История первого дракона

В комнате же я, оглядевшись (бадью с водой успели вынести), вспомнила, что так и не поужинала. Потом поняла, что есть я по-прежнему не хочу, стащила мокрые шорты с футболкой и завалилась спать. Отчаявшись понять, что меня возмущает сильнее - навязанная участь сосуществования со своей малознакомой половинкой, причём половинкой в буквальном смысле этого слова, которая (в смысле, половинка) позволяет себе так собственнически меня обнимать, или всё-таки тот факт, что меня бесцеремонно выставили за дверь, и дальше объятий дело не зашло.

"Ну и ладно", - решила я, уже засыпая. - "Зато вот почувствовала себя настоящей женщиной, которая и сама не знает, чего хочет".

Побудка состоялась немногим после рассвета. Вернее, для меня это был только подъём; состояние "поднять - подняли, а разбудить забыли", знакомое всем хроническим "совам". Спасибо, будили меня последней, когда уже был готов завтрак. Куда только подорвались в такую несусветную рань?

За завтраком со мной присутствовал только молчаливый маг, который меня, собственно, и разбудил. Видимо, остальные встали раньше. Я не стала уточнять, полностью сосредоточившись на насущном: неожиданно ужасно захотелось есть, не иначе как благодаря вчерашнему воздержанию.

Но думать мне это не мешало, тем более при виде пищи организм резко взбодрился и перешёл в бодрствующее состояние. Ради разнообразия думалось мне не о сероглазом боге, и не о проблемах мирового масштаба.

Странный тип этот Зойр. Постоянно молчит и хитро усмехается уголками губ. Сказанные им за время нашего общения слова можно пересчитать по пальцам! Интересно, а он тоже пережил в своей трудной и насыщенной жизни что-то страшное, или просто от природы неразговорчив? Глядя на его изувеченную руку, легче предположить первое. Но, может, он это случайно?

Да и колдует он странно. Честно говоря, я видела это всего один раз, да и то мельком. Вот бы узнать, как местная магия работает! А то вдруг, я тоже маг?

- Зойр, - позвала я, когда завтрак оказался съеден, и организм сделал попытку вернуться к прежнему сонливому состоянию. Маг без особого удовольствия потягивал травяной отвар, как не слишком противное, но уже надоевшее лекарство. Он поднял на меня вопросительный взгляд. - А что нужно, чтобы стать магом?

- Отсутствие близких родственников и инстинкта самосохранения, - он хмыкнул. - А тебе зачем?

- А вдруг из меня тоже маг получится, - честно пожала плечами я. - Только про родственников я не очень поняла.

- Чтоб некому было оплакивать и жалеть.

- Это так опасно? - опешила я.

- Из вступивших на путь обучения заканчивают его меньше половины. И только около трети выживших достигают этого счастливого мига более-менее здоровыми. Я вот как раз из тех счастливчиков.

- А рука? - в моём представлении подобное увечье как-то не вязалось с понятием "более-менее здоровый".

- А что рука? - он пожал плечами. - Главное, голова здоровая. А у большинства моих коллег с этим обстоит похуже.

- Кто же тогда идёт в маги? - растерянно поинтересовалась я.

- Я же с самого начала сказал. Ещё идут те, у кого выбор простой: или умереть, или в маги. Если повезёт выжить, то с деньгами проблем не будет никогда. Я в школу попал мальчишкой; что склонность к магии была, это один проезжий чародей совсем давно сказал. Не собирался поначалу. А потом год голодный пришёл, мне лет восемь было, и нас в семье пятнадцать детей. В школе кормили. Ладно, пойдём, а то нас и так ждут.

- Скорее, меня, - я вздохнула, поднимаясь из-за стола и закидывая на плечо свои немудрёные пожитки. Рюкзак быстро отобрали, оценив его вместительность, взамен выдав под личные вещи чересседельные сумки из тяжёлой грубой кожи. Я не сопротивлялась: рюкзаки удобнее вешать в паре, а не пристраивать по одному. И они уже давно нашли своё место позади Михаэля на лошадином крупе. Высокий жеребец сначала нервно взбрыкивал, но потом освоился и лишь недовольно отмахивался от них хвостом.

- Нас, - с усмешкой повторил маг. - Я тоже утром тяжело встаю.

Во дворе уже навьюченные лошади стояли тесной кучкой, прядали ушами, лениво переступая с ноги на ногу, поскрипывая сёдлами и периодически тычась друг в друга мордами, будто шушукаясь. Прах вальяжно развалился в седле, меланхолично озираясь по сторонам и придерживая поводья всех лошадей. Михаэль бродил вокруг, осматривая лошадиные копыта. При виде него я хихикнула: очень уж он напоминал автолюбителя, постукивающего по шинам автомобиля перед стартом. Да и скучающее выражение физиономии Праха прибавило веселья, когда я пришла к выводу, что для полноты картины ему не хватает только начать вылизываться.

Сержа со Стерхом поблизости не наблюдалось.

- А, Вася, - улыбнулся мне Михаэль. - Ты видела, у твоей кобылы скоро подкова отвалится?

- Где? - искренне удивилась я, подходя. Парень забрал у меня сумку, в два быстрых движения закрепил на положенном месте и вернулся к растерянно оглядывающей лошадиные ноги мне.

- Смотри, - он присел на корточки и, погладив и похлопав кобылу по ноге, уговорил поднять правую переднюю ногу. Я склонилась к копыту, приготовившись внимать. - Вот здесь и здесь гвоздь есть, а вот тут двух не хватает. Надо к кузнецу завернуть, а то захромает.

- Замечательно, - вздохнула я, с любопытством изучая конечность четвероногой подруги. С этого ракурса я лошадь ещё не разглядывала. - Это надолго? А то мы, как я поня-а-ай! - я резко вскинулась от звонкого шлепка пониже спины, влетев лбом в широкую лошадиную грудь, и возмущённо обернулась.

Стерх, проверяющий подпруги своего седла, радостно скалился, не оставляя никаких сомнений в личности неожиданного хулигана. Серж, тоже нарисовавшийся из ниоткуда, с укором, пытаясь сдержать улыбку (что жутковато смотрелось на его теперешней физиономии), прилаживал к седлу свою железную орясину.

- Ну, что ты, как маленький, в самом деле? - обратился он к расшалившемуся уволенному божеству. - Ещё бы за косичку дёрнул.

- Насчёт косички не знаю, а тут просто не удержался, рука сама дёрнулась - уж больно удачная поза! К тому же, она мне сама разрешила.

- Что?! - возмутилась я, держась за пострадавшую часть тела. Наверное, он шлёпал ласково, но сил несколько не рассчитал. А мне ещё на этом, между прочим, весь день в седле трястись!

- Вася? - удивлённо вскинув брови, уставился на меня друг детства.

- Ты ему верь больше! - взвыла я. - Ничего я тебе такого не разрешала, не ври! Кем бы ты там ни был, это не даёт никакого права...

- Сама же возмущалась вчера моим занудством, - фыркнул Стерх.

- Что, это повод себе такое позволять?! - я уже почти шипела. - Что?! - резко обернулась к ткнувшему меня в плечо Михаэлю. Тот также молча указал на седло. - Да что вы все такие довольные, будто сметаны объелись?! - пропыхтела я, вскарабкавшись на лошадь. - Спелись, значит! Мужская солидарность! А что вы вчера друг на друга волками смотрели? Прах, не принимай на свой счёт.