Страница 66 из 118
Массу названий, производных от «Лад», встречаем в России, напр.: по словам Ходаковского, Ладо, река в Люблинском воеводстве, в Островском уезде, Ладище в Вышневолоцк. у., Ладога – гор. на Волхове, ?? же – пустошь в Гдовск. у.. Ладожское в Бежецк, у., Ладуга – ручей в Осташковск у., то же пустошь в Юрьеве – Польск. у., то же Владимирск. губ., Ладино Новоржевск. у., то же Буйс. у., Ладельникова Пскове, у., Ладожка Новгородск. у. и др., то же сложные названия, напр: Безладова, Оладино, Переладово, Розладино, Заладье, Великие Лады и т.п. в разных местах. У Семенова названы: Лада – село Пензенск. губ.. Ладейное поле, гор. Олонецк. губ., Ладинский Покровский монастырь на речке Ладинке, при с. Ладине, Ладовская столица Кубанск. казач. войска, Ладовская балка, при реке того же имени, в Ставропольск. губ.[687]
Имя Лада ныне возглашается преимущественно в припевах весенних и свадебных песен восточных и южных славян. В народных песнях слово «лад» до сих пор означает нежно любимого друга, мужа, любовника, а в женской форме: «лада» – подругу, жену, любовницу. Ссылаясь на целый ряд примеров применения этого слова в указанном значении в разных народных песнях, приведенный Афанасьевым[688], укажу на употребление его в «Слове о полку Игореве»: «Чему мычеши хановския стрелы, – обращается Ярославна к ветру, – на моея лады (т.е. моего мужа) вои»? Там русские жены плачут: «Уж нам своих милых лад (мужей) ни мыслию смыслити, ни думою думати». Ладовать, ладковать во Владимире на Волыне значит славить свадьбу; ладковать в Рязанской и Тульской губерниях значит сватать, лады в Калужской губ. – помолвка[689], ладины в Вышневолоцком и Осташковском уездах – сговор, сватовство[690], ладканя в Галицкой Руси – свадебная песня. Не з ладом муж, не з ладом жена, – говорят белоруссы, выражая тем муха или жену не по любви[691]. В одной болгарской песне невеста зовет своего милого: «Дуни, ми, дуни, Ладяне, – Дойди, ми, дойди, Драгане» (Дохни, дохни. Ладо [мое], – прийди, прийди, Драган)[692]. Наиболее распространенное значение слова лад – согласие. Взглянув на список древнеиталийских божеств, между которыми мы привыкли уже находить столь близкие аналогии с божествами славянскими, мы находим там богиню Concordia, имя которой точно так же значит согласие. Concordia, как видовое название Венеры, сближается с Воna Dеа (добрая, благая, ладная богиня), тождественной с Maia, в свою очередь сочетающейся с богом Maius (тускуланским Deus Mains, Jupiter Maius), который, следовательно, сближается с Ладом[693].
По свидетельству Стрыйковского, Дидис Ладо (Dzidzis Lado) был великий бог, которому приносили в жертву белоснежного петуха, которого чествовали с 25 мая по 25 июня: мужчины в корчмах, а девушки и женщины – на лугах и на улицах, вде устраивали пляски и, взявшись за руки и став в кружок, жалобно припевали: «Lado, Lado, Didis musu Dewie, т.е. Ладо, Ладо, Ладо, великий наш боже!» Это и ныне еще исполняется в Литве, Жмуди, в Лифляндии и на Руси, прибавляет Стрыйковский[694]. У латышей припеву «Ладо» соответствует припев Lighо. Лито, бог или богиня любви и радости, по словам Крузе, и ныне еще призывается латышами, в особенности в Ивановскую ночь. Имя этого бога сотни раз возглашается латышами в песнях радости (Freudenlieder), литвины, по словам Крузе, вместо «Лиго», припевают Лодо[695].
В старинной приписке на экземпляре Кромеровой летописи, хранящейся в Рижской публичной библиотеке, между прочим, значится: «И в наше время литовцы, равно как и летты и куры, призывают Ледо или Ладо около Иванова дня». По свидетельству Резы (Rhesa), старопруссы и литовцы, в честь Лиго, бога весны и веселья, накануне Иванова же дня, под липами зажигали огни и всю ночь плясали, припевая в песнях: «Лиго, Лиго!»[696]
Жмудью, по свидетельству Лазиция, почитался бог Ligiczus, создающий и поддерживающий в среде людей согласие. Тождество его с Лито латышей, старопруссов и литовцев очевидно. Итак, Лад, Лиго, Лодо, Лигичус, все эти однородные божества согласия, весны, радости и любви соответствуют, по значению своего имени, древнеиталийской Concordia, а отсюда и сближающимся с нею божествам: Bona Dea, Maius и Maia, Faunus и Fauna, и чествование их, начинаясь с наступлением весны, кончается праздником Иванова или Петрова дня, словом, во время высшего солнцестояния.
