Страница 27 из 30
Как бы в подтверждение моих негативных мыслей одно из тех деревьев треснуло, сломалось пополам, и его верхняя часть отлетела в сторону под силой озверевшего ветра. Людей рядом не было, но и этого оказалось достаточно, чтобы я тотчас выхватил из кармана мобильник.
Сначала я отчаянно сопротивлялся этому верить, но оказалось, что мой телефон полностью разрядился. Я постоянно забывал его зарядить. Нет, ну просто замечательно! Теперь даже позвонить не могу. Остается только надеяться, что она сама уйдёт… Эх, не нужно ей меня ждать!
Когда, наконец, двери трамвая открылись на нужной мне остановке, я побежал по захваченным дикими ветрами улицам и дворам. Я уже не мог сосчитать, насколько я опоздал. Но летел. Просто летел, не чувствуя под собой земли.
Мефина… Она сейчас там. Одна. Наверное, боится и не может понять, почему меня нет и почему мой мобильник недоступен. А ведь если бы я додумался зарядить его днём, то всё было бы по-другому!
Ветер усилился. Деревья стонали под его натиском. Воздушный поток, состоящий из сгустков пыли и грязи, будто пытался повалить меня и прижать к земле. Когда ветер дул в спину, казалось, отпусти я ноги, то так бы и взлетел.
Но вот показался знакомый забор. Я совсем близко!
Я пересёк безлюдную дорогу и забежал в столь же безлюдный парк. Быстро домчавшись до скамейки, я замер…
Она здесь.
Не ушла.
В голубой кофточке, обхватив себя руками, стоит под сосной, испуганно пригнув голову. Меня не замечает.
Но почему она не ушла? Глупая! Оставаться здесь опасно!
В это мгновение меня наполнила такая любовь и нежность к Мефине, что я даже не смог вымолвить её имя. Лишь протянул к ней руку. Но когда уже почти коснулся её, где-то наверху неожиданно раздался очень громкий хруст. Вслед за этим что-то повалилось вниз. Мне показалось, что это само небо всей своей чернотой свалилось сверху. И я оказался под этой тяжестью. Под этим невыносимым весом.
И только в какой-то очень короткий миг я понял, что это упала сосна. Та самая — высоченная, под зелёным навесом которой мы так часто сидели с Мефиной и наслаждались нашей счастливой юностью…
Глава IX
Максим
…Сильный холодный ветер метал снег. На расстоянии метра всё пропадало в ревущей и свистящей мгле. Ничего не видно, хоть глаз выколи. Но при этом было что-то ещё. Мелодия. Очень знакомая… Она приятно и плавно наполняла собой все вокруг и звучала как бы наперекор ненавистной метели.
Я медленно шёл сквозь шальной снежный вихрь, не видя ни дороги, ни примерного ориентира впереди. Я просто знал, что мне нужно идти. Идти вперёд. Там что-то есть. Что-то очень важное.
Издалека ещё бледные, но уже видные световые полосы разрезали воздух. Золотистые фигуры направлялись вверх. Ничего было не разглядеть, кроме этих человеческих очертаний. Десятками, сотнями они неторопливо поднимались к небу.
Я приближался к ним, и вскоре метель стала отступать, утихать, пока вовсе не исчезла. Как будто её кто-то прогнал. Снежинки, что ещё мгновение назад бешено метались под давлением стихии, теперь плавно и неспешно, точно тополиный пух или пёрышки подушки, взвивались ввысь. А красивая клавишная музыка продолжала сплетать всё происходящее здесь, над гладью голубого смирного океана, в целостное чувство восторга. Да, я оказался на берегу океана.
Я остановился и, точно парализованный, стал глядеть вверх — на эти поднимающиеся над водой яркие сгустки. Некоторые из них были уже так высоко, что превратились в маленькие золотые точки-камушки, издали напоминавшие звёзды. Я чувствовал, что там, наверху, было что-то притягивающее. Что-то невыносимо таинственное и важное. То, к чему непременно нужно отправиться и мне.
Чьё-то движение заставило меня опустить взгляд. По воде шёл мальчик. Медленно и смотря на меня. Он протягивал мне руку, но через мгновение я понял, что значил его жест. Ладонь была вытянута параллельно телу, как бы преграждая путь.
— Почему? — крикнул я ему. — Почему ты меня удерживаешь? Я хочу туда — к ним! — И указал на золотистые фигуры, совместно и едино уносящиеся в небо.
Мальчик остановился возле меня. Я его узнал. Это был я. Маленький я. Где-то лет девять. Другой Максим, в футболке и шортах, которые я когда-то носил в детстве, стоял и неотрывно смотрел сверкающими глазами на меня. Рука его опустилась.
— Что ты видишь? — воодушевлённо спросил он.
Я задумался. Затем снова взглянул вверх и только тогда заметил, что за всей этой уносящейся вереницей света было что-то ещё более значимое.
— Солнце, — ответил я. — Яркое. Согревающее…
Мальчик тоже взглянул ввысь.
— Да. Солнце, — одобрительно кивнул он. — А знаешь ли ты, что такое Солнце?
— Это… источник света, — ответил я первое, что пришло в голову. — Без него ничего бы не было. Ничего живого.
— Верно, — опять кивнул он, — Солнце — это источник. Но знаешь ли ты, что в каждом человеке есть частица Солнца?
— Правда? — Я посмотрел на мальчика. Он широко улыбнулся и взял меня за руку.
— Пойдём, — произнёс он, — расскажу кое-что, пока ещё есть время.
Он шагнул обратно, и нога его прочно обосновалась на океанской поверхности. Я на секунду замер, но потом всё же сделал шаг следом и тоже встал на воду. Она меня надёжно держала. Мальчик повёл меня за собой, с нескрываемым интересом наблюдая за моей реакцией на прогулку по воде.