Страница 48 из 89
— Поднимемся выше, — сказал Брэк, поворачиваясь в другую сторону, и вдруг впервые увидел чуть дальше по берегу, слева, человеческую фигуру, вырисовывающуюся на фоне темно-оранжевого прямоугольника.
Брэк вздрогнул. Человек стоял в проеме двери небольшого дома, и за спиной у него горел свет. Человек был крупным и высоким, сильного телосложения, с большой головой и вьющимися волосами. Он поднял руку и окликнул спутников:
— Путешественники?
— Да, — прокричал Брэк в ответ. — И мы ищем, где укрыться от дождя.
— Идите сюда. Мой дом к вашим услугам.
Отец Гектор зашипел сквозь зубы:
— Девица говорила о жестоких людях в этих диких краях, о местных жителях, которые грабят…
Ругательства Брэка заставили священника замолчать.
— Меня тошнит от твоих пререканий и вечного недовольства, монах. Вон там стоит большой человек, но я вижу, что рядом с ним никого нет. Я устал и хочу есть, и я рискну посидеть у огня. Возможно, тебе он внушает ужас, мне — нет. Сиди здесь в безопасности и страдай всю ночь, если тебе нравится, но в таком случае слезай с моей лошади — она заслужила отдых в теплой конюшне. — С этими словами Брэк дернул за повод.
Отец Гектор был вынужден быстро соскользнуть на землю, прежде чем лошадь не скинула его внезапным движением вперед. На секунду лицо Гектора озарил неяркий блеск огня из домика. Несторианец едва доходил Брэку до плеча. В поднятых вверх глазах монаха Брэк прочитал печаль и глупую ненависть маленького человека к тому, кто выше. Одной рукой держа на плече меч, другой — повод лошади, Брэк двинулся по хлюпающей грязи к домику.
Брэк держался настороже, но не был встревожен. Однако что-то неуловимое, как заноза, тревожило его в глубине души.
— Это, в конце концов, разумнее всего, — сказала Шана, направившись за Брэком. Гектор снова заворчал, но последовал за Гектором и Шаной.
— Добро пожаловать… Добро пожаловать, — приветствовал их высокий человек, когда все трое приблизились к нему. Он отступил внутрь маленького, с соломенной крышей домика. Через вставленную в солому трубу выходил дым от камина.
Огонь в камине освещал лицо незнакомца. Что-то в этом лице заставило Брэка внутренне вздрогнуть.
Человек был молод, широкоплеч, с узкими бедрами и красивым смуглым лицом. В нем чувствовались сила, энергия и выносливость. Ничего подозрительного. Однако Брэку он не понравился.
Антипатия варвара усилилась, когда незнакомец с нескрываемым интересом улыбнулся Шане. Он довольно долго смотрел на девушку, прежде чем сказал варвару, указав на угол домика:
— За домом есть большой стог. Можно покормить лошадь.
Затем он отступил еще дальше, в глубь домика, сделав полупоклон. Очень странное поведение для человека, живущего в лесу в одиночестве, подумал Брэк. Будучи выходцем из диких северных земель, Брэк пожил достаточно долго среди цивилизованных людей, чтобы понять это.
Незнакомец прикоснулся к руке Шаны, когда та проходила в дом, и улыбнулся широкой белозубой улыбкой, излучающей очарование и добродушие:
— Проходите, пожалуйста, здесь вы согреетесь и обсохнете. Меня зовут Ян. Я дровосек. Редко вижу тут кого-либо. Я рад познакомиться с вами.
Брэк нашел кипу травы и привязал лошадь под навесом. Ему показалось, что сквозь шум дождя он слышал, как в чаще ходит какое-то животное, но ничего не увидел и вернулся в дом. Зубы варвара стучали от холода. Он устал больше, чем думал. Что-то вертелось у него в мозгу, какая-то особенная мысль…
Дровосек, дровосек.
Кому же он продает свой лес в стольких милях от людей и жилищ?
Тепло камина разогнало беспокойные мысли. Он положил меч в сторону. Отец Гектор занял единственную табуретку в комнате. Правда, была еще кой-какая мебель: грубый стол, постель из одеял, брошенных поверх соломы; над камином на железном крюке висел пустой почерневший чайник. У дровосека, казалось, не было никакого запаса одежды и личных вещей. В углах под потолком виднелась паутина. Брэк заметил черно-желтого паука, ползающего в паутине. Ян любезным тоном обратился к монаху:
— Полагаю, отец, что дама первой из вас имеет право есть. Не будете ли вы так добры?
Гектор с ворчанием встал. Со слабой улыбкой, скрывающей усталость, Шана села, поблагодарив Яна. Сбросив туфли, она грела свои грязные ноги.
Ян суетился вокруг, подвинул ближе к ней стол. Брэк стоял как каменный, глядя на благодарное выражение лица Шаны и на то, как темные глаза дровосека следят за каждым движением девушки.
— Вот… вино… сыр. Ночью я ем простую пищу, но предлагаю вам все, что перед вами. Я думаю, хватит на всех.
Отец Гектор протянул руку:
— Передай мне вино.
Ян передал с готовностью, не сказав ни слова. Все это не понравилось Брэку. Возможно, варвар был слишком подозрителен, или же виновато оказалось что-то другое, в чем он ни за что не хотел себе признаться…
Шана обхватила колени руками, поставив ноги на перекладину табуретки. Ян протянул ей кусок сыра. Она приняла его с явным удовольствием.
Брэк редко встречал таких красавчиков, как этот дровосек. Его бесило, что Шана, по всей видимости, находит его привлекательным.
— Скажите мне, кто вы и куда направляетесь, — спросил Ян, усевшись на каменную плиту. На нем были узкие брюки, сапоги и куртка поверх голубой рубашки. Речь его казалась чересчур изысканной для человека, живущего вдали от городов.
— Меня зовут Шана. Я работала в труппе бродячих актеров. — И Шана объяснила, как она решила отправиться в путешествие на ферму своего двоюродного брата. Она упомянула о навязчивом внимании одного человека, повлиявшем на ее решение, но не сказала, что он колдун, и не назвала его имени. Брэк вновь увидел в ее глазах страх, но это была короткая вспышка, которую Шана постаралась скрыть. Тогда Брэк подумал, что она сделала это, чтобы не показаться глупой трусихой перед Яном.
Брэку стало жарко, его душила ярость. Эта стойкая, умная женщина привлекала его больше, чем ему хотелось. С каждой минутой Брэку все больше не нравился внимательный, пристальный взгляд Яна. Он почувствовал себя крайне неуютно в его присутствии.
Внезапно острый взгляд Яна обратился к большому варвару:
— А ты? Львиная шкура говорит о том, что ты чужестранец.
— Я Брэк и иду на юг. — Брэк потянулся за сыром, не зная, что еще сказать.
— Вы согрелись? — спросил Ян у Шаны.
— Да, спасибо. Так хорошо сидеть у огня.
— Есть ли здесь еще что-нибудь, что могло бы оказаться вам полезно? — Ян жестом обвел комнату. Почему она выглядела такой необжитой? Такой пыльной? Дождь тихо, не переставая, стучал по соломенной крыше.
— Нет, спасибо, вы очень добры, — улыбнулась Шана.
О боги, Брэка охватила ненависть к этому свалившемуся на его голову молодому красавцу дровосеку!
Брэк хотел было что-то сказать, но вдруг услышал снаружи какой-то шум. Его лошадь заржала от страха.
Ян пристально оглядел всех. У Брэка сжалось что-то внутри, когда его лошадь начала бить копытами. Варвар оставил меч прислоненным к стене и вышел. Его лошадь неслась мимо домика прочь, и варвар едва успел поймать ее за повод. Брэк притянул ее к себе, лошадь немного затихла. Варвар погладил ее теплую морду, успокаивая нежными словами. Лошадь опустила голову и теперь стояла тихо. Брэк щурился от бегущих по его лицу дождевых капель. Тут он снова услышал из-за дома какой-то шорох.
Варвар затаился, затем обогнул угол дома, проскользнул вдоль стены и увидел неподалеку в зарослях неясно вырисовывающийся силуэт…
Брэк приник к земле. Секунду спустя он перевел дух. Бояться было нечего: это был всего лишь конь. Правда, очень большой и могучий. Но ничего необычного. Брэк сделал шаг вперед, тяжелые от грязи подошвы скользили.
Конь вскинул голову и оскалился на варвара. Брэк остановился и долго смотрел на него. Черный. Черный, как ненастная ночь.
Когда глаза варвара привыкли к темноте, он заметил какой-то предмет, возвышающийся на спине коня. Брэк подошел ближе. Конь вскидывал длинной спутанной гривой. Норовистое животное. Варвар издал какой-то особый горловой звук. Конь каким-то образом понял его и не побежал. Брэк разглядел то, что находилось на спине коня: это был стянутый ремнем сундук, словно владелец коня готовился к отъезду. Сундук был небольшой, очень старый, со сбитыми углами.