Страница 112 из 151
Янина закрыла за собой дверь кабинета и, широко покачивая бедрами, поплыла к полицейскому начальнику, перекусывающего за столиком.
– Как вы сами, господин ротмистр, только что слышали, мои постояльцы папенькины и маменькины денежки тратят только на то, чтобы самих себя ублажать, да лень свою побаловать! Вы еще хотите, от меня какую-либо информацию получить?
– Да, нет, Янина! С этими двумя и так все понятно! Сотрудничать с тобой мне приятно, да и оно нам обоим с тобой полезно! Сейчас я покину твой пансионат, а ты уж мне сообщай, чем эти двое заниматься и в дальнейшем будут! Вовремя полученная информация позволяет предотвратить и такое государственное преступление, как государственный переворот! Ты уж, голуба, старайся, а я тебя поблагодарить, никогда не забуду.
С этими словами полицейский ротмистр Жвачко достал две сотенных банкноты тернье, со сладкой улыбкой на устах он протянул их хозяйке заведения. Вскоре ротмистр Жвачко покидал пансионат Янины, в самых дверях пансионата он столкнулся с шофером небольшого гравитационного пикапчика, стоявшего у обочины тротуара. По надписи на грузовичке ротмистр Жвачко понял, что этот парень работает на одну из столичных экспресс-почты. Молодой павлианец хотел задать Сливе вопрос, но та, провожая полицейского, не дала тому и слова молвить, пригрозив ему своим маленьким кулачком. Ротмистр Жвачко занял переднее пассажирское место в полицейском автомобиле, за рулем которого сидел здоровенный, настоящий бычара, сержант полиции. Как только его начальник захлопнул свою дверцу, то сержант тут же начал движение своего автомобиля.
– Я доставил небольшой груз графу и графине Анжу! Они ведь у вас в пансионате проживают?
– Да, у нас! Но ты уж здесь меня подожди! А я поднимусь к ним на этаж, предупрежу о твоем появлении!
С этими словами Слива закрыла перед носом почтальона дверь, а сама неторопливо начала подниматься по лестнице на третий этаж. В пансионате имелся и лифт, но пользоваться им разрешалось только хозяйке Янине и особо почетным гостям! Слива ни в тот, ни в другой список не входила, поэтому ей приходилось работать ногами, поднимаясь на третий этаж к гостям. Однажды Слива, по глупости своей, подсчитала, сколько раз в день ей пришлось подниматься на этот проклятый этаж, после чего она расплакалась горькими слезами, но к хозяйке так и не побежала с просьбой о надбавке к зарплате.
А в этот момент на третьем этаже Маария сидела за парфюмерным столиком, она готовила себя к появлению на людях. Иван же полуприкрытый одеялом, чтобы было, куда Маарии бросать свои взгляды, все еще крепко спал. Превращение в духа и предпринятое путешествие в этом образе, да и сама горячая женушка у него отняли много сил. Послышался негромкий стук в дверь:
– Кто там? Входите! – Также негромко ответила Маария.
– Появившаяся в дверях Слива, увидев, что молодой граф все еще спит, тихо подошла к графине и почти на ушко ей прошептала:
– Графинюшка, внизу почтовый посыльный вас ожидает! Говорит, что какой-то срочный груз для вас привез! Куда вы его, этот груз, хотите доставить?
– Милочка, ты не была бы столь любезна, этого паренька попросить, чтобы он этот груз поднял бы на третий этаж, поставил бы на открытой веранде. Вскоре я с мужем выйду немного прогуляться, а по возвращению мы этот груз проверим, что там и как там! – Подумав немного, Маария, достала из портмоне Ивана две банкноты по пятьдесят тернье, протянула их служанке. – И не забудь поблагодарить его за службу и старанье!
Доставая деньги, Маария не заметила, как случайно немного сдвинула с мужа одеяло. Слива застыла на месте, она никогда в жизни не видела такого количества тернье, которые были в портмоне этого графа, а также то, что внезапно предстало ее глазам. Беря деньги в руки, служанка не отрывала своего взгляда от постели, одновременно размышляя:
– Дура я дура, да я такого парня ни на минуту одного не оставила! Сегодняшние девчонки такие хитрые, они на все пойдут, чтобы его заполучить во свое владение!
