Страница 47 из 89
— Одна из главных причин, почему я бежала одна ночью из Мегаро,- это… Дело в том, что на нашем последнем представлении в Мегаро был один человек. Когда представление закончилось, он подошел ко мне и сказал, что я ему нравлюсь.
Ковыряясь в зубах, Брэк заметил:
— Разве женщины не находят приятным, когда им говорят, что они привлекательны?
Шана вскинула голову, в глазах ее отражался ужас:
— Ты не видел этого человека.
— Без сомнения, какой-нибудь пресыщенный старый сатир, — презрительно фыркнул Гектор. — Предложил тебе несколько дишасов за…
— Нет. Он сказал, — ее руки, сжимавшие колени, побелели, — он сказал, что не предложит мне ничего. Что ему не нужно предлагать мне ничего, потому что он колдун.
Какая-то птица одиноко прокричала в холодном лесу. У Брэка невольно пробежали мурашки по спине. Он молчал. Шана продолжала:
— Он сказал, что его зовут Пом.
— Без причудливых магических титулов? — фыркнул Гектор.
Шана смотрела на огонь так, словно не могла высказать то, что чувствовала. Голос ее был едва слышен:
— Просто Пом. Роста он примерно такого. — Она провела ребром ладони себе по груди. — У него странное детское тельце, тонкое и необычное, как будто его когда-то разобрали на части и неправильно сложили. Или оно никогда и не было нормальным. Но голова у него большая, — она развела руки в стороны, — лысая, и весь он похож на привидение маленького мальчика. Его глаза — вы никогда не видели таких — круглые, белесые. И огромные. — Шана внезапно опустила голову и укусила себя за запястье.
Даже Гектор не нашелся что сказать. К костру подкрался страх, страхом пропитался воздух.
— Больше мне рассказывать нечего, кроме того, что я ускользнула от него. Он казался бедным человеком в изношенной одежде. Но он сказал, что колдунам не нужны красивые одеяния, потому что они владеют тайным, более прекрасным миром. У него была черная маленькая лошадь. К ее спине был привязан кожаный сундук. Небольшой, но очень старый. Он сказал, что если бы я ему отдалась, то он открыл бы сундук и показал волшебные вещи. Сад, где воздух пахнет бальзамом и где всегда сумерки, золотых металлических птиц, поющих на деревьях возле бассейна, наполненного бриллиантами…
Девушка посмотрела на Брэка, словно ища защиты.
— Он описал это место как самое прекрасное, но мне почему-то показалось, что там таится зло. — Шана вновь отпила из бурдюка.
Отец Гектор стал теребить в руках каменный крест и озираться по сторонам. Брэк и без того знал, что находится в компании труса.
— Ну что ж,- сказал варвар как можно беззаботнее, — я тоже направлюсь на юг. Мы отправимся дальше вместе, и к черту колдуна. — И секунду спустя: — Ты ведь не думаешь, что он идет за тобой следом?
Лицо Шаны ничего не выражало.
— У меня нет причин думать так. Кроме одной: его вожделение так уродливо, он так стремится поглотить женщину, что, я полагаю, он мог бы…
— Ладно, — сказал Брэк, пожав плечами. — У меня есть клинок, чтобы защитить нас. — Он похлопал рукой по своему мечу. — А у нашего святого человека есть крестик, который поможет нам защититься от злых чар. В конце концов, твой колдун мог быть просто больным попрошайкой, разыгравшим тебя страшными сказками о пустом сундуке.
Шана с сомнением посмотрела на Брэка:
— Да, может, ты и прав. Я рада, что ты так сказал. Теперь я смогу заснуть. Будем путешествовать вместе.
Она достала из своего мешка еще один предмет — засаленный плед, завернулась в него и бросила на Брэка благодарный взгляд. Варвар мимолетно подумал о ее теле, скрытом под дешевой яркой одеждой, но решил, что сейчас не время. Положив меч на живот, варвар улегся на землю. Гектор бормотал какие-то заклинания своему Безымянному богу. Это мешало Брэку. Наконец монах замолчал. Костер почти потух.
Брэк долго вертелся. Он слышал, что Шана тоже не спит. Брэк впал в беспокойное сонное забытье.
И вот что ему приснилось.
Он лежал неподвижно на спине, не в силах пошевелиться, и видел сквозь озаренные луной вершины деревьев огромное животное — черного коня с тщедушным всадником на спине. Тишину леса разорвал грохот. Копыта коня мелькали в воздухе, из ноздрей его тянулись огненные нити. На секунду конь заслонил луну, затем исчез в серебряных тучах, улетев на юг.
Изумленный Брэк сел. Он схватился за меч и поранился. Выругавшись, он засунул порезанный палец в рот. Затем, почти боясь того, что увидит, он поднял вверх голову… и увидел те же освещенные луной вершины деревьев.
Спал ли он? Или нет?
В посеребренном небе тлели две параллельные линии, похожие на розоватый пар. В холодном ночном воздухе ощущалось серное зловоние, как будто в мир выплеснулось нечто злое, затаившееся на время и обещающее в грядущем что-то страшное.
Варвар плохо спал остаток ночи.
Глава 3
Утро было пасмурным. Шел дождь. Над лесом гремел гром, длинные голубые вспышки молнии пересекали небо. Ливень продолжался необычно долго, поэтому Брэк был вынужден сесть на корточки под дерево. Нахмурив густые брови, он смотрел на потоки воды. То и дело он поглядывал на Шану. Как и Брэку, ей уже до смерти надоели бесконечные жалобы отца Гектора.
Наконец ливень перешел в моросящий дождик. Спутники решили продолжить путешествие.
Гектор попросился ехать верхом на лошади Брэка. Варвар подсадил его рукой на лошадь грубее, чем нужно, и был доволен, что монах поморщился от боли.
Потом он повернулся к монаху спиной и пошел вниз по дороге. Его желтая коса раскачивалась из стороны в сторону.
Дождь то переставал, то снова моросил. Лес постепенно редел. Наступали ранние сумерки. Из-за туч, сквозь которые лишь изредка просвечивало спрятавшееся солнце, быстро темнело вокруг. Брэк остановился, подняв руку, весь превратившись в слух.
— Странный звук… — произнес он.
Шана подошла к нему. Ее дорожный мешок висел через плечо. Изношенные туфли заскользили по грязи; девушка, оступившись, налетела на Брэка и смущенно вскрикнула.
Свободной рукой она откинула с лица прядь волос. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Большой варвар отвел глаза. Ему было неловко в таких ситуациях. Он был уверен, что девушка прочла в его глазах желание.
— Мы подходим к реке, — сказал отец Гектор, подъехав на лошади Брэка. — Каждому это ясно.
Варвар сдержал резкую реплику.
— Судя по шуму, река очень быстрая. Возможно, это из-за дождя. Мы не перейдем ее ночью, держу пари, — сказала Шана.
Брэка это почему-то беспокоило. Он сделал знак двигаться дальше, и вскоре они вышли на заросший берег. Вокруг было темно.
Неширокая река бежала с бешеной скоростью по торчащим из воды камням. Брэк едва различал окружающее в темноте.
Вода пенилась и бурлила, преграждая путь. На противоположном берегу Брэк смутно разглядел продолжение дороги среди валунов и оврагов. Варвар приник к земле, водя указательным пальцем по грязи. Он изучал какую-то вмятину.
— Здесь след от копыта. Не один. Но сколько коней прошло здесь? Перешли ли они через реку или повернули назад, я не могу сказать. Может быть, это был один всадник, а может, и несколько. Проклятие, слишком темно!
Ругаться было бесполезно, следы стало совсем не видно: с каждой секундой тьма сгущалась. Дул пронизывающий ветер.
Брэк посмотрел на другой берег кипящей реки, слабо поблескивающей в темноте:
— Так как тропинка спускается сюда, то где-то поблизости обязательно есть брод. Но ночью…
— Если ты думаешь, что я намерен рисковать собой, переправляясь в темноте, то ошибаешься, — воскликнул монах Гектор.
Брэк поднялся, обтерев руку о набедренную повязку из львиной шкуры. Он крепче сжал рукоять своего широкого меча, лежащего на могучем плече.
— Мы не будем подвергать твою благородную персону таким опасностям, монах. Переночуем на этой стороне и с рассветом переправимся.
— Переночуем, если найдется сухое место, — устало сказала Шана.