Преступный режим. «Либеральная тирания» Ельцина

Но проблема стояла в иной плоскости. Приехавшие из Вашингтона «специалисты» МВФ и профессора из Гар­варда, ставшие консультантами Ельцина-Гайдара, убедили их принять программу так называемого «Вашингтонского консенсуса». Она, в отличие от программы Верховного Со­вета, исходила из необходимости ускоренной приватизации, крупного сокращения социальных расходов, закрытия мно­жества промышленных предприятий, сокращения аграрно­го сектора и т.д. С такой «программой» я не согласился и представил Верховному Совету (а затем и Съезду народных депутатов) обстоятельные аргументы, почему России необ­ходимы другие подходы в экономическом реформировании страны. Предложенная мной концепция реформы была при­нята VII Съездом народных депутатов в декабре 1992 года. Для ее реализации Съезд избрал главой правительства Чер­номырдина, отправив в отставку Гайдара.

В этом — главная причина того, почему президент США Б. Клинтон и канцлер Германии Г. Коль решили поддержать Ельцина в его преступных намерениях уничтожить россий­ский парламент. Добившись поставленных целей, США и Германия фактически превратили Россию в поле своей ко­лониальной деятельности; началась деиндустриализация России.

С тех пор прошло 18 лет. В 2008—2010 гг. разразился страшный всемирный финансово-экономический кризис. Политика «Вашингтонского консенсуса», которая насаж­далась США повсюду в мире, как раз и явилась одной из главных причин этого кризиса. А ведь я предупреждал о не­состоятельности ее все эти годы — в монографиях, учебни­ках, многих десятках научных и публицистических статьях. К моим доводам не прислушивались, и даже мои коллеги-экономисты «не замечали» моих работ.

И вот в начале апреля 2011 года открывается очередная сессия руководящих органов МВФ и Всемирного банка в Вашингтоне. На ней выступает с сенсационным заявлением глава МВФ Доминик Стросс-Кан, о том, что

До кризиса, сказал он, все были уверены, что

», — заявил Стросс-Кан. В частности, западный мир понял, что «

». Стросс-Кан далее говорил о том, что необходимо «

Конечно, мне приятно, что спустя 19 лет после распра­вы надо мной за мою позицию в экономической политике, она признана верной. Но кто ответит за неисчислимые беды, которые принес этот «консенсус» русскому народу? И кто ответит за мою погубленную жизнь, страдания моей семьи и моих близких?

Глава 1

«Ловушка Гайдара»

У известного социолога и экономиста Иозефа Шумпетера есть такой термин — «созидательное разрушение». Он означает формирование новых, передовых форм хозяй­ства в процессе модернизации и устранения старых, неэф­фективных, консервирующих отсталость. Правительство Ельцина — Гайдара — Бурбулиса в 1992 году взяло курс на осуществление тотального разрушения всей экономики, «обвинив» ее (то есть саму экономику, в «приверженности к коммунизму»?!). И только Парламент не позволил этим «реформаторам» разрушить основы экономики до осно­вания; при этом о созидании речь вообще не шла. Правда, и последующие правительства на всем протяжении 90-х годов (особенно это относится к разрушительной деятель­ности Черномырдина) продолжили почти в неизменности эту линию, истощив экономический потенциал и способст­вуя «вымыванию» многих современных отраслей машино­строения. По-видимому, эти потери уже невосполнимы для российского народного хозяйства страны, как показывают события первого десятилетия XXI века.

Имя Егора Гайдара по нелепому стечению обстоятельств прочно вошло в историю российских преобразовательных процессов, иначе говоря, реформ. Странно при этом, что его многочисленные критики, в том числе из серьезной научно-аналитической среды, не задают самый простой вопрос: что мог сделать человек, даже, предположим, весьма талантли­вый, многоопытный, в течение всего лишь одного года, когда он находился в должности министра финансов и экономики (6 месяцев), и в должности и.о. премьера (еще 6 месяцев)? Какого позитивного результата он мог добиться за 1 год? Именно

позитивного

И никто не спросит: как, каким это образом (технологи­чески) Гайдару удалось спасти 145-миллионное население России от голода? — Надо полагать, он сумел за этот год вырастить несколько урожаев на бескрайних просторах России. И мало вырастить: урожай надо собрать, убрать, сделать из него муку, испечь хлеб, доставить потребителю и т.д. Очевидно также, что Гайдару удалось увеличить по­головье скота, овец, свиней, кур и т.д., превратить все это в продукты питания. Да, кстати, какие «потусторонние силы» использовал при этом Гайдар? — Ясное дело, не колхозы и совхозы, которые он громил! Почему-то об этих «своих не­ведомых, таинственных силах» Гайдара, которые помогли ему собрать по два-три урожая и за 1 год увеличить вдвое-втрое поголовье скота, мы ничего не слышали и не читали. В такие «чудеса» в современном мире может верить только одно-единственное исключительное общество — это рос­сийское общество. И больше никто.

А что касается реального Гайдара, это был совсем не ге­ний, но злодеем он тоже не был. Гайдар достаточно преус­певающий партийный журналист-публицист, получивший хорошее экономическое образование в МГУ. Никем и ничем он никогда не руководил, никакими экономическими ис­следованиями не занимался. Работал редактором в отделе экономики журнала ЦК КПСС «Коммунист» — это была, конечно, серьезная должность, высокооплачиваемая (сине­кура). Затем его повысили — перевели, кажется в 1989 году, редактором отдела экономики «Правды» — центрального органа ЦК КПСС. В силу этих самых должностей Гайдар стал консультантом министра финансов Валентина Павло­ва (позже и премьера), который задался целью выполнить две задачи, которые, на его, Павлова, взгляд, могли решить серьезные финансово-бюджетные проблемы СССР.

Первая задача: в 4—10 раз повысить цены на потреби­тельские товары и продукты питания

Вторая задача: «распылить» сбережения населения на счетах сберегательных касс (то есть Госбанка).

Одним из «советчиков» этих неразумных идей и являлся Гайдар. «План Павлова» в полном объеме и был реализован Гайдаром, который Ельциным преподносился как высшее достижение реформаторской мысли!.. Разумеется, ни к ка­кой серьезной государственной должности он никак не под­ходил — он просто не знал, что это такое. Думаю, что он на всю жизнь остался несчастным человеком, вынужденным оправдывать все те нелепости, которые совершил по незна­нию и неопытности, а не по злому умыслу. Никаким рефор­матором по духу Гайдар не был: для него что социализм, что капитализм — понятия достаточно абстрактные, главное — что может дать ему лично, его среде, его корпорации служе­ние Власти. Его внедрила в ельцинскую стаю старая добрая московская бюрократия, которая, расставшись по глупости вождей, с политической властью, мгновенно оценила си­туацию и бульдожьей хваткой вцепилась в финансово-эко­номический сектор в ожидании грядущей приватизации. О своей истинной роли Гайдар вполне мог не знать, скорее не знал, особым умом он не отличался, насколько я заметил в своих наблюдениях.