Страница 45 из 63
– Первый урок в году и сразу Анжелика Мефодьевна, – вздохнул Темка. – А с другой стороны, хотя бы не заставляет нас любовные зелья готовить.
Кроме стеллажей с книгами, в библиотеке стояло несколько шкафчиков с эликсирами, свечами, зеркалами и кристаллами, необходимыми атрибутами для любовной магии, которая шла теперь как факультатив. Столы с компьютерами, находившиеся в центре библиотеки, как и всегда перед началом урока расставили в два ряда и развернули к большому плоскому монитору над учительским столом.
Ник включил компьютер.
– Сайты создаются простенько, нужно лишь знать особый язык программирования, – начала Анжелика Мефодьевна и вдруг умолкла, заметив поднятую руку. – Ольда, милая моя, что ты хочешь?
– Анжелика, – чтобы сделать учительнице приятное, Ольда обратилась к ней просто по имени. Анжелика Мефодьевна кокетливо улыбнулась и, достав из сумочки зеркало, начала поправлять макияж. – У меня очень важный вопрос. Вопрос жизни и смерти.
– Милая, ты не преувеличиваешь? – приподняла брови Анжелика Мефодьевна.
– Ничуть. Это касается любовной магии, – заявила Ольда.
– Ах, так! – Анжелика Мефодьевна подскочила со стула. – Да-да, любовная магия у нас идет как факультатив. Но я же не могу позволить, чтобы моя ученица страдала.
– Спасибо, Анжелика, это очень мило с вашей стороны, – Ольда откинула с лица прядь черных волос. Из ее голоса исчезла обычная лень, а значит, Ольда и вправду сильно беспокоилась. – Я не понимаю, что происходит. Он должен был в меня влюбиться, я это чувствую. Но почему-то от него нет никаких знаков внимания.
– О ком ты, милая?
– О темном принце Катаре, – сказала Ольда и тихо всхлипнула.
Вся команда и так с любопытством слушала разговор, но теперь повисла просто гробовая тишина. Майя от волнения чуть не сломала мышку, а Кристина лишь покачала головой.
Ольда снова всхлипнула.
– Ребятки, милые мои, поиграйте немного в компьютеры. Поделайте там, что хотите, – сказала Анжелика Мефодьевна. – Ольда, подойди ко мне. Тут вопрос очень сложный, нужно все тщательно проверить.
Ольда подсела к учительскому столу и положила перед учительницей розовую сумочку, которую еще летом там любезно поднял с морских волн Катар.
– Расскажи мне все, – от любопытства глаза у Анжелики Мефодьевны разгорелись словно два факела.
Темка покрутил пальцем у виска, и повернулся к Нику.
– Ладно, можно хоть спокойно дурака повалять.
– Ты больше ни на что и не способен, – ответила Кристина. – Думаешь, Ольде так легко было сознаться в своих чувствах? Сам-то ты способен на такое?
– А чего я-то сразу? У самой-то есть какие-нибудь чувства? – с вызовом спросил Темка.
Кристина не ответила, лишь украдкой бросила взгляд на Ника, он так же украдкой подмигнул в ответ.
– У меня этих чувств навалом. Времени не хватит во всем сознаваться, – добавил Темка. – Эй, Ник, чего улыбаешься, давай лучше компьютер включай.
Кристина поспешно отвернулась, чтобы Темка не мог заметить точно такую же улыбку и на ее лице.
Ник, воспользовавшись разрешением Анжелики Мефодьевны, залез на сайт «Легион Вечности» и сильно удивился, когда заметил одно новое сообщение.
Ему нужен ты! Он заплатил слишком много. Берегись! Никуда не выходи один.
На аватарке он узнал босоногую девочку Виру. Ее длинные волосы развевались на ветру. В нижнем углу аватарки горела красная свечка, значит, Виры не было в сети. Ник хотел написать что-нибудь в ответ, но передумал.
Темка придвинулся ближе, и, развернул экран к себе.
– Верь ты ей больше, – сказал он. – Браконьеры в конец обнаглели, их никто выследить не может, а они в Интернете сидят.
– Может, она хочет помочь, или сама ждет помощи.
– Или она главная среди браконьеров и заманивает тебя в ловушку, – сказал Темка. – Помнишь, о чем призраки предупреждали!
Про браконьеров спорили до конца урока, и во время следующей шифрологии. Темка даже несколько раз перебивал Индру, снова рассказывавшую про свои любимые свитки Ивана Мудрого. Фердинанд сидел рядом за отдельным столиком, и в задумчивости ковырялся ножом в зубах. Несколько раз он пытался дать Темке подзатыльник, но тот вовремя уворачивался.
– Артем, я не узнаю тебя сегодня, – удивилась Индра. – Лучший ученик и так себя ведет.
– Я лучший! – просиял Темка, и, заметив зависть на лице Касьяна, с достоинством состроил ему рожицу. Но до конца урока, Темка больше не проронил ни слова.
На переменке, он задержался в аудитории, чтобы извиниться перед Индрой. В этот момент к Нику подошел Фердинанд, причем он специально выждал время, когда тот остался в коридоре один.
– Высочество, тут такое дело, – Фердинанд опустил глаза. – Мне бы надо слинять ненадолго. Чего скажешь?
– Хорошо, – ответил Ник.
– Ты, высочество, не подумайте чего плохого. Мне просто нужно пойти в… библиотеку, – Фердинанд неожиданно смутился и начал путать слова. Из-за воротничка рубашки наверх полез румянец. – Да, в библиотеку. В одном далеком Искривлении. Вот, решил немного почитать.
– Хорошо, – повторил Ник. – Без проблем.
И тут в коридор вылетел Темка, заметив смущенного Фердинанда, он усмехнулся.
– Чего? Опять свитки Ивана Мудрого искать пойдешь? Там же много сложных букв.
– Отстань, Остин, – рыкнул Фердинанд. – Вон, высочество меня отпускает, так что не лезь, куда не просят.
– Ну, и ладно. Научишься читать, сообщи, – сказал Темка, и кинулся удирать.
Вернулся он только к следующему уроку, ворвался в аудиторию профессора Гиля, и гордо сообщил, что бегает намного быстрей Фердинанда.
– Зачем ты цепляешь его? – спросил Ник.
– А чего он врет? – возмутился Темка. – Ага, как же нужны ему эти свитки!
Тут в аудиторию вошел Ипполит Бенедиктович и поманил команду охотников за собой.
– И потом, он постоянно куда-то сбегает, – продолжил свою мысль Темка. – На каникулах его не было, приперся на шифрологию, и снова куда-то сбежал.
– Я этому рад, – ответил Ник. – Я не хочу быть под контролем. Пусть лучше Фердинанд там свои делишки проворачивает.
– Пусть, конечно, – согласился Темка и мечтательно вздохнул. – Но я так люблю его дразнить!
– Вперед, ребятки, вперед! – Профессор Гиль, повел команду охотников в новое Искривление.
Глава 24. Хороших браконьеров не бывает
Глупцы они такие же, как люди. Только их больше.
Размышления Темки
В этом Искривлении не было зимы. Лес обступил старую заброшенную деревушку, чернели проемы окон, растрескались заколоченные двери. Кустарник оплел прогнившие стены и взобрался на крыши домов. В одичавших садах виднелись разноцветные плоды. При каждом порыве ветра шевелились сочно-зеленые длинные листья деревьев. Доносился приятный запах меда.
Охотники стянули шапки и расстегнули куртки.
Вместо того, чтобы начать урок профессор Гиль, погруженный в свои мысли с рассеянным видом, стал пробираться между заброшенных домов, заглядывая во все щели. Пару раз он остановился и провел пальцами по бревенчатой стене дома.
Команда следовала за ним.
– О, что я вижу! – вдруг вскричал профессор. – Наконец-то я вознагражден за все невзгоды и разочарования!
Ипполит Бенедиктович перелез через скособоченный забор. Не выдержав его веса, забор рухнул, и профессор свалился прямо в темно-зеленые заросли колючек. Только это вовсе не умерило его пыл. Захлебываясь от счастья, профессор прополз между кустарником, и поднял что-то с земли.
– Нашел! Это же, это же величайший момент! Я бы даже сказал переломный момент в магической науке, – он, наконец, встал на ноги, лицо его светилось от счастья. В руках он держал грязный комок.
– Но что это такое? – спросила Кристина.
– Сильнейший артефакт, позволяющий перемещаться сразу через несколько Искривлений. Да-да, с ним можно перемещаться, даже не выискивая и не создавая новых ворот! С ним можно шагать через миры! – Казалось, он готов был расцеловать самородок сжатый в грязных пальцах. – Вот, а ведь никто в совете ученых магов не верил мне. Такие самородки казались вымыслом. Ага! Я нашел его.