Страница 53 из 146
Если хочешь, чтобы все о тебе заговорили, взорви какое-нибудь кафе, или магазин, или жилой дом — и ты герой дня, и для людей никакой мороки. А Поль, явившись на обмен, создал для Саймона Клисса нешуточную проблему. Если бы обмен не состоялся, Саймон убил бы Медо и девчонку, и уж потом смог бы спать спокойно, а теперь ему придется рыскать по всему Незу в поисках Ивены и жирной докторши Суйме — не оставлять же их в живых! А где их искать, он понятия не имеет, а денег у него ни гроша…
Платформа с Полем исчезла за другой дверью и вернулась обратно пустая. По коридору опять прошел Медо, в маске и сверкающей рубашке.
«Ага, тебе сейчас будет не до меня… Значит, я на спокойствии доделаю свое дело — и тогда все тут взлетит на воздух!»
— Возможно, ты пробудешь у меня в гостях не так долго, как мне бы хотелось, — перламутрово-черные губы Лиргисо дрогнули в улыбке. — Общение с твоими друзьями сделало меня вдвойне предусмотрительным. Если Стив загонит меня в угол, я тебя отпущу. Ни в коем случае не пытайся сорвать с меня маску, это не в твоих интересах — ты не должен знать, как я выгляжу.
Это признание вызвало у Поля отчаянную и абсурдную вспышку эмоций: вдруг все обойдется, и он благополучно отсюда выберется — через полчаса, через час… или хотя бы завтра?
— Почем ты знаешь, что я не дразню тебя ложной надеждой? — ухмыльнулся наблюдавший за ним Лиргисо. — Поль, нельзя быть таким доверчивым. Посмотри на эти гравюры, они тебе нравятся?
— Дерьмо.
Лиргисо шагнул к нему. Мышцы Поля рефлекторно напряглись, но он не мог ни поставить блок, ни отклониться. Лицо обожгла пощечина. Он выругался, и тут же на лицо обрушился второй удар, хлесткий и болезненный.
«Я убью тебя, подонок. Убью. Хорошо, что все это происходит со мной, а не с Ивеной…»
— В Могндоэфре на таком языке разговаривают рабы, — Лиргисо смотрел на него сверху вниз, презрительно сощурив желтые глаза в прорезях маски. — И то в отсутствие хозяев. Если ты будешь вести себя, как раб, я буду обращаться с тобой, как с рабом.
— В твоей Могндоэфре больше нет рабства. Его отменили пять лет назад, после контакта Лярна с Галактикой.
— Формально. Отношения на Лярне остались прежними, хотя обрели иные названия и иную видимость. Поль, все эти гравюры сделаны по моим эскизам.
— Ты работаешь в жанре клинического искусства?
Поль напрягся в ожидании нового удара. Лиргисо улыбнулся:
— Ты пока не способен понять мое искусство. Расслабься. Поскольку сейчас ты говоришь не на языке рабов, я буду с тобой обращаться, как с существом одного со мной круга.
«Этот хренов борец за культуру речи два раза ударил меня раскрытой ладонью. Он готов. Яд у него на коже, через десять минут появятся первые симптомы отравления. Потом он отключится, а я буду лежать здесь, прикованный, и медленно умирать…»
— В чем дело? — Лиргисо прикоснулся к его щеке. — Боль скоро пройдет, и несимметричная окраска твоего лица тоже исчезнет. Пока ты был хорошо охраняемым телохранителем на Манокаре, с тобой никто не смел так играть… но наша жизнь — сплошной круговорот перемен.
— Похоже, ты меня боишься, раз так надежно зафиксировал.
— О, это всего лишь мера предосторожности, чтобы ты не телепортировался.
— Я не умею.
— Вот это мы скоро выясним, — Лиргисо подмигнул. — А почему ты так побледнел? Алое пятно на левой щеке — и эффектная смертельная бледность… Впрочем, тебе идет.
Поль прикрыл глаза. Умирать он будет долго — от голода, от жажды, от трупных миазмов, если его враг скончается в этой же комнате… Стоп. Какое там «долго», в антитеррористическом центре его предупредили, что проживет он не больше семи часов. И эти семь часов, судя по всему, благополучно истекли, а он почему-то до сих пор жив.
— Успокойся, — Лиргисо погладил его по щеке, потом переместил руку на шею. — Хм, что-то пугает тебя больше, чем мои домогательства? Интересно, что же это такое?
— Какое сегодня число? — хрипло спросил Поль. — И сколько времени?
— Прелесть, какие вопросы! — Лиргисо уселся в большое черное кресло сбоку от ложа, хлопнул в ладоши, из-под арки появился робот-официант. — Это мне, — Лиргисо принял у робота темный прозрачный бокал, медленно отпил несколько глотков, поставил бокал на подлокотник кресла. — А это тебе, — он взял двумя пальцами с серебряного блюдечка что-то маленькое. — Нермал, у вас в полиции его используют для допросов. Я хочу быть уверен, что ты скажешь мне правду.
Дверей в этом коридоре было двенадцать — одинаковые, двустворчатые, из черного полированного дерева. За прошедшее время Саймон отследил, что находится за десятью из них: роскошно обставленные комнаты, помещение с дорогой медицинской аппаратурой, ванная, туалет, автоматизированная кухня, подсобка для роботов.
Куда ведут еще две двери, Клисс так и не узнал, они ни разу не открывались. Одна из них наверняка ведет наружу! Он старательно оклеил их рангоналовыми жгутиками по периметру, отдельно от остальной паутины.
Весь оставшийся рангонал он выдавил из тубы и налепил на пол и на стены возле той двери, за которой находились Эмми и Поль: оба чокнутых мерзавца гарантированно должны умереть!
— Ты можешь телепортироваться?
— Нет.
— Почему?
— Я боюсь.
— Чего-то в этом роде я и ждал… — Лиргисо удовлетворенно засмеялся, отхлебнул из бокала. — Стив и Тина тебя уговаривали, а ты так и не рискнул попробовать?
— Я два раза пробовал.
— О?.. И в чем же дело?
— Второй раз я телепортировался в дом, который сносили роботы, хотя рассчитывал попасть в комнату. Не знаю, как это получилось. Помню грохот, облака пыли вокруг, меня что-то сбоку ударило… Я увидел, как Стиву раскроило голову, и мне в лицо брызнула его кровь. Стив был со мной, страховал меня. Это я виноват, что его ранило…
Он не хотел рассказывать об этом Лиргисо, но остановиться не мог — нермал вынуждал его отвечать на любой заданный вопрос. Мерзкое ощущение. Нермал считается безвредным препаратом, и все-таки допрос с применением «сыворотки правды» — это всегда шок; почему — Поль понял только сейчас. Он в кровь искусал себе губы и все-таки продолжал говорить: