Преступный режим. «Либеральная тирания» Ельцина

Чтобы показать свои намерения парламентариям и прес­се, я пригласил Гайдара к себе. Его где-то нашли, встретились в каком-то людном месте, разговорились. За нами наблюда­ют сотни глаз — депутаты, журналисты. Всем любопытно, видимо, о чем это Председатель говорит с человеком, кото­рый, по сути, уже в отставке. Затем я, дружески полуобняв Гайдара, направляюсь с ним в мой кремлевский кабинет. Там мы обедаем — все это разносится по залам Кремля, доходит до депутатов. Многие, прежде всего региональные лидеры, спешат ко мне с вопросами и расспросами:

—  Руслан Имранович, почему вы решили поддержать Гай­дара?

Отвечаю:

—   Он за прошедший год «поумнел». Критика идет ему на пользу. Придет другой — начнет «ломать дрова». Мы с вами опять будем «учить» и так до бесконечности. Пока от эко­номики страны не останутся «рожки да ножки». Давайте дадим ему еще один год...

Надо сказать, на многих это подействовало, и они, так же как и я, голосовали за Гайдара. Но далеко не всех я убедил в правильности своей позиции. Собственно, я знал, что Гайда­ра «протащить» в премьеры будет невозможно. Но я хотел, чтобы Ельцин убедился в том, что я честно хотел помочь ему в новом утверждении Гайдара. И я это делал искренне, полагая, что если вдруг произойдет немыслимое и Гайдара утвердят премьером — он наверняка в дальнейшем будет советоваться с парламентом в большей мере, чем делал это раньше. Во всяком случае, мои рассуждения были такими. Возможно, я таким образом оправдывал свою оппортуни­стическую позицию. Возможно. Но настроение было гад­кое — внутренне не мог примириться с тем, что приходилось делать. Все время вспоминал недавнее прошлое — почему так маниакально настойчиво, бездарно и упрямо этот чело­век (Гайдар) проводил свои очевидно порочные «реформы», причем ни за что не отвечая, ни перед кем не будучи ответст­венным? Последним «сигналом» для него был доклад про­фессора Д. Росса.

Профессор Дж. Росс предсказывает гибельные результаты экономических реформ Ельцина

В декабре 1992 года, незадолго до начала VII Съезда на­родных депутатов, известный английский экономист, про­фессор Дж. Росс направил в адрес Верховного Совета свой обстоятельный доклад «Почему «невидимая рука» Россий­ского Правительства указывает не в ту сторону?». Привожу некоторые выдержки из его доклада. «За

Доклад профессора Росса был обстоятельный, он затра­гивал многие вопросы экономической политики разных стран в сравнительном аспекте — США, ЕС, Японии, СССР, убедительно показывал ограниченность правительственной политики в области цен и приватизации, доказывал необхо­димость создания рыночных институтов с целью ускоренного развития потребительского сектора, основанного на собственном, национальном производстве (а не за счет им­порта). Я попросил Юрия Воронина распорядиться, чтобы этот доклад был размножен и представлен членам Верхов­ного Совета. Ознакомившись с ним, многие депутаты выра­зили желание, чтобы его автор выступил перед ними. Про­фессор Дж. Росс с удовольствием прочитал лекцию, ответил на многочисленные вопросы в завязавшейся дискуссии.

Но наивный Дж. Росс! Он надеялся на то, что его док­лад вызовет дискуссии, с участием членов правительства и его сторонников! Но в том и заключалась наша общена­циональная беда, что и президент, и его правительство — принципиально избегали любых дискуссий и обсуждений «своей политики»: любой, кто становился на путь такого «обсуждения» — будь то парламентарий или маститый ученый-экономист, — он немедленно шельмовался столич­ной «демократической прессой» или каким-нибудь мелким правительственным чиновником, чьи «ценные мысли» про­странно излагали эти самые «демократические» издания. «Идеологическое обеспечение» бездарных реформ было поставлено на гораздо более высокий и эффективный уро­вень, чем это обстояло в условиях недавнего цензурного прошлого.

Избрание Черномырдина главой правительства

«Немыслимое» не произошло — несмотря на неодно­кратное голосование, и даже демонстрацию того, как я голо­сую за Гайдара, — его «прокатили». Премьером стал Виктор Черномырдин — человек весьма посредственных способно­стей, плохо образованный, бывший политработник, как и Ельцин, член ЦК КПСС и бывший газовый министр СССР, не умеющий грамотно (по-русски) излагать свои мысли.

Ельцин специально предложил состав кандидатов в пре­мьеры из лиц, заведомо слабых — очевидно, полагая, что в этом случае возможность избрания Гайдара повысится. Или другое — он просто не желал иметь главой правительства сильную личность. Скорее в этом больше правды.

Ельцин страшно обозлился тем, что не избрали Гайдара. Даже предпринял какие-то силовые шаги наподобие горба­чевского шантажа народных депутатов, чем возмутил Съезд основательно. Пришлось вызывать министров-силовиков для «объяснений»... Уму непостижимо, что происходит с этими «национальными лидерами», как только они полу­чают большую власть! У них мгновенно вырастают зубы дракона, которыми готовы пожирать всех. Любое несогла­сие с их мнением вызывает у них яростное негодование! ...Странные люди они, эти бывшие партбоссы. Нельзя да­вать им власть — никакую власть им нельзя давать — их следует держать под неусыпным, жестким парламентским контролем... Иметь кнут... Самого искреннего друга своего они предают, не задумываясь, превращают его в противника, а затем — убивают, наслаждаясь... Пытались меня запугать, имитировать покушение на мою дочь, Селиму, при входе в медицинский институт, где она училась на 2-м курсе...

Избрание Черномырдина, как этого хотел Ельцин, не уберегло нас от его «гнева» — он попытался буквально со­рвать работу Съезда, сделал ряд угрожающих заявлений о том, что «применит силу» и т.д. Стало известно о каких-то «непонятных маневрах» войсковых подразделений. Все это уже буквально взбесило (но никак не напугало) депутатов, которые всего лишь полтора года назад разгромили один путч. Но какой ценой? Поэтому было принято решение заслушать выступления министров обороны и внутренних дел, а также секретаря национальной безопасности. Они заявили о своей верности «Закону» и «Конституции».