно читаю системные сообщения. “Отец, Стая ищет. Я с дочерями останемся с тобой, я не выдержу новой разлуки!” Волчица прижалась массивным телом ко мне, и я тут же почесал ее за ушами. – Как зовут дочерей? – обращаю внимание на смирно сидевших неподалеку молодых волчиц. “Ночь и Тишина”. Имена тут же отразились в их инфоокнах со всеми параметрами и отношением ко мне. Странно, но волчицы были развиты почти так же, как их мать на момент нашего расставания. Только доспехов на них не было разве что. Те были лишь на Белис, кстати, очень потрепанно выглядевшие сейчас с многочисленными царапинами, выбоинами и вмятинами. – Вижу, сильно тебе досталось, надо бы доспехи подремонтировать. “Много охоты, славные битвы, Стая сражалась!” – Понятно. Останетесь здесь или пойдете со мной в деревню? – неуверенно произношу именно тот вопрос, который боялся задать с самого начала. “Что может предложить Стае Белая Смерть Стая Пуськово?” Эти слова прозвучали иначе, голос не принадлежал моей волчицы, словно кто-то другой стоял на ее месте и говорил ее устами. Признаюсь, я опешил, ощутив накатившую силу сознания, решившую опробовать меня на крепость разума. Что-то незримое, но неимоверно сильное поднесло свою пасть и обнюхивало, решая, как со мной поступить. Весь мой обзор заволокло красной пеленой, скрывая под собой окружающий мир. Мгновение, и я оказываюсь посреди поляны, лишенной растительности, границы которой уходили в никуда, а передо мной не было никого, но было присутствие именно той силы, готовой покарать за неверный шаг. – Мы не Стая, но семья, – вырвалось из глубин моего подсознания, сметая накатившие волны страха и бессилия: – Семья, как и волки семья для меня, потому что Белая Смерть Белис семья для меня по крови, и дети ее семья моя, потому что они от крови ее. Вся стая – моя семья, как и люди, что идут за мной, ибо верят мне, и я несу ответственность за каждого. И предложить я могу лишь одно – жизнь вместе. Мы нужны друг другу, как две половинки целого.
Внимание! На вас Зверодухом наложен пожизненный эффект “Одна кровь”. Обоняние и слух в обычном облике усиливаются на 50%. Хищник относится к вам нейтрально до тех пор, пока вы не атакуете его. В случае атаки нейтралитет исчезнет.
Внимание! Малая фракция “Белая Смерть” принимает пожизненный договор о взаимосуществовании от жителей Пуськово. Гарант союза Зверодух, принимает союз Мать-Сыра Земля.
Внимание! Отношение фракции “Белая Смерть” и отношение жителей Пуськово достигают уровня с наибольшим показателем среди указанных.
Выполнено скрытое задание “Общий Дом”. На вашей территории прирост потомства увеличивается на 10%.
Внимание! Питомец Белис имеет ранг Вожак, ваш ранг автоматически поднимается до Боярин, в течение недели вы обязаны создать Дружину и зарегистрировать ее, иначе ранг будет понижен до прежнего, ранг питомца снизится до Воин.
