Страница 50 из 69
Да, мысленно согласилась с ней Кейти, жены действительно узнают обо всем последними. Но так ли уж они не виновны в измене мужа?
Сдернув пальто со спинки стула, Джулия быстро оделась. Затем, посмотрев на Роберта, не могла удержаться, чтобы не добавить:
— Я искренне надеюсь, что тебе никогда не придется пережить того, что переживает сейчас жена Аллана Макклахана!
Кейти почувствовала, как на лице проступает краска, как на смену страшной усталости приходят горечь и гнев.
— Я, конечно же, не предполагала, что все выйдет наружу именно таким образом, — сказала Джулия, затем торопливо добавила: — Извините. Я этого не хотела…
Она продолжала стоять посередине кухни, не зная, как ей уйти.
— Не провожайте. — Еще секунду помедлила. — Надеюсь, вы придете к нам на обед в четверг?
— Мы сообщим, — ответил Роберт, опережая Кейти. — Спокойной ночи, Джулия. Счастливого Рождества.
О том, что они не пойдут к Джулии, Кейти уже ни на минуту не сомневалась. Она украдкой взглянула на Роберта, надеясь, что он догадается оставить ее одну. Ей было необходимо собраться с мыслями… А еще ей хотелось поговорить с Шейлой. Звук скрежета металла о камень резко прервал ее размышления. Она сразу поняла, что произошло; так ей и надо, не будет совать нос в чужие дела!
— Она задела столб, — сказал Роберт, не скрывая усмешки. Стоя у раковины, он наливал в чашку чай. — Она припарковала машину под таким углом, что выехать, ничего не задев, просто невозможно.
Кейти понимала, что этой ни к чему не обязывающей болтовней Роберт старается оттянуть начало непростого для них обоих разговора. Поставив на стол чайник, он налил Кейти недавно заваренного чая и молча сел напротив.
— Думаю, что еще пару дней назад наш разговор с Джулией мог быть совершенно иным, — тихо произнесла Кейти. — Ведь еще совсем недавно — несколько дней назад, неделю — я бы могла с ней согласиться. Но когда сама становишься частью любовного треугольника, не остается ничего, кроме как учиться смотреть на подобные вещи под другим углом зрения.
— Ты хочешь сказать, что уже знала о Шейле? — спросил он.
Да, она знала. Это было одним, но далеко не последним неприятным открытием, ожидавшим ее на прошлой неделе. Держа чашку обеими руками, Кейти смотрела на поднимающийся из нее пар. Роберт любил крепкий чай.
— Шейла рассказала мне об этом в понедельник. Мы сидели в ее машине на стоянке у спортивного центра в северной части города, — сказала Кейти и сразу почувствовала, как Роберт напрягся; спортивный зал, который он посещал, тоже располагался на севере. — Сидя в машине, я наблюдала, как мой муж целует другую женщину.
С этого момента у нее пошел другой отсчет времени.
Для нее измены Роберта еще долго могли оставаться предположением и догадкой, не имея под собой никакого реального подтверждения. Но, глядя на мужа, обнимающего и целующего в губы другую женщину, она ощутила острую физическую боль. Невыносимую боль!
Неожиданно Кейти почувствовала острое желание отомстить Роберту: пусть и он пройдет через боль и унижение. Очевидно, в ее взгляде что-то изменилось; заметив это, Роберт испуганно откинулся на спинку стула. Неужели он подумал, что она собирается запустить в него чашкой с горячим чаем… Впрочем, в тот момент она действительно хотела сделать это. Взглянув на него, она осторожно поставила чашку на блюдце; эта чашка была из сервиза, подаренного на свадьбу ее бабушкой. Она была ей дорога как память, и в тот момент Роберт ее не стоил.
— Я позвонила тебе, — сказала она, — позвонила из машины, которая находилась от тебя в каких-нибудь десяти ярдах. — Роберт слушал ее, низко опустив голову, но Кейти заметила, как кровь прилила к его лицу. — Я спросила, когда ты будешь дома, — не отрывая от него взгляда, продолжала Кейти. — Ты ответил, что выезжаешь из офиса и будешь минут через сорок.
Она неожиданно встала и, отвернувшись от него, подошла к раