Страница 84 из 146
Полумрак не помешал Тине рассмотреть Эммануила Медо. Рост немного выше среднего, вот и первое совпадение — тот же рост, что у Лиргисо, телепортировавшегося на «Вестник Победы» (глазомер у Тины был непогрешимый, как и у всех тергаронских киборгов). Густые прямые волосы до середины лопаток, чередование каштановых, синих и сиреневых прядей. Черные алмазы на мочках ушей, и таким же камнем украшена ажурная диадема из темного металла. Веки и губы серебристо-серые, голубые глаза обведены резкими удлиняющими контурами, на ногтях темный с разводами лак. Эммануил Медо был очень красив, более красив, чем Крис Мерлей. Что ж, у Лиргисо было время, чтобы подыскать себе резервного «донора», близкого к идеалу.
Тина не могла определить, заметил он ее или нет. Подойдя ближе, она позвала:
— Топаз!
Мурун встрепенулся, распахнул круглый золотистый глаз и опять зажмурился.
Второе совпадение. Ни одно мало-мальски сообразительное ручное животное не способно проигнорировать свое имя.
Медо повернулся. Не понять, застигла его Тина врасплох или он был к этому готов.
— Извините, если помешала. Вашего муруна зовут Топаз?
— Как вы угадали?
«Да еще бы не „угадать“, если мне Поль об этом сказал!»
— У него глаза желтые, как топазы.
— Я рад, что он вам понравился, — с обворожительной улыбкой отозвался Медо. — А меня зовут Эмми.
— Тина. Как ваше полное имя?
— Эммануил, но я предпочитаю, чтобы меня называли Эмми. Это звучит приятней, правда?
«Естественно, чтобы никаких ассоциаций с похлебкой для рабов…»
— В соседнем зале устроили гравитационный фонтан с красным вином. Эмми, вы его еще не видели?
— Нет, я только что прибыл.
Кроме винного фонтана в соседнем зале имелись галереи под потолком, закрытые для гостей. Если коротенькая беседа с очередным объектом проверки даст основания для подозрений, Тина должна завлечь его в ближайшее помещение с галереями: туда телепортируются Стив и Поль. Пусть Поль не сможет «увидеть» своим нечеловеческим зрением того, кто заэкранировался — как раз эта невидимость и будет окончательным подтверждением; это напоминало Тине древнее поверье насчет того, что вампиры не отражаются в зеркалах.
— Пойдемте туда, — покладисто согласился Эмми и попытался обнять ее за талию, но Тина проворно отступила. В отличие от Лиргисо, она так и не овладела телепортацией: если он ее отсюда утащит, вернуться назад будет проблематично.
Вокруг фонтана толпились гости с кубками, а в воздухе переливалось, непрерывно меняя форму, нечто соблазнительное, мерцающее, рубиново-красное. Наконец оно обрушилось обратно в бассейн, обдав всех винными брызгами, и гости начали зачерпывать кубками жидкость — скорее, скорее, пока опять не включились антигравы.
— Примитив, — с пренебрежительной усмешкой процедил Эмми. — На меня произвели впечатление скульптуры Тлемлелха: каждая линия и каждый изгиб полны тайной тоски, их можно созерцать часами, но устроить по соседству такой дурацкий аттракцион — это значит все испортить. Очень похоже на Тлемлелха!
Тина запрокинула голову: на галерее стояли Стив, Поль и двое охранников; Поль показывал раскрытую ладонь — это означало, что в «запредельном режиме» он Тининого спутника не видит. Последнее подтверждение.
— Ну, вот меня и разоблачили, — Лиргисо тоже взглянул вверх, с обезоруживающей улыбкой развел руками и послал в сторону галереи воздушный поцелуй.
Тина увидела, как побледневший Поль потянулся к кобуре одного из «ми-гиайо» (своего оружия у него, как у гостя, не было), растерявшийся охранник отступил, его коллега схватил Поля за локоть… Она заопасалась, что сейчас на галерее начнется драка, но Стив сумел всех успокоить.
— Так бы и дала тебе в морду.
— Ты ведь этого не сделаешь, правда, великолепная Тина? — Лиргисо продолжал улыбаться. — Я пришел сюда не для пошлой драки на вечеринке, но если дойдет до насилия, буду защищаться, и кто-нибудь из гостей может пострадать… Стив и Поль слышат нас?
— Да.
Алмазный цветок на воротнике у Тины работал, как передатчик, на длинной волне; вряд ли у просочившихся на праздник агентов «Подразделения Игрек» есть приемники, способные ловить редко используемые длинные волны.
— Тогда предупреждение всем троим: не трогайте меня, и я никого не трону, — он опять посмотрел вверх. — Тина, извини, но сейчас будет больно.
Удар по вискам, всего на долю секунды… То самое сверхвысокочастотное излучение, гибельное для Стива — с тех пор, как у Тины развились паранормальные способности, ей тоже становилось от него плохо, пусть и не в такой степени, как Стиву. Тергаронские разработчики, проектировавшие боевых киборгов, позаботились о том, чтобы мозг идеального солдата был защищен от нежелательных внешних воздействий, и видоизмененная ткань черепа обеспечивала недурную экранировку — в том числе от пресловутого излучения, о котором тергаронцы понятия не имели.
Мгновенная боль не помешала Тине шагнуть к Лиргисо, и теперь уже он отступил, вскинув руку в протестующем жесте:
— Все, я выключил. Это была всего лишь коротенькая демонстрация.
Тина посмотрела на галерею: белый, как сметана, Поль пошатывался и держался за голову, Стив оперся о перила, а охранники не понимали, что случилось.
— Сейчас пройдет, — Лиргисо сочувственно улыбнулся. — Не вынуждайте меня к самообороне. Тина, я люблю тебя, я до легкого умопомрачения влюблен в Поля, я ничего не имею против Стива… хотя и считаю, что ему здесь не место, лучше бы он поскорее вернулся домой. Это вы всегда были инициаторами нашей вражды, но теперь у меня есть преимущество.
— А почему на тебя это преимущество не действует? Твоя диадема — защитное устройство? То-то я удивилась, что ты надел такое оригинальное украшение…
Лиргисо не ответил ни «да», ни «нет». Стив и Поль уже пришли в себя и наблюдали за ними сверху.
— Как ты протащил излучатель мимо контроля? — задала Тина новый вопрос.
— Сам не знаю. Ваш контроль надо скормить Флассу! Я приготовился трогательно объяснять, что это у меня редкий медицинский приборчик, который спасает меня от депрессий, но охранная система его проигнорировала.