Страница 55 из 61
– Через неделю. Осталось недолго ждать, – сказал Тигров довольным голосом.
– Дождусь, – ответила я шутливо.
– Уж постарайся, малыш. И вот ещё что, по поводу его записей. Подумай над тем, что прочла, поразмышляй, проанализируй, покопайся. В общем, мне нужно всё, что ты накопала, и все твои выводы. У тебя на это есть неделя.
– Есть, босс, – сказала я игриво.
– Ну, а теперь давай, не задерживайся, мне нужен дневник. До встречи, малыш.
– До встречи.
Следующие пару минут я продолжала сидеть неподвижно, раздумывая. Одна фраза Тигрова не давала мне покоя. Он говорил о Галинском как о живом, в настоящем времени. Может, он просто оговорился? Но это было так не свойственно Тигрову. Значит, он сказал это умышленно, специально для меня, зная, что я не упущу этого момента? Получается, что он намекнул мне на то, что Галинский жив. Действительно ли это было так, или, начитавшись дневника Галинского, я уже искала двойной скрытый смысл там, где его не было? Может быть. Хотя от Галинского и впрямь можно было ожидать чего угодно, может, он и жив.
А может, в Рубиновом имении и вовсе был взорван кто-то другой вместо Галинского? Что если это и был план Галинского – незаметно исчезнуть, чтобы весь мир думал, что он убит русскими спецслужбовцами? Как же я до этого сразу не додумалась? Ведь на это как раз и намекала последняя запись Галинского в дневнике от 6 октября 2009 года!
…Всё в мире относительно. И кот Шредингера в ящике может быть одновременно живым и мёртвым. Но иногда это может происходить и вне квантовой механики…
И тут наконец-таки меня осенило. После долгих мучительных размышлений на тему, что же могло объединять трёх русских, после этого неотступно ноющего интуитивного ощущения, что существует какая-то ниточка, связывающая всех троих, я наконец поняла, что именно это было. Тот пазл, который я так долго и тщетно пыталась найти, был найден. В моей голове всё сложилось в одну целую картину – и Носиков, и Ломов, и Винницкий внешне были все как на подбор похожи на Галинского. Они были приблизительно его возраста, его роста и его комплекции, даже лицом они смахивали на Галинского, особенно Винницкий.
Теперь мне всё стало понятно. Задача с тремя неизвестными была решена. Амир, видимо, долго и планомерно подбирал подходящего человека, который должен был занять место Галинского во время взрыва. Видимо, искал Амир этих людей по разным каналам – среди знакомых, по работе, во время случайных встреч. Затем он наверняка подробно отрабатывал каждый из возможных вариантов, при этом придумывая какие-нибудь истории для этих людей – кому-нибудь обещал участие в бизнесе, к примеру, или помочь найти работу, или оплатить какие-то услуги, в общем, врал им с три короба, чтобы только не потерять их из виду. И Носиков, и Ломов интересовали Амира не потому, что как-то были связаны с Карбановичем и Белым, а потому, что были очень похожи на Галинского. Хотя повстречаться с ними Амир мог, имея первоначально совсем другие цели, но, познакомившись с ними и увидев их сходство с Галинским, стал рассматривать и того и другого как кандидатов на подмену Галинского.
Но лучшим кандидатом на место Галинского оказался Винницкий, теперь у меня в этом не было никаких сомнений. Видимо, у него и группа крови оказалась такой же, как у Галинского, и личные обстоятельства делали его более лёгкой добычей, ведь он был разведен, а значит, его легче было похитить без активных поисков со стороны семьи. Что уж там ему пообещал Амир, оставалось только догадываться, но каким-то образом он завлёк его в Лондон, а потом накачал наркотиками, держа его в беспамятстве на ферме рядом с Лютоном до самого дня взрыва. Дорогой костюм и часы, видимо, были заготовлены для того, чтобы будущий труп соответствовал Галинскому и в одежде; всё было продумано до мельчайших деталей. Для этой подмены наверняка и было заготовлено инвалидное кресло, которое Амир передавал Мистеру Z на парковке в пабе. Мистер Z, похоже, был ответственным за доставку Винницкого в Рубиновое имение, для этого он и стал там работать садовником в последние дни перед взрывом. Да и в организации самого взрыва и в тайном исчезновении Галинского он явно принимал активное участие, будучи его ближайшим доверенным лицом. Может, именно он вместе с Галинским и улетел в Уругвай на частном самолёте Галинского, используя паспорта несуществующих израильских граждан и наверняка при этом прячась за искусным гримом.
Мне было просто необходимо поделиться всем этим с Тигровым. Хотя, если всё произошло именно так, и Галинский действительно сбежал втихаря в Уругвай, Тигров наверняка уже знал об этом. Меня Тигров отстранил от дела ещё 25 октября, сразу после моего визита на ферму, где я обнаружила Винницкого; я подозревала, что он просто испугался за меня. Тогда он кратко и безо всяких прелюдий сообщил мне, что моя часть работы по делу Галинского выполнена и что во мне больше нет нужды. Тигров наказал мне вернуться к моим текущим делам, которые на время были приостановлены, предварительно отдохнув немного, да ещё обещал подкинуть новенькое дело. В этом не было ничего особенного, Тигров часто использовал меня в том или ином деле частично с тем, чтобы получить интересующую его информацию; далее дело было за другими специалистами. Так и в этом случае, после моего отстранения Тигров наверняка задействовал своих людей наблюдать за Галинским. Только в этот раз мне было очень интересно узнать, что же произошло на самом деле. Обычно мне и в голову не могло прийти выспрашивать своего босса – это было по меньшей мере непрофессионально. Но прочтя дневник Галинского, узнав о его тайнах, мне было любопытно понять, какая же его постигла участь.
Я пришла к выводу, что на данный момент мне просто необходимо хорошо отоспаться, тем более что мне предстояла хорошая возможность выспросить всё у Тигрова через неделю при личной встрече. Поднимать эту тему по телефону было неразумно и бесполезно. Но для начала мне нужно было доставить дневник в назначенное место. Я вскочила со скамейки и поспешила назад к дому.
Глава 36
Ни даже всесильная наука
Погружённый в свои мысли, Келли быстро шёл вдоль длинного коридора, кивая в ответ на приветствия коллег, на которых он натыкался на пути. Он только что возвратился из стоматологической клиники и уже на несколько минут опаздывал на экстренное блиц-совещание в офисе Люси. Он проверил время: 08:40. Прошло почти шестьдесят четыре часа с момента взрыва в Рубиновом имении. Как много произошло за это время, сколько новых и непредвиденных обстоятельств, открывшихся следствию и повлекших за собой ещё больше вопросов.
Келли открыл дверь в офис Люси. Все уже собрались для совещания, он был последним. Сара, главный криминальный эксперт, Нейл, патологоанатом, и Том, старший технический эксперт, уже сидели вокруг стола Люси.
– Присоединяйся, – сказала Люси, кивнув Келли. – Ну что? – Она явно торопилась начать. – Что у тебя, Келли? Как прошла твоя встреча с зубным врачом Галинского? Удалось что-либо узнать?
Келли грузно опустился на стул рядом с Сарой и вытер запотевший лоб ладонью.
– Зубной врач Галинского мёртв, – сказал он без особых эмоций, будто ещё сам не до конца осознал эту новость.
– Что ты имеешь в виду – мёртв? – спросила Люси, удивленно приподняв брови.
– Мёртв, значит, его нет больше в живых, – подтвердил Келли с лёгким сарказмом. – Предположительно на него напал грабитель на улице, украл деньги, часы и ключи от машины. Врач, видимо, оказал ему сопротивление, и тот пырнул его ножом. Произошло это в понедельник, за день до взрыва в Рубиновом имении. А труп нашли только через день, он был спрятан в кустах недалеко от его дома. Это хорошо, что ещё нашли так быстро. Врач жил на одной из самых дорогих улиц в районе Бушэй, а дом его примыкал прямо к роще. Ни свидетелей, ни отпечатков, никаких зацепок, ничего. Нас не информировали потому, что никто не сопоставил его убийство с нашим делом. Местная полиция в Бушэй не имеет никаких подозреваемых на этот момент. Явно гиблое дело.