История первого дракона

- За...ли, - прокомментировала рыжая и окинула меня с ног до головы взглядом. - А ты у нас кто?

- Я... Вася, - растерянно ответила я, бездумно глядя в горизонт. Весил коренастый плотный шаман килограммов восемьдесят, по горизонтали от борта улетел метров на пятнадцать. Может, посчитать, какой силы был удар?

- А! Так ты та девка, которую этот придурок в клан принял, - подбоченившись, она принялась придирчиво меня оглядывать, бесцеремонно поворачивая за плечо. Хватка у незнакомки была железная. - М-да, - хмыкнула она не то удовлетворённо, не то скептически.

- Вы... вы... - я, наконец, очнулась от оцепенения, и теперь пыталась подобрать слова, чтобы выразить всю глубину своего возмущения таким отношением. Процесс особенно осложнялся всё ещё стоящим перед глазами коротким полётом шамана; повторять его не хотелось. Если местные эльфы народ крепкий (как мне кажется), то мне такой удар будет стоить жизни: грудина очень близко познакомится с позвоночником.

- Да не дёргайся, не обижу, - она ободряюще хлопнула меня по плечу. Синяк будет. Большой. Откуда в столь тщедушном теле такая сила? - Мне это не выгодно, - и она громко расхохоталась, запрокинув голову.

- А вы... Лу? - внезапно озарило меня.

- Ишь ты, догада, - фыркнула рыжая. - Я, я. Что, не похожи мы с сеструхой? - она задорно подмигнула. Я молча тряхнула головой. - Пошли, дело есть, - и она, покровительственно обняв за плечи, потащила меня к лестнице на мостик. - И давай на "ты". Это [цензура] выканье меня [цензура].

- А-а... - вопросительно протянула я, махнув рукой за спину.

- Что ещё? - раздражённо рыкнула она, и рука с плеча переместилась на шею.

- Шаман. Ты не будешь его подбирать? - выпалила я, инстинктивно втягивая голову в плечи.

- А, этот, - она поморщилась и тряхнула головой. За нашей спиной тут же раздался плеск, грохот и возмущённая ругань упомянутого. Я на всякий случай обернулась и удостоверилась, что лысый эльф поднимается на ноги посреди большой лужи; видимо, богиня, не мудрствуя лукаво, зачерпнула его вместе с изрядным количеством воды и выплеснула на палубу.

- Я так вижу, вы уже познакомились? - поприветствовал нас сияющий улыбкой Рем.

- Зубы подбери, - рыкнула на него Лу. - Пока они ещё есть. Где этот [цензура], молнию ему в задницу?

- Который именно? - осторожно уточнил Рем. Что характерно, улыбку с лица он послушно стёр.

- Стерх, - зыркнув исподлобья, Лу подошла к штурвалу, от которого капитан корабля без слов отодвинулся. Тонкие загорелые пальцы едва коснулись ручки штурвала, как Элу вздрогнула от киля до кончиков мачт и рванула вперёд с удвоенной скоростью. Рем при всей эльфийской реакции едва успел уцепиться за фальшборт и подхватить меня. На губах глядящей вперёд богини появилась задумчивая полуулыбка.

- Наверное, где-то прячется, как делают все разумные существа на этом корабле, - без тени иронии или насмешки ответил капитан. За что был одарен задумчиво-оценивающим взглядом.

- Не надо так давить на мозги, сестрёнка, - раздался от лестницы голос сероглазого воина. - Я уже заметил, что ты закончила с уборкой и добралась до штурвала.

- Не смей называть меня сестрёнкой, [цензура] безрукая! - прошипела богиня. Однако, в отличие от шамана, Стерх был готов к нападению, поэтому отправленный рыжей сгусток чего-то зеленовато-коричневого безвестно сгинул в морской пучине, а его предполагаемая цель успела занять позицию "упор лёжа".

- Ты, пожалуйста, поаккуратнее, - невозмутимо поднимаясь на ноги, сообщил воин. - Я, если ты не заметила, уже вполне себе смертный. А, учитывая, что я не твой верующий, воскресить меня у тебя вряд ли получится.

- Я не переживу этой трагедии, - фыркнула она. - Какой твой план действий?

- Я бы не хотел это обсуждать вслух.

- Значит, ты тупой [цензура], - богиня, оставив штурвал, подошла вплотную к Стерху, со снисходительным презрением разглядывая мужчину. Как у неё это получалось - для меня, например, загадка, учитывая разницу в росте отнюдь не в её пользу: эльфийская богиня смерти уступала даже моим ста шестидесяти сантиметрам. - Лапшу про пытки оставь этим [цензура] доверчивым. В Хаосе любой из нас вспомнит даже то, что никогда не знал, лишь бы его отпустили - что бог, что смертный. Это во-первых. Во-вторых, любой более-менее вменяемый противник не будет тратить время на всякие глупости, а сразу займётся ей, - она кивнула в мою сторону, - и тогда ты, опять же, вспомнишь даже то, чего не знал, лишь бы её оставили в покое. На свою [цензура] крутизну и [цензура] железные нервы можешь даже не рассчитывать: это ты свои ощущения можешь подавить и игнорировать, а вот когда приходит [цензура] чему-то другому... А, впрочем, что я [цензура] тут вещаю? Это будет выглядеть примерно так.

Я всю свою жизнь наивно полагала, что порог чувствительности к боли у меня весьма высокий. Правда, полагала я это с разумной осторожностью, помня, что всё в мире относительно. Дедушка Эйнштейн, наверное, очень громко икнул на том свете, когда я медленно приходила в себя. Очень, очень медленно, с недоверчивой осторожностью привыкая вновь к этому блаженному ощущению, когда ничего и нигде не болит.

- Всё в порядке, - опознала я прозвучавший надо мной голос эльфа. - Эони, всё прошло, не бойся, - меня потянули куда-то вверх. Только тут я обнаружила, что когда-то успела оказаться на мокрых досках палубы. Поддавшись эльфу, позволила утвердить меня в вертикальном положении.

Дольше всего восстанавливалось зрение, но секунд через десять темнота и головокружение прошли, чёрные мушки разлетелись, и я смогла оглядеться. Состав действующих лиц не изменился, равно как поза и выражение лица эльфийской богини смерти. Только теперь Лу наблюдала Стерха в прямом смысле сверху вниз: сероглазый воин судорожно кашлял, как в последний момент спасённый утопающий, скорчившись на четвереньках у ног богини.

- Наглядно? - ехидно поинтересовалась рыжая. - Или мне повторить?

- Всё-таки, Эо правильно тогда на твой счёт высказалась, - пробормотало уволенное божество, с трудом поднимаясь на ноги.

- Что я [цензура] на всю голову? - она радостно оскалилась. - А чего ты ещё хотел от смерти? Но, согласись, хорошо ведь получилось, наглядно! А твоя девка на меня не в обиде, правда ведь? - взгляд переместился на меня. Я тут же часто-часто закивала. На такую обижаться можно только очень-очень издалека, из хорошо укреплённого бункера, всё остальное опасно для жизни. Стерх тем временем поднялся на ноги, цепляясь за перилла и ощутимо пошатываясь. - Так что вернёмся к началу. Каков твой план действий?

- Добраться до пуповины и восстановить её.

- Тьфу! - Лу смачно сплюнула за борт. - Вот же [цензура]! Как свежо и оригинально! Такой [цензура] [цензура] великий план, конечно же, нужно держать в страшной тайне, чтобы враги не догадались! Утешь меня, ты хоть знаешь, как это делать?