Страница 11 из 151
– Внимание поисковым группам! Имперский катер найден! Командир приказывает, прекратить поиск и возвращаться!
Двенадцать автолыжников, выстроившись двумя шеренгами, медленно спускались по пологому снежному склону, держа направление к двум световым лучам, которые виднелись внизу примерно в полутора километрах от них. Вскоре автолыжники соединись с парой своих разведчиков, объединив свет фар своих автолыж, направив его на перекосившуюся черную громадину, которая высились всего в каких-то ста метрах от них.
Малый космический катер вспомогательного крейсера "Ноэра" имперского павлианского космофлота в основном обслуживал высший офицерский состав этого крейсера и павлианского имперского флота. По своим внешним обводам он собой скорее напоминал формы всем известного земного утюга для глажки одежды, широко принятого в обращении гуманоидами Млечного пути. Так вот некое подобие утюга в сорок земных тонн сейчас высилось перед курсантами группы "Браво", катер сильно покосился в одну сторону. Космические катера этого типа обычно опирались на три пилона, которые на деле были его двигательными отсеками и дюзами. Причем, каждый этот двигатель мог синхронно работать с двумя другими двигателями или же каждый работал по отдельности. Мощности одного двигателя, примерно, в двадцать тысяч лошадиных сил, хватало на то, чтобы катер мог бы безопасно приземляться, взлетать он мог и при двух работающих двигателях. Сейчас большой наклон этого катера в одну сторону говорил о том, что один из пилонов-двигателей сильно поврежден или уничтожен при касании со снежной поверхностью Колибри.
Иван Краснов внимательно всматривался в один из секторов внешней обшивки катера, который под лучами света фар многих автолыж лучился и играл ледяными наростами и своим белоснежным покрытием из налипшего на обшивку снега, когда другие сектора обшивки катера оставались угольно-черными. Он видел, как из черной трещины, наискосок пересекавшей этот белоснежный сектор, вырывались сильные струи белого пара. За обшивкой этого сектора скрывалось энергетическое отделение, небольшой термоядерный реактор, который вырабатывал и обслуживал энергией все рабочие узлы и агрегаты этого катера. Белый пар, сейчас под напором вырывавшийся из трещины, свидетельствовал о том, что при посадке катера повреждение получил не только один из двигателей, но и сам реактор или его система охлаждения. В обоих случаях это было опасно, так как возникала реальная угроза непроизвольного взрыва термоядерного реактора, всего катера.
– Ребята, хватит терять время и попусту глазеть на этот поврежденный павлианский катер! Разбивайтесь на двойки и тройки, как это нас учили делать на занятиях "по организации и проведению авральных работа на космических кораблях в случае их повреждения или возникновения взрывоопасных ситуаций"! Унтер-фельдфебель Петров, подберите себе людей и непосредственно займитесь поиском входа в катер и срочной эвакуацией из него выживших павлианцев! –
Иван Краснов начал отдавать команды своим курсантам. В этот момент яростно запиликала микрорация его тактшлема. Веком глаза Иван подключился к каналу связи с фильтрационным лагерем, на обзорном экране появилось разгневанное лицо полковника Лазанья, который вместо приветствия начал разговор с крика.
– Я тебя, унтер-фельдфебель Краснов, за нарушение графика связи задержкой на полторы минуты, разжалую в рядовые курсанты. Ты у меня до конца учебы теперь вместо того, чтобы протирать штаны на лекциях и семинарах, каждый день будешь зубочисткой санузлы драить.
– Извините, господин полковник! Но в данную минуту мы занимаемся осмотром повреждений катера, поиском входа в него! Поэтому задержался с выходом на связь!
– На все у тебя, Краснов, имеются отговорки… Вы, что, унтер-фельдфебель, действительно нашли этот паршивый катер?
– Так точно, господин полковник! Космический катер был обнаружен нашей поисковой группой пять минут назад! Он имеет повреждение одного двигателя, а также трещину на внешней обшивке энергетического отсека!
– Но это же означает, что катер может взорваться в любую минуту?!
– Так точно, господин полковника! Поэтому все свои силы я бросил на поиски входа в катер, чтобы срочно эвакуировать в безопасное место выживших членов экипажа и пассажиров этого катера!
– Хорошо, унтер-фельдфебель! Не буду больше вас отвлекать от дела, занимайтесь спасением членов имперской комиссии, а главное – принцессы. Спасение экипажа катера – это дело второстепенное! В случае возникновения чрезвычайной ситуации – немедленно меня информируйте! Следующий сеанс связи через двадцать минут!
С этими словами полковник Лазанья отключился.
Свободно передохнув, Иван Краснов покинул седло своих автолыж и подошел к группе курсантов, которые с одной стороны катера маленькими саперными лопатками отбрасывали снег от его обшивки. Получилось так, что вход в катер оказался именно в той стороне, которая наиболее глубоко ушла под снег. Курсанты работали энергично, отбрасывая саперными лопатами снег от катера, даже простому глазу было заметно, как быстро углублялась вырываемая ими снежная яма. Вскоре показался верхний обрез входного люка, через пару минут весь люк в полном объеме красовался перед глазами курсантов. Рытье ямы прекратилось. Один из курсантов, который остался на дне снежной ямы, из наплечного ранца достал энергогрелку, широким лучом оплавил ее стены и дно. Вскоре на стенах, а главное на дне ямы образовалась толстая ледяная корка, способная выдержать вес нескольких человек.
Иван Краснов своими приказами и наставлениями больше не вмешивался в работу группы этих курсантов, так как те прекрасно знали о том, как следует открывать люки космических аппаратов при авральной ситуации. Уже через пару минут громко щелкнули автоматические запоры люка катера. Проход в катер был свободен, но никто из курсантов не спешил распахиваться настежь этот люк. Все они повернулись лицом к Ивану в ожидании его на то приказа. Дело заключалось в том, при аварийной посадке у этого катера могла быть повреждена герметичность дверей прохода, тогда открытие внешней двери катера могло вызвать сильный перепад давления, который к тому же мог осложниться резким температурным перепадом. В любом случае такие перепады в определенной степени могли угрожать жизни и здоровью членов экипажа, а также пассажирам этого поврежденного имперского катера!
– Гена, займись своим делом, открывай входной люк! – Особо не повышая голоса, произнес Краснов.
Его заместитель Геннадий Петров специализировался именно на таких случаях. На занятиях, во время которых курсанты тренировались работать и действовать в чрезвычайных ситуациях по спасению членов экипажа и пассажиров космических кораблей, он не раз демонстрировал высочайшее внутреннее чутье, ювелирность действий своих рук. Вон и сейчас этот невысокий крепыш подошел к входной двери катера, откинул на спину свой тактшлем. Затем снял перчатки с рук и, подышав на пальцы рук, он их приложил к металлу люка. Ребята, находившиеся в яме и стоявшие на ее краях, перестали переговариваться и, с замиранием сердца, наблюдали за действиями своего товарища. Сейчас стоял небольшой морозец для планеты Колибри, всего лишь минус тридцать пять градусов, но все курсанты хорошо знали о том, что прикладывать обнаженные пальцы к металлу было рискованным делом. Теплая и нежная кожа пальцев могла примерзнуть и тогда, отрывая пальцы от металла, их можно было бы сильно повредить, обжечь.
Но курсант землянин Генка Петров работал ни на что, не обращая внимания, ему потребовалось всего пару минут для того, чтобы открыть входной люк космического катера. Иван Краснов с края ямы хорошо видел, что на внешней поверхности входного люка остались пять красных пятен, то были кровавые отпечатки пальцев его друга. Генке Петрову все-таки пришлось заплатить цену за быстрое открытие входного люка этого космического катера, он сильно обжег пальцы правой руки.
Первым в люк катера прошел другой курсант, унтер-фельдфебель Алексей Тихонов, который среди товарищей был хорошо известен своей склонностью к медицине, он также отличался хорошим знанием павлианского языка. Его не было видно в течение нескольких минут, но все курсанты по общегрупповому каналу слышали его голос.