Обратная дорога до опушки показалась более долгой, я шел по зарослям, переваривая навалившееся на плечи. Вновь задания и почести сыплются аки манна небесная, но на то и игра, чтобы постоянно чем-то одаривать. Думаю, только у ленивого здесь ничего не получится, как и во всех играх, ведь для этого здесь и играют: “Выше, быстрее, сильнее”. Вернувшись из бездны океана собственного разума, обращаю внимание на петляющую меж деревьев тропинку. Та словно сама возникает передо мной, ведя в нужную сторону, что подтверждала карта местности и виртуальный компас. Кочки и пеньки словно сами уходили с тропы или пропадали, уходя в землю, и то и дело меж деревьев возникали полянки, усыпанные грибами. Сразу вспомнился эпизод из одной старой сказки, снятой в некогда великой стране, заставлявшей уважать себя долгие для ее врагов 75 лет. Но не об этом сейчас хочется думать, а о том, какие вокруг красивого места. Взял бы сейчас огромную корзинку и уселся бы собирать всю эту красоту, а потом почистить и сделать жареночку с картошечкой да столько, чтобы за раз не съесть. Эх. – Мирослава, здравствуй, – улыбаюсь я, облегченно выдохнув, дойдя до опушки. – Заси, тятя, – отозвалась девочка лет четырех, спокойно сидящая на гладком без единой занозы пеньке и гладящая смирно сидящего на крохотных ножках зайчика. – Тебе не холодно? – Не, тепо. – К маме хочешь? – Да! – девочка вскочила, прижав к себе зайчика, не пытающегося убежать. Глаза ребенка засияли, ему все остальное было не важно, ведь мама скоро будет рядом. Ну и зайка, милый, мягкий, теплый, родной. – Ну тогда пошли, – беру девочку за крохотную ручку и осторожно ступаю, памятуя заросли на границе, но те при приближении отступают, освобождая дорогу. Луг встречал цветами, раскрывшимися на солнце, тут и там краснели ягоды, налившиеся спелостью. Садись и срывай, отправляя одну за одной в рот, пока не наешься. А потом можно лечь в траву и насладиться благостностью, слушая стрекотание кузнечиков. На холме виднелись дома, самый большой издали был законченным, и рядом с ним три ближайших уже стояли законченными срубами с возведенными каркасами крыши. Белые рубашки на мужиках выдавали их, спокойно занимавшихся строительством. Чадящая труба кузни указывала на кипящую в ней работу, подтверждаемую доносящимися звуками кузнечного молота. У берега реки паслось немногочисленное стадо, табун на некотором отдалении от деревни резвился, готовясь принести жеребят через несколько месяцев. Волчицы внезапно ощетинились, их клыки в оскаленных пастях заблестели белизной, когти выступили наружу. Три пары наливающихся кровью глаз смотрели вперед, где шелестящая на ветру трава находила незримую преграду в одном месте, будто бы там стояло невидимое дерево или столб, или... – Защищайте девочку, – произношу я, крепко сжимая появившиеся близнецы, обнимаемый черным пламенем, вынуждающим округу в несколько метров покрыться льдом. Шагнув с напряжением пару шагов вперед, оборачиваюсь, чтобы убедиться в том, что случайно не навредил девочке своей обновившейся аурой. Та испуганно и одновременно изумленно смотрела прямо на меня, еще крепче обнимая зайчика, окруженная тремя скалящимися волчицами, готовыми в любой момент атаковать все, что будет в себе нести угрозу. Еще несколько шагов, и незримое препятствие для колосившейся травы начало приближаться, разделившись на два поменьше. – Что тебе надо? – наполняясь яростью, выкрикиваю вперед, понимая, что мои слова могут принять за слабость. – Ты, – из пустоты вырвался человек в плотных одеждах с двумя короткими клинками, на которых замечаю источающую легкую дымку зеленоватую слизь. Он явно не ожидал такого подвоха, бесцеремонно влетая в сферу ледяной ауры черного пламени. Холод тут же обнял всей своей сковывающей лаской беспощадной стихии. Мягкие доспехи, явно неприспособленные к такому, в несколько шагов задубели, принуждая двигаться значительно медленнее, слизь на мечах загустела. Во взгляде я заметил секундное замешательство, принятие какого-то решения, но фора была потеряна, как и время. Близнецы с ревом преодолели расстояние от замаха до цели и, ликуя, встретили заледеневшие клинки чужака, лязг потерявшего прочность металла. Новая атака, очередная попытка отразить блокировкой, и один из клинков не выдерживает, а пламя уже вцепилось в кожу доспеха. Нет, не будет фееричного сражения с градом обоюдных ударов, молниеносными атаками и прочими прелестями игровых ПВП. Не сегодня. – Плохо тебя подготовили, – произношу я, ударяя с размаху близнецами так, чтобы чужак сразу не умер и ощутил все прелести согревания черным пламенем, хоть оно и действует иначе, а вот голод у него прежний. – А-а-а-а-а-а-! – заорал чужак, когда доспех прожгло насквозь, попытался сбить пламя, махая руками, как это делает любой человек, по той или иной причине загоревшийся. – Кто к нам с мечом придет, тот от меча и погибнет. На том стоит и стоять будет земля наша, – холодно произношу, наблюдая, как чужак готовится отправиться на перерождение, не знаю куда, но надеюсь, что далеко: – Приходите в гости, милости просим.