Удивленная молчанием Сливы, а также ее каменным взглядом василиска, направленным в одну сторону, Маария невольно проследила этот ее взгляд. Когда она посмотрела на мужа, то сразу же заметила допущенную ею же промашку. Она тотчас же исправила свою ошибку, по-хозяйски оправив одеяло на муже. Как только за служанкой Сливой закрылась дверь, князь Иван открыл глаза и всем своим телом потянулся в постели, из-за чего одеяло совсем с него сползло.
– Маш, что у нас есть нового? Включи галовизор, может чего нового и от этого ящика узнаем?!
– Вань, кончай корячиться в постели! Ты же не стриптизер, а я нормальная женщина, могу не выдержать. Тогда мы, наверняка, опоздаем на встречу с моими родителями, а им все же надо сообщить, когда мы начнем действовать? Когда начнем аресты заговорщиков?
– Спешишь ты, Машка, очень спешишь! А тот, кто спешит, в этой своей спешке может наделать большие ошибки, тогда ему победы не видать! Мы-то можем сбежать на Сольвейг, там нас никто, не достанет! А вот твоим родителям придется совсем плохо, бежать без нас они не могут. Дай бог, чтобы тогда их попросту лишили бы власти, а то и живыми не оставят! Вечером я попытался связаться с Куэто, а за ним Тигры вдруг заявились. Почему это вдруг простой армейский спецназ пытается покончить с другим же таким армейским спецназом? Пришлось мне объявить тревогу по полку Волков, а самого полковника отправить на срочное излечение.
Князь Иван прямо в постели собрался в пружинный комок, а затем одним прыжком тренированного тела преодолел расстояние до двери, за которой пару минут назад исчезла служанка Слива. Он левой рукой взялся за ее ручку, дверь резко рванул на себя, а правой рукой в этот момент бил по скуле какого-то парня с двумя ящиками в руках. Тот, видимо, подсматривал или подслушивал через замочную скважину, открытием двери этот парень был втянут в помещение, а жестким кулаком князя лишен сознания. Но, прежде чем положить тело парня на пол бес стука и шума, князь Иван услышал какое-всхлипывание за дверью. Он положил почтальона, которого они не заказывали, на пол, а сам снова приоткрыл дверь, чтобы посмотреть, что же происходит за ее порогом.
Лицо князя страшно изменилось, налилось гневом, он перешагнул порог, а затем в помещение вволок тело Сливы. Горло служанки перечеркнула большая открытая рана, кровь из которой уже переставала течь. Умирающая Слива, протянула свои окровавленные руки к князю, она что-то хотела ему сказать, но из порезанного горла слышались какие-то всхлипы, нож убийцы перерезал ее голосовые связки, девчонка потеряла способность говорить. Князь Иван нагнулся к служанке и тихим голосом произнес:
– Спасибо, Слива! Ты нам спасла жизнь!
И он поцеловал девчонку в лоб, проник в ее сознание, облегчил ее боли от полученной раны. Девчонка так и умерла у него на руках.
– Собирайся, Маша! У тебя нет времени на то, чтобы снова стать великосветской красавицей, графиней Анжу! Сию минуту мы должны покинуть пансионат на тачке этого парня. Ну, тогда посмотрим, что же он нам принес и для чего?! Смотри-ка, Маш, он притащил нам оружейный набор Тигра! Это что же, они готовят наш арест, вот и решили подложить нам чужое оружие, доказывающее, что мы провокаторы и наемные убийцы! Хорошая разработка, но плохое исполнение! Ну, а вот оружие нам обязательно пригодится, его-то нам сейчас и не хватало! Ну, Машуль, ты готова к нашему новому забегу по имперской столице со стрельбой и погоней! Пора этим Тиграм показать, что и Волки имеют клыки!
– Ну, ты же не волк, Вань! А что с этим мальчиком собираешься делать. Он такой молодой! Ну, в общем, я готова, Вань! Передай, пожалуйста, мне мое оружие! Я за рулем, а ты будешь отстреливаться!
Первой из помещения вышла Маария, вслед за ней следовал князь Иван. Проходя мимо шпиона почтальона, он резким и сильным ударом своих красовок под его подбородок, сломал ему позвоночник. Лестница была пуста, по ней они спускались с быстротой молнии, сначала один пропускал другого, готовые в любую минут открыть огонь на поражение, а затем второй прикрывал первого. На улицу они сразу не выскочили, пока Иван обследовал внешний периметр пансионата, Маария вытащила пачку тернье и ее положила перед дверью кабинета хозяйки пансионата.