В Хорватии в конце прошедшего столетия записана была песня, которую во время высшего солнцестояния пели хором девушки, пляшучи вокруг Ивановского костра; здесь обращаются к «святому богу» Ладу:
Lepi Jve terga rože
Tebi,
Lado, szeli bože,
Lado, slušaj nas, Lado!
Pewke, Lado, pewamo ti,
Sedca naše wklaniamo ti,
Lado, slušaj nas, Lado!
[697]
(Прекрасный Иван срывает розы
Тебе, Ладо, святый боже,
Ладо, слушай нас. Ладо!
Песни, Ладо, поем тебе,
Сердца наши преклоняем пред тобою, (посвящаем тебе),
Ладо, слушай нас, Ладо!)
В других песнях встречаем имя Лада только в форме припевов, не имеющих непосредственного отношения к тексту данной песни, напр., в вышеприведенной (стр. 157) хорватской колядке, где имя его повторяется в конце первого стиха каждого двустишия, а также в следующем за каждым двустишием припеве: «Oj, Lado, Oj!»
В Славонии в прошедшем столетии пели также песню, в которой взывали к «милому Ладу»:
Tri devojke žito žele,
Lade mi Lade, mile Lade moj!
Jedna dnigoj govorila,
Lade mi Lade, mile Lade moj!…
[698]
(Три девицы жито жали,
Ладе, Ладе, милый Ладе мой!
Одна другой говорила,
Ладе, Ладе, милый Ладе мой!...)
В Загребе еще недавно девушки, расхаживая толпами по городу, от одного дома к другому, пели песни, в которых особенно часто повторялись слова:
Lado, Lado, lepojeLado
.
[699]
(Ладо, Ладо, прекрасен (или прекрасна) Ладо.)
По словам Чаиловича, имя Лада известно в Хорватии, Далмации и Словении. Антон удостоверяет, что Лада знают, кроме России и Польши, также молдаване и валахи[700]. Не менее популярно имя его и среди болгар и сербов.
В Болгарии взывают к «богине Ладе»[701].
У карпато-руссов празднуют Ладо утром в Иванов день, в честь его поют ладовые песни[702]. По вышеприведенному свидетельству Стрыйковского, на Руси (как и в Литве, Жмуди и в Лифляндии) прославляли «великого бога Лада» (также Ладу, величавшуюся, по свидетельству Нарбута, в Литве «великой богиней»; «великую Ладу» чествовали в песнях и в Межибожье по Бугу[703] с 25 мая до 25 июня. Вообще же в настоящее время в России главное чествование Лада (и Лады) происходит раньше, а именно преимущественно во время празднования «красной горки», напр., в песне, сопровождающей игру «сеяние проса», известную в Великой, Малой и Червонной Руси; также в Семик и Троицу (в «семицких» и «троицких» песнях); встречается, впрочем, припев «Ой Ладо» иногда и позже, напр. в «петровских» песнях[704].
В праздновании же Иванова дня, в Малой и Белой Руси место Лада заступил Купало (См. ниже). Значение Лада, как весеннего божества, несомненно доказывается не только повсеместно распространенным в среде южных и восточных славян обычаем призывать имя его в припевах весенних песен, но главным образом тем, что пение весенних песен носит название ладования, и самые певицы этих песен именуются ладовицами. Так, в Славонии пение песен на Юрьев день называется ладованием[705]; в Хорватии, в окрестностях Вараждина, около Карловца и др., девушки, поющие особенные песни накануне Юрьева дня и в самый Юрьев день, называются ладовицами, а петь эти песни, снабженные припевом «Ладо» – ладати[706]. В Болгарии весенние песни, которые поются девушками в вербное воскресенье, называются л адины ми, сами певицы ладовицами, а петь эти песни – называется ладувать. Припев «Ладе, Ладо!» встречается в болгарских песнях, поющихся уже в воскресенье перед Великим постом, т.е. в самых ранних весенних песнях[707]. В Чехии, где имя Ладо ныне уже исчезло, певицы весенних песен, в период времени от Троицына до Иванова дня, носили в старину название ладариц[708].