Псы границы

   Селяне у нас не появлялись с прошлой недели. Им сейчас не до нас. Осень наступила. Сбор урожая вовсю идёт. И на полях, и в садах, и даже в лесу. Мы тоже то в лес по грибы-ягоды-орехи ходим, то к реке - рыбу ловить да коптить. Зелёный коптильню сложил из камней, как они у себя в лесу делали. Так что мы теперь и рыбой, и мясом копчёным запасаемся, к зиме готовимся. И лошадям на зиму сена вдоволь заготовили. Эвон, неподалёку два огромных стога стоят, верёвками перетянутые, чтоб ветрами осенними да зимними не разметало.

   Продолжая обтёсывать жерди, я мысленно перебирал, что мы сделали за прошедшее время, чего не успели, и что ещё предстояло сделать, готовясь к зиме. Глаза при этом по привычке скользили вокруг, осматривая окрестности и примечая все изменения, происходящие в окружающей обстановке. Потому я ещё издалека заметил скачущего к нам во весь опор всадника.

   "От деревни скачет, - отметил я, - случилось чего?"

   Между тем всадник доскакал до нашего поста, покрутился там, видимо, выспрашивая о чём-то. Кто-то ему что-то ответил, кто-то махнул рукой. Всадник, развернув коня, помчался в мою сторону. Когда подъехал ближе, я его узнал. Один из молодых парней из посёлка. Бывал у нас часто, помогал строить казарму, косить сено. И вообще был парень свойский и простой в обращении.

   - Эй! Цыган! Привет! - послышался его звонкий голос, - Сержант где?

   Цыган в ответ помахал рукой и ткнул пальцем в направлении кустов, за которыми я и стоял:

   - Там!

   Кивнув в благодарность, парнишка развернул коня.

   Подъехав поближе ко мне, парень спрыгнул на землю и, приветливо улыбнувшись, сказал:

   - Доброго дня вам, господин сержант! Да поможет вам Высший!

   - Здорово, - ответил я, - и тебе - того же! Чего примчался? Дело есть? Или так, попроведать со скуки?

   - Староста прислал, господин сержант, - оглаживая коня, ответил тот, - праздник у нас в эту субботу будет. День последнего снопа. Вас всех на праздник приглашаем.

   - Хм... Праздник - это хорошо, - раздумывая над его словами, ответил я, - Вот только всем-то уж точно прийти не получится. Но кто сможем - придём обязательно. Так старосте и передай.

   - Так мы ж понимаем, - согласно кивнул гонец, - служба. Как без неё?.. Ну, так мы вас ждём, господин сержант! - воскликнул он, запрыгивая обратно в седло.

   Я в ответ изобразил некое движение топором, мол - договорились, и с одного замаха снял с жердины сразу несколько мелких веточек.

   Полоз и Грызун, работавшие неподалёку, разумеется, весь разговор слышали и, довольно переглянувшись, показали друг другу большие пальцы.

   Не успел посланец старосты уехать, как в поле, со стороны реки показались два всадника. Это возвращались с охоты Степняк и Зелёный, уехавшие ещё утром.

   Однако, когда они подъехали к казарме, добычи при них не оказалось, а вот выглядели они довольно странно. Степняк весь, с ног до головы, был вымокшим до нитки. Зелёный же, бросая на него короткие взгляды, прыскал от смеха в сторону.

   - О! Привет, охотнички! - приветствовал их весёлым возгласом Одуванчик, как раз вышедший из казармы, - Как охота?

   При этих словах Зелёный вдруг от души расхохотался, а Степняк насупился и, соскочив с седла, молча исчез за дверями казармы.

   - Чего вы? - недоумевает Одуванчик.

   - Да, уж... поохотились, - закатывается Зелёный.

   Тем временем к ним подхожу я, следом подтягиваются Полоз и Грызун, из казармы выходят Циркач и Дворянчик.

   Услышав сказанное Зелёным, Дворянчик коротко бросает:

   - Рассказывай.

   - Поехали мы со Степняком на охоту, - начал Зелёный.

   - Это мы и так знаем. Ближе к делу, - отозвался Циркач.

   - Ну, подъезжаем к реке. Взяли немного в гору. Едем мимо большого серого камня над обрывом. А вплотную к этому камню сосна растёт. Гляжу, а под сосной енот сидит. Нагрёб себе кучу шишек сосновых и грызёт их. Обед у него, значит, - хмыкнул Зелёный.

   - И чего такого? - не понял Полоз.

   - А то! - продолжает закатываться Зелёный, - Я Степняку и говорю, гляди, мол, шапка тебе на зиму под сосной сидит, енотовая. Надо? Он обрадовался. О, говорит, сейчас я его поймаю. Я говорю: "А чего его ловить? Давай лучше я его подстрелю. Всего и делов". А он мне говорит: "Подожди, не стреляй. А то ты мне шапку испортишь!"

   Последнюю фразу Зелёный произнёс уже под громкий смех слушателей. Начало истории прозвучало довольно многообещающе. Мы устроились вокруг рассказчика, уже спрыгнувшего с седла и принявшего картинную позу ради продолжения рассказа:

   - Скидывает Степняк плащ, сползает с седла и растянув плащ в руках, со всех ног рвёт к обедающему еноту. Да там и бежать-то - с полсотни шагов. Енот сперва и не понял, что это за ним бегут. А когда сообразил, то единственное место, куда он мог скрыться, была та самая сосна, под которой он сидел. Не долго думая, енот зажимает в зубах самую большую шишку и что есть духу взлетает на самую макушку сосны. Он наверное, думал, что такая туша, как наш Степняк на ту сосенку не полезет. Она же с руку толщиной, не больше. Ан, нет, просчитался енот! Степняк, с криком "попался, сука!", полез! - Зелёный от возбуждения хлопнул кистью правой руки по ладони левой, - И вот, значит, Степняк лезет, енот на макушке визжит благим матом и пытается отстреливаться.

   - Как это? - не понял Циркач, - Чем отстреливаться?

   - Ну, как чем? - хмыкнул Зелёный и ткнул себе пальцем за спину, - Хвост поднял и - залпами! Но, правда, не попадает, - тут же уточнил Зелёный, покосившись на вышедшего из казармы Степняка, уже переодевшегося в сухое, - сосна слегка под наклоном к реке растёт. Так что всё мимо летит. А Степняк - лезет!

   Я-то со стороны смотрю, лучше него всё, что происходит, вижу. И вдруг понимаю, что дальше ничего хорошего не будет. И кричу ему, мол, слазь оттудова, не лезь дальше! А он - ни в какую. Я его, говорит, уже почти достал! Вы знаете, в какой-то момент я уже тоже думал, что он этого енота достал. Но тут сосна под весом Степняка понемногу начинает сгибаться и наклоняться в сторону реки. Он этого сначала не заметил, а потом уже поздно было.

   - В смысле? - уточнил Дворянчик, посмеиваясь, - Сосна сломалась?

   - Да нет, - отмахнулся Зелёный, - не сломалась. Просто она вдруг так сильно согнулась, что Степняк, не ожидавший такого выпада с её стороны, разжал руки и полетел мимо енота прямо в реку...

   Мы покатились со смеху, представив себе летящего с дерева в реку Степняка.

   - Это ещё не всё! - замахал руками Зелёный, - После того, как Степняк выпустил из рук сосну и полетел в воду, дерево, понятное дело выпрямилось...

   - И чего? - задавив в груди смех, выдохнул Одуванчик.

   - И дико орущий енот, тоже не ожидавший такого разворота, подброшенный сосной, полетел в другую сторону, шагов на пятьдесят, в кусты... Ну, точно, как камень, выпущенный из пращи.

   Народ катался по земле, давясь и икая от смеха. Кто-то в приступе веселья колотил по земле кулаком, кто-то, держась за живот, стонал в изнеможении...

   - Но и это ещё не всё! - перекрикивая смеющихся, продолжал Зелёный, - В это время мимо пролетала ворона. Я не знаю, что она подумала, когда её обогнал летящий мимо и орущий енот, но я сам видел, как она в воздухе перевернулась кверху лапами и тоже заорала!

   Сказать, что мы были в истерике, это ничего не сказать. Народ буквально задыхался от хохота. А взглянув на хмуро улыбающегося Степняка, опять хватался за животы в новом приступе смеха.

   - А что Степняк? - сквозь смех спросил Дворянчик.

   - А Степняк вылез из реки, прыг в седло и - ходу до казармы галопом! Переодеваться! - смеясь, ответил Зелёный.

   - Слышь, братан, - хлопнул Степняка по плечу Грызун, - может, мы тебя теперь по другому звать будем?

   - Это как? - насторожился тот.

   - Катапульта!

   - Не! - отрицательно замахал руками Циркач, - Не катапульта! Гроза енотов!