Страница 23 из 59
– На запад не пройдете, – просвещал на инструктаже Гибиус. – Через линию фронта наши лазутчики не ходоки. Верная могила. Можно югом, но и это решение убогое. До Бангура, столицы Урибы, вас, положим, доставят – дорога прямая, страна дружественная. Ну а потом? Четыреста криллов по пескам Аркатура, где за каждым барханом – хитрозадые симаи на мустангах? Можно заплатить за место в охраняемом караване и даже добраться в надлежащем, то есть не мертвом, виде до Симайского залива, и успешно повернуть обратно: через Мглистые горы вы не перелезете, а плыть до Мерта – дело вредное. Во-первых, там пиратов – как мошкары, во-вторых, Мерт, да и весь Гонзаг напичканы гарнизонами «Духа Запада». Вас возьмут еще на берегу. Поэтому давайте будем реалистами. Северный морской путь – дорога трудная, но верная. Даман впадает в море Отчаяния, в его устье – колония Монг, одна из немногочисленных в землях Отчуждения – собственно, туда и плывет пароход. Швартовы отдает послезавтра, следует через Колокус, Фуриам, Лагорию и двести криллов по землям Отчуждения. Заход в три порта – Архирус, Мариджо и Тамалугу – для дополнительной загрузки. Таможенные проверки исключены: движение «Империи» – под ведением Королевской Безопасности. Соседние страны в курсе.
Орхант – суровый край, там возможны любые неприятности. Бытует поверье, что эти земли заколдованы, и многие факты это подтверждают. Но в устье Дамана богатые залежи никеля и свинца – их крайне мало на планете. Отсюда и появление наших колоний. За два-три дня доплывете. Возможно, придется провести в Монге пару дней: корабль курсирует северным путем от Касперо в Лагории до Гариббы в Торнаго. Гарибба не занята нечистью – отбивает атаки и даже отыграла часть территории. Возможны штормы, обстрелы, то есть досадные задержки. Но волноваться незачем – документы в порядке, согласно им вы персона особой важности, и любое должностное лицо в Монге обязано оказать вам содействие.
Плыть по морю в тех краях риск умеренный: колдовство не вбирается морем – не додумались пока еще. Досадны встречи с пиратами, но корабли под лагорийским флагом оснащены современной артиллерией – отобьетесь. Вам предстоит доплыть до Гариббы. А вот теперь – «незабудка»: согласно дополнительному пакету документов, вы эмиссар правительства Лагории; прибыли для консультаций по поставкам нефтепродуктов. Это на случай излишнего внимания. Если такового не наблюдается, ищите проводника, пересекаете Рог Таймана и в городе Мальма на Западном побережье Торнаго посещаете магистрат – не удивляйтесь, местные органы управления кое-где существуют, но находятся в полном подчинении у «Духа Запада». Вас интересует некто Авейра. Три месяца назад он был помощником бургомистра. Человек наш. Он подскажет, как под видом местного дурачка перейти Аргутовы горы, Предгорье и на более безопасном участке войти в Залесье. Генератор с Лабораторией локализованы в Вороньей пуще – обширном заболоченном лесу южнее городка Кроул – во всяком случае, раньше в Фанжере существовал такой городок… Других данных нет – под землей он, в скалах или на земле. Там же – Штаб-квартира. Это одна компактная зона. Ориентируйтесь по обстановке, на пролом не прите. Учтите, в этом мире происходят страшные вещи.
Вы получите три ампулы. Одна резервная – для успеха операции достаточно двух. Вскрывайте в непосредственной близости от объекта. Содержимое ампул – мощные болезнетворные бактерии. Выведены лабораторией Вуна. Поражают всё живое в радиусе трехсот тулий. Территория становится «мертвым домом» – на нее уже не войти, будь вы хоть трижды в противогазе. У вас минуты две с половиной… ну, может быть, три – пока произойдет взаимодействие суспензии с водородом. Ликвидируются штаб и компетентный персонал Лаборатории – блокируется Генератор. Как итог – захлебывается процесс воспроизводства и движения Нечисти. Пусть временно. Топчущихся на месте нетрудно уничтожить. Но не тяните время. У нас от силы месяц. Если Нечисть докатится до Голубых гор и расползется по равнинам Колокуса – это катастрофа…
Он размышлял над словами министра, собирая жуткие нестыковки и подозрения. Нужен ли он Гибиусу впоследствии? Вот вопрос из вопросов. Если нужен, то дрянь в ампуле действительно дает фору человеку, если не нужен – будет беда. А главное, проверить невозможно – ампулы в поясном ремне под скрученными деньгами – серые пилюли из сверхпрочного стекла. Разбиваются только твердым тупым предметом. Пока не дойдет до применения – хрен проверишь.
Напарник с опухшей от морской болезни физиономией на корточках выбрался из каюты и зигзагами потрюхал к борту.
– Ты стал еще короче, Прух, – ухмыльнулся Верест. – Не спится, братишка?
Очевидно, коротышка никогда не плавал. Его стошнило в первую же минуту качки. С тех пор покоя в жизни не было. Периодически, дико вращая глазами, Прух выпрыгивал на палубу и, перегнувшись через борт, заливал пароходные лопасти. Глубоко дышал и, жалобно хныкая, убредал обратно – до повторного выбегания на сцену. В Архирусе, когда угрюмая матросня закатывала в трюм бочки с газолином, а Верест затоваривался в корчме пивом, коротышка выпал на пирс и, придурочно хохоча, целовал землю. Загонять его на борт пришлось пинками – дважды досталось и Вересту: отбивался Прух с отчаянием обреченного, всеми четырьмя конечностями.
Не замечая напарника, коротышка проковылял к борту. Перегнулся. Судя по утробным, жалостливым звукам, улучшения в состоянии не предвиделось.
– А это еще что за глупости? – простонал Прух.
Из любопытства Верест тоже перегнулся через борт. Какие-то животные резвились рядом – ныряли, погружались, соблюдая попарную синхронность. Похожи на дельфинов, но больно уж физиономии неласковые. Ждут, пока кто-нибудь в воду сверзится? Верест сунул руку в мешковину с шерстью, извлек пивную баклажку из заначеной обоймы, выдернул пробку. Развалясь с удобством, отхлебнул. Качество пенистого напитка в этом мире, как и на родине, зависело от цены. Хозяйчики питейных заведений, в большинстве, «палёным» не торговали. Боялись за репутацию. Если пиво дерьмовое – так и предупреждали, если качественное – об этом доходчиво сообщала цена. Естественно, Верест брал самое лучшее – нужно же было куда-то тратить выданную Гибиусом сумму. Он не железный.
– Сволочь ты, Лексус, – простонал страдалец, падая плашмя на соседний мешок. – Пиво жрешь, хорошо тебе, сибариту…
– Хочешь пивка? – с улыбочкой поинтересовался Верест.
– Скотина ты, Лексус, – жалобно сетовал Прух. – Саддах ты вонючий, вот ты кто. Совести у тебя нет, доброты и жалости. Лежишь тут, пиво жрешь….
– Это ты уже говорил, – Верест с наслаждением вытянул ноги. – Не отчаивайся, старик. Всё пройдет, и это тоже. Мы тебя вылечим. Ты бы дополз до каюты, вздремнул?
– Подонок ты, Лексус, – стонал Прух. – Ничтожная ты, бессердечная личность…
Пару дней назад, ведомый печалью, он пришел к обгорелому трактиру Хорога. Родни у трактирщика не было – все ценное имущество в первую же ночь растащила полиция, оставшееся после официальных лиц – мародеры. Коротышка с убитым видом сидел на пепелище и красил усы головешкой.
– Ты жив, Лексус, – улыбнулся он тишайшей улыбочкой Пьеро. – А у Пруха хандра мировая. Денег нет, Фармадох квартиру сторожит, грозится мне уши оторвать, работать не умею, а в игорных домах меня как облупленного знают – швабрами гонят. Как ты думаешь, Лексус, если я вон на той перекладине повешусь, она выдержит?
Пришлось тащить коротышку к Каймаку и отпаивать пивом. Разумеется, Верест не молчал. Опустил только цель и место выполнения великой миссии. Прослушав его невероятную историю, пройдоха задумался. Желания лезть на перекладину заметно поубавилось.
– Послушай, Лексус, – сказал он серьезно. – А если ты сделаешься графом, назначишь меня управляющим своим имением?
– Ни за что, – покачал головой Верест. – Мне нужен управляющий, а не пропивающий имение. Я назначу тебя старшим конюшим. Терпеть не могу лошадей.
– Можно и так, – согласился Прух. – Считай, заметано. Едем вместе. Слушай, а нам форму новую дадут?