Страница 70 из 112
Ви наклонился, доставая самокрутку из маленькой шкатулки, которую он поставил рядом с диваном. Зашипев, его позолоченная зажигалка выпустила пламя.
Затягиваясь, Брат смотрел прямо перед собой, очертания его профиля смазывал дым. Он был того же цвета, что и ТВ, серо-голубой, рассеяно заметил Бутч.
– Хочешь оставить нас, коп?
М-да, ну не хреновый ли вопрос? Звонок его сестры напомнил, что это не могло длиться долго. Эта странная интерлюдия с Братством не могла стать его жизнью.
И куда это приведет его? Их? Он знал все о братьях. Где они живут, распорядок их дней и ночей. Их женщин, если таковые имелись.
Сам факт, что они существуют.
– Ты не ответил на мой вопрос, Ви. Почему я здесь?
– Тебе было предначертано быть с нами.
– По чьим словам?
Ви пожал плечами и сделал еще одну затяжку. – По моим.
– Также сказал Рэйдж. Ты мне скажешь первопричину всего этого?
– Я видел тебя во снах, коп. Все, что я могу сказать.
Окей, это было не очень убедительно. Он слышал стоны Ви от того, что тот переживал в своих снах. Не особо внушает оптимизм насчет его будущего. Бутч сделал еще глоток из стакана. – А если я захочу уйти? Что тогда произойдет? Я имею в виду, что мои воспоминания теперь долговременны, и вы не сможете вычистить их. Ведь так?
Мерцание ТВ заиграло на жестких линиях на лице Ви.
– Ты взглянешь на меня или нет, Ви? – Когда профиль не повернулся, Бутч взял свой стакан и сел.
– Скажи мне вот что. Если я уйду, кто именно из вас меня прикончит?
Ви потер переносицу. Закрыл глаза. – Черт подери, Бутч.
– Значит, ты, да? Ты это сделаешь. – Бутч осушил стакан. Уставился на его дно. И снова посмотрел на напарника. – Знаешь, будет легче, если ты взглянешь мне в глаза.
Он встретил ледяные глаза Ви. Они были полны сожаления.
– Это и правда убьет тебя, не так ли? – Прошептал Бутч. – Вывести меня из игры.
– Полностью прикончит. – Вишес прокашлялся. – Ты - мой друг.
– Так чего мне будет это стоить?
Ви нахмурился. – Стоить тебе?
– Сходить на крещение ребенка моей сестры? – Бутч улыбнулся. – Ноги? О, нет, руки. Руки и ноги одновременно?
Вишес покачал головой. – Блин, коп. Это не смешно.
– О, да ладно. Конечно, смешно.
Ви засмеялся. – Ты больной, ты это знаешь?
– Ага, знаю. – Бутч снова поставил стакан на пол. – Слушай, Ви, я никуда не собираюсь. В смысле, исчезать. Не сейчас. Меня там ничто не ждет, но я никогда не приспособлюсь ко всему этому. Однако я планирую выехать в Бостон с первыми лучами солнца, в воскресенье, и вернуться этим же вечером. У тебя есть какие-то возражения?
Ви выпустил дым. – Я буду скучать по тебе.
– Не будь придурком. Меня не будет всего двенадцать часов. – Когда Ви опустил взгляд, Бутч посерьезнел. – Если только… есть проблемы?
Спустя какое-то время Ви прошел туда, где стояла груда компьютерной хрени. Взял что-то со стола.
Бутч поймал то, что ему бросили.
Ключи. От Эскалэйда.
– Осторожней за рулем, коп. – Ви слегка улыбнулся. – И не передавай приветов своей семье от меня.
Бутч засмеялся. – Ну, с этим проблем не будет.
Настала очередь Ви стать серьезным. – Не вернешься в воскресенье вечером, я приду за тобой. Не для того, чтобы привести тебя назад, понял?
В затянувшемся молчании Бутч осознал, что наступил решающий момент. Либо он остается в Братстве навсегда. Либо становится удобрением.
Он кивнул. – Я вернусь. Можешь не волноваться об этом.
Сцена 4
От автора:
Бонус был удален из «Священного любовника» потому, что все считали, что его необходимо изъять! Мой редактор, младший референт, критик – все твердили: «Оно тебе не нужно». И я уступила, потому что понимала их точку зрения. Окончание книги Фьюри вышло мощным, и глава, описывающая события, происходящие несколько лет спустя, делала конец размытым. Итак, эпилог, который не стал таковым:
Пять лет спустя…
– Поймал ее! – крикнув Белле, Фьюри сгреб племянницу в свои объятия. Налла захихикала и, крепко его обхватив, зарылась лицом в его волосы, что она любила делать.
Белла завернула за угол библиотеки Братства и резко остановилась, серебристое платье вихрем улеглось вокруг ее ног. Бриллианты вокруг шеи сверкали, словно огонь, равно как и камни на запястьях и в ушах.
– О, слава Богу, – воскликнула Белла. – Клянусь, она такая же быстрая, как и ее отец.
– Ты прекрасно выглядишь, – сказала Кормия позади него.
– Спасибо. – Белла затеребила платье. – Обычно я хожу иначе, но…
– Оно подчеркивает все твои достоинства. – Зейдист вошел в библиотеку как порочная версия Кэри Гранта[106]. Смокинг идеально обтягивал каждую линию его тела и в частности – СИГ подмышкой.
Зейдист принял суровый вид, покачав пальцем своей дочери. – Ты будешь хорошо вести себя со своим дядей и тетей?
Налла серьезно кивнула, будто только что приняла на себя руководство континентальной частью штатов. – Да, Папочка.
Улыбка Зи осветила целую галактику. – Это моя девочка.
Налла улыбнулась и протянула руки. – Папочка, а поцеловать?
Зи взял ее, чтобы обнять, а потом она потянулась к своей маме.
– Хорошо, – сказал Зейдист, по-деловому переедав дочь своей шеллан. – Мы будем в Метрополитене[107] до одиннадцати. Потом ужинаем у Рофа. У меня с собой пейджер, мобильный, БлэкБерри…
Фьюри похлопал близнеца по плечу.
– Сделай глубокий вдох, брат мой. Расслабься.
Зейдист постарался изо всех сил. – Верно. В смысле, я знаю, что у вас с ней все будет хорошо. То есть, у вас все будет хорошо… у вас у всех все будет хорошо…
Фьюри посмотрел на часы. – А вы опоздаете. Повезет, если успеете к началу интермедии[108].
– Я в таком предвкушении, – сказала Белла, возвращая Наллу в объятия Фьюри. – «Сельская честь» Масканьи[109]. Она будет фантастична.
– Если, конечно, тебе удастся вытащить инфантильного папочку из дома. –
Фьюри пожал руку близнеца. – Иди. Побудь со своей шеллан. Ради бога, это же ваша годовщина.
Они покинули библиотеку спустя двадцать минут. Может, двадцатьпять.
Фьюри покачал головой. – У него проблемы с разлукой с ребенком, причем серьезные.
– О, а ты справляешься лучше?
Фьюри повернулся. Кормия сидела на диване, их сын Агони… или Агги, как его называли… спал на ее руках. Пухленький кулачок ребенка сжимал мамин большой палец – малыш верен своей привычке, даже когда спит без задних ног.
– Беру свои слова назад.
– Дядя, а история? – спросила Налла. – Пожалуйста.
– Конечно, что ты хочешь послушать? – хотя, он и так знал.
Когда он устроился рядом с Кормией, Налла указала на книгу со сказками, которую он сделал для нее. – Про воина.
– О, вот это неожиданность. – Он подмигнул Кормии. – Ты имеешь в виду, про Воина и служанку?
– Нет, Дядя. Другую.
– Про Воина и корабль?
Налла захихикала, – Нет, Дядя!
Фьюри очень серьезно кивнул. – Верно. Про Воина и пинокль?
Налла казалась озадаченной. – Какой пинок?
Кормия рассмеялась, ее красивые зеленые глаза были столь прелестными, что Фьюри не мог отвести взгляда. На какое-то мгновение он снова поразился тому, что их сын унаследовал мамины глаза, этот изумительный оттенок весенней листвы.
Когда Налла заерзала, Кормия сказала, – Фьюри, не мучай ее.
Фьюри устроил свою племянницу на коленях, поцеловал шеллан и погладил гладкую щечку своего сына. Потом он открыл книгу и начал читать на Древнем Языке.
– Жил-был сильный воин с отважным сердцем. Однажды, в ветреный день он остановился в лесу…
Глаза Агги распахнулись, и он издал звук, характерный для малышей, когда все хорошо; похожий на булькающий вздох, полный довольства. Фьюри узнал его потому, что раньше часто слышал от Наллы, а сейчас – от Агги. Этот звук возникал, когда их животики были полны, а родители были рядом с ними, и голос, который они находили приятным, дополнял историю.