Страница 8 из 49
Девочка уже сидела на корточках рядом с убитым волчонком, обнимая его голову. Завидев Селену с Микой, она оскалилась и зарычала. Правда, опасливо. Видела же, как девушка ударила старого оборотня. Значит… побаивается?
— Тихо! — велела ей Селена, не представляя даже, что делать дальше. Дома своего у неё нет, куда она могла бы привести девчонку. Сколько ей, кстати? Семь? Восемь? Стоп. А при чём тут свой дом? — Где вы живёте? Может, тебя проводить?
Девчонка с корточек бросилась на неё с распяленной в рыке пастью. Селена до того изумилась мгновенному преображению человека в волка, что не придумала ничего лучше, как на лету поймать пока ещё человеческое тело и обнять его. Мокрый нос ткнулся в её шею, исчез, лёгонькое тело дёрнулось разок и замерло, прильнув к ней. А девушка погладила маленькую (волчишку?) по жёстким длинным волосам и вздохнула. Вот ведь задачка попалась, решай теперь…
Гундосый от плача голос в ухо пролаял-прорыдал:
— Он живо-ой!..
— Что?!
Селена немедленно, не спуская девчонки с рук, подошла к телу маленького оборотня и присела перед ним. Подошёл серьёзный Мика, уважительно посмотрел на Селену (неужто после прыжка зауважал?), покосился на девчонку и негромко, почти по-взрослому сказал:
— Обернулась бы, что ли! Голая же…
Та насупилась, повозилась в руках девушки, чтобы выпустили… Селена рот закрыла почти сразу, начиная привыкать к несуразностям — точней, к реалиям новой жизни: девочка прогнулась всем телом и пропала — рядом сидела небольшая чёрная собака. Вот теперь можно заняться и вторым оборотнем. Судя по тому, как он защищал девочку, это мальчик. Девушка осторожно ощупала его, с грустной усмешкой жалея, что не закончила ни медицинского, ни ветеринарного. Потом перевернула вялое тело на другой бок и нашла рваную рану на плече. Вроде бы как ещё есть небольшой ушиб на голове, ниже уха. На этой припухлости — небольшая царапина, но это не страшно. Так — пульс есть. Слабый, но чувствуется. Так почему же он без сознания?
— У него рана не очень большая, — поделилась исследованиями девушка, — я не понимаю, почему он в обмороке. — И обернулась к волчишке. — С высоты не падал?
Та кивнула.
Ага, теперь, кажется, понятно. Во всяком случае — понятно с точки зрения человека, который мало что понимает в медицине. Наверное, головой ударился. С чего начать? Дома, так поняла Селена, у этих малолетних волков нет. Иначе бы девчонка не кидалась на неё в ответ на вопрос о нём. Бросить она их здесь не может. Оглянулась: старика и след простыл — сбежал. Но не факт, что, едва она и Мика уйдут, тут же не примчится, чтобы сожрать пусть не обоих оборотней, то хотя бы самого беспомощного. Если уже сейчас не прячется где-нибудь в кустах, следя за ними.
Маленькая волчишка смотрела на неё мокрыми глазами. Приручила на свою голову! Извечный вопрос: что делать?!
Селена молча сняла с себя джемпер, оставшись в футболке (привыкла в ней: джемпер шерстяной, "кусается") и осторожно переложила на него слабое тело маленького волка. Теперь его тащить можно, не причиняя боли, как в импровизированной поноске. Вопрос только в самом печальном: куда тащить?
Она мельком взглянула на Мику. И отвернулась. Мальчишка смотрел хмуро то на тело, лежащее на её джемпере, то скашивался на волчишку. Та тоже смотрела на него хмуро и исподлобья, а потом словно вынырнула из волчьей ипостаси на пару секунд и жалобно сказала — Мике:
— Колин знает место, где кроликов много!
И снова "ушла" в звериную форму.
У Мики заблестели глаза, и он непроизвольно облизнулся.
— Селена, а давай его ко мне отнесём, — предложил он так, словно эта мысль только что пришла ему в голову. — Он оклемается, и они уйдут. Только пусть поляну покажут.
Вот черти малолетние — политики и торгаши… Селена про себя покачала головой и взялась за отяжелевший джемпер, словно охапку дров наложила на руки.
— Сначала идём на то место, забираем рыбу (теперь заблестели глаза волчишки) и мою куртку, а потом к тебе. Как?
— Я тоже так думаю, — важно согласился мальчишка.
И они пошли. У воды Селена настояла промыть ранки Колина и обложить листьями подорожника, принесёнными волчишкой. И всё-таки левая рука девушки ощутимо намокла (Колин лежал головой сюда), пока они дошли до дома-трубы и пока Мика снимал своих сторожей.
Волчишка чуть не под ногами прошмыгнула в трубу, быстро огляделась и мгновенно сунулась было к сумке Селены — с хлебом. Девушка только успела заметить, как раздулись ноздри волчишки, как вдруг её отбросило от сумки — кувырком! Визг был не столько испуганным, сколько удивлённым. А Мика пренебрежительно сказал:
— Тебя пригласили сюда не для того, чтобы ты нос куда не надо совала! Ворьё!
Встав на лапы, волчишка встряхнулась и что-то проворчала — явно нелицеприятное для мальчишки. А потом села и вздохнула.
Селена прошла к костру и положила джемпер с пострадавшим на пол. Посмотрев на довольного мальчишку, девушка спросила:
— Я могу взять сумку?
— Ты хозяйка — тебя не тронет, — уже самодовольно сказал Мика.
Интересно, какой магической штучкой он обеспечил охрану её сумки? Селена взялась за сумку — и оттуда вылетел уже привычно странный предмет. Круглая металлическая лепёшка, похожая на старинный футляр к кассете, только вместо ряда постепенно уменьшающихся кругов на ней, будто выгравировали спираль — с постоянно убегающим к центру огоньком. Хм. Неужели эта штука отбросила волчишку? Селена с опаской открыла сумку и, нашарив, вынула из блокнота два листика бактерицидки.
— Положи на место, — кивнул девушке Мика на "лепёшку".
Когда Селена сделала всё, что могла для Колина, она, прихватив куртку (в одной футболке прохладно) кивнула Мике на выход. Оставив волчишку, чавкающую ломтём хлеба и куском запечённой рыбы, в трубе, они вышли.
— Мика, боюсь, у нас проблема.
— Не надо было ей хлеба давать.
— Я не про это. Тот старый оборотень — он ведь по следам может и сюда дойти.
Мальчишка, погрустневший, взглянул на трубу.
— Ну, я здесь вообще-то недавно. Буду искать новую нору. А ты? Ты теперь с ними? Я тебя первым нашёл!
Во как… Селена огляделась и присела на край обрыва, образованный осевшей в землю трубой. Мальчишка уселся рядышком, но не прижался к ней, как она ожидала. Это он что — ревнует? Ишь… Первым он её нашёл!
— Мика, а тебе не скучно одному?
— Я думал, теперь мы с тобой будем.
— Я про другое. Если бы мы могли жить вместе в одном доме, но просторном, где места хватило бы всем, тогда бы многих проблем не было. Ты научил бы меня делать охранные обереги, мы все вместе охотились бы и рыбачили. А потом, может, я бы потихоньку вспомнила все свои способности и тогда…
— Они знают про кроликов, а мы про рыбу, — задумчиво сказал Мика. — Ты думаешь, мы сможем жить в доме, который сумеем оберечь?
— Ну, у тебя же есть обереги.
— Их слишком мало для большого дома. Дом ведь ещё чистить надо. А у меня только охранные, — вздохнул мальчишка.
Селена посидела, посидела, вспоминая тот насмешливый голос, прошипевший инструкции по убиванию старого волка, и предложила:
— Мика, а давай прогуляемся к тем домам? А вдруг найдём там что-нибудь под себя? Ты же говорил — там давно никто не живёт. Если раньше там были заселённые дома, значит, должны быть и сады. Найдём что-нибудь рядом с речкой и переберёмся. Как?
— Только эту воровку с собой возьмём, — решительно сказал мальчишка. — Её оставлять в доме нельзя без присмотра. Никакие обереги не спасут. — И вдруг озорно ухмыльнулся: — Если только ей поводок не присобачить!
Они тихонько посмеялись, причём Селена понадеялась, что это всего лишь шутка. Потом вызвали волчишку познакомиться. Ирма — назвалась та. И согласилась на поход в близкое бывшее поселение, как ни странно предупредив, чтобы брата (Селена понимающе кивнула) обязательно привязали бы к чему-нибудь.
— Зачем? — спросил практичный Мика. — Превратится в человека — сорвёт.