Страница 31 из 116
Гражданское правительство, образованное еще при англичанах, стало жертвой военного переворота, произошедшего в 1966 году, после провозглашения независимости Нигерии. Генералы удерживали власть 13 лет, прежде чем вернули бразды правления гражданским лицам.
В 1979 году цена на нефть взлетела до небес, и страна, по идее, должна была бы процветать. Но избранный президент Шешу Шагари и его клика были настолько некомпетентны и настолько коррумпированы, что довели страну практически до банкротства. При них объем иностранного долга достиг 18 млрд. долларов, в то же время ими было вывезено из страны 15 млрд. долларов. Они покупали товары и услуги, которые никому не были нужны, по ценам вчетверо выше рыночных, не забывая при этом о собственном обогащении. Таким товаром был, в частности, цемент. Дошло до того, что в порту Лагоса скопились сотни судов, месяцами ждавших разгрузки, так что в конце концов цемент в трюмах затвердел, и суда пришлось резать. Тогда военные решили, что больше терпеть это невозможно, и генерал Мухаммаду Бухари прогнал президента. Однако после двух лет жестоких репрессий Бухари был свергнут генералом Ибрахимом Бабангидой.
В правление Бабангиды, в 1989 году, одна североамериканская нефтяная компания попыталась подписать договор с нигерийским правительством. Нефтеперегонные заводы Нигерии работали с 40%-ной загрузкой, и Бабангида импортировал нефть, чтобы удовлетворить потребности страны. И это при том, что Нигерия была одним из крупнейших нефтедобытчиков и членом ОПЕК. И тогда американцы предложили сделку. В обмен на сырую нефть, а также концессии на бурение и отчисления за вновь открытые месторождения они соглашались отремонтировать нефтеперегонные заводы и гарантировали, что те будут работать с 90%-ной загрузкой, устранив тем самым необходимость в импорте. Переговоры шли несколько месяцев и достигли уровня министра нефти, после чего сделка была «похоронена». Американцы не знали, что ключевые сторонники Бабангиды имели свою долю в нефтеперерабатывающих заводах Кот-д’Иваура и Бенина. Они делали состояния, очищая там нигерийскую нефть и затем перепродавая ее в Нигерию. И правительство не собиралось ничего менять.
В конце концов Бабангида объявил, что вновь собирается ввести в стране гражданское правление, и в 993 году провел выборы. Но когда победу на них одержал его бывший деловой партнер вождь Мошуд Абиола, Бабангида аннулировал результаты выборов. Он оставался у власти до тех пор, пока не создал временное гражданское правительство, которое вскоре было свергнуто генералом Захарией Сани Абача.
В сравнении с этим человеком, оказавшимся теперь на вершине пирамиды, все остальные выглядели вполне добропорядочными гражданами.
* * *
В 1980-е годы мировая экономика потеряла равновесие. Цены на нефть вновь подскочили, как и процентные ставки, превысившие 20%. В промышленности начался спад, а третий мир увяз в долгах. Многие развивающиеся страны, набравшие займов в то время, когда процентные ставки были низкими, оказались неспособны выплачивать даже проценты. В 1980 году Польша объявила дефолт, и западные банки прижали к ногтю ряд стран Восточного блока. Через два года дефолт объявила Мексика, и кризис вдруг охватил весь мир.
Крупные западные банки, стремящиеся к получению прибыли, не могли позволить себе продолжать терять деньги в Латинской Америке. Но в то время как «третий мир» погружался в трясину, богатые латиносы спешили переместить свои деньги в более безопасные места и готовы были платить приличные гонорары за перевод денег из Аргентины, Бразилии и Венесуэлы. Бёрни Корнфелд был одним из четырех лидеров, переместивших средства в офшорный мир. Крупные банки не успевали заполнять свои туристические автобусы. Можно было отлично заработать, обслуживая всех, кто хотел защитить свои активы. Те самые люди, которые приближали крах, разворовывая займы, выдаваемые банками для поддержания на плаву их стран, теперь пытались избежать последствий ошибок своих правительств. Но крупные банки не собирались отказываться от получения своей доли нового быстро растущего рынка. Поэтому они стали создавать банки внутри своих собственных банков — частный банкинг — как анклав для избранной группы богатых клиентов, готовых хорошо платить за организованное бегство капитала.
В 1970-е годы, когда идея private banking еще только зарождался, на повестке дня, должно быть, стояли более высокая прибыль и возможность избежать уплаты налогов. Но когда спрос на вывоз капитала был усилен кризисом долгов, многие богатые люди пришли к выводу, что бегство капитала было их единственным шансом выжить. В ответ на это крупные банки открыли свои представительства повсюду, где крупные состояния оказались под угрозой. Пунктом назначения для этих денег были Цюрих или Женева, где иностранные группы частного банкинга — особенно британские, канадские и американские — могли эффективно продавать швейцарскую банковскую тайну. Но Швейцария была не единственным возможным пунктом назначения. Фокус состоял в том, чтобы распределить счета по разным юрисдикциям, потому что чем больше границ оказывается между деньгами и теми, кто их ищет, тем меньше шансов на то, что эти люди смогут их отыскать. Поэтому частный банкинг с готовностью продавал трасты на Каймановых островах и подставные компании на Багамах, имевшие возможность открывать банковские счета в Люксембурге и Лихтенштейне. Он был готов продавать уругвайскую банковскую секретность соседям-аргентинцам, карибскую анонимность канадцам, венесуэльские банковские услуги бразильцам, а банковские услуги на Нормандских островах — венесуэльцам.
По некоторым оценкам, до 80% займов, выданных коммерческими банками правительствам Латинской Америки в течение этих кризисных 1980-х годов, так и не достигли стран своего назначения, осев на счетах в западных банках. Считается, что две трети общего латиноамериканского долга было размещено в западных банках.
Крупные банки всегда делали вид, что частные банковские услуги являются лишь еще одним названием персонализированного управления активами и инвестициями и планирования наследства. И люди, имевшие серьезные деньги, всегда могли получить такие услуги. В действительности во время долгового кризиса частный банкинг заключался главным образом в услугах по переводу капитала в офшоры. И с тех пор мало что изменилось. Каждый клиент получает собственного банкира, чья работа, попросту говоря, заключается в том, чтобы не позволить своему подопечному унести деньги в другое место. Одним из способов удержания крупных клиентов является предоставление им более высоких процентов по вкладам. Другим — обеспечение недосягаемости их капиталов для других людей, которые хотели бы запустить в них руку, например правительств, бывших супругов или кредиторов.
В 2001 году, когда постоянный комитет сената США начал длительное и чрезвычайно тщательное расследование в отношении частного банкинга и офшорного мира, один банкир заявил под присягой, что его начальство запретило ему вести в Соединенных Штатах какую-либо документацию, в которой бы фиксировались связи подставных компаний с их владельцами. По его словам, он постоянно работал с 30-40 клиентами, многие из которых держали до 15 подставных компаний. Для того чтобы не забыть, кто есть кто и что есть что, он втайне от руководителей банка использовал «шпаргалки». Руководство же банка нередко проводило неожиданные инспекции, чтобы удостовериться в том, что, если правоохранительные органы когда-либо устроят обыск в их офисах, они не найдут ничего, что можно было бы инкриминировать их клиентам.
Всего тремя годами ранее Федеральная резервная система США проводила расследование в отношении Bankers Trust.
Банк согласился в случае получения судебной повестки предоставлять ФРС информацию о владельцах подставных компаний. И он действительно создал соответствующую базу данных, правда, преднамеренно расположил ее на острове Джерси, где повестки, выданные судами США, недействительны.
Нечего и говорить, что гонорары за такие услуги никогда не были низкими: обычно оказывающие их банки откусывают приличный кусок от состояния клиентов, и нередко плата превышает 1 млн. долларов в год. Вот почему частные банковские услуги стали наиболее быстро растущей областью этой отрасли. Соблазн получения больших прибылей привлекал в этот сектор все новые банки. Возросшая конкуренция означала предложение все большего числа услуг. Следующим логическим шагом после уклонения от налогообложения является неуплата налогов, а за бегством капитала следует отмывание денег. Именно на этом этапе смешиваются наркоденьги и деньги, украденные людьми, занимающими высокое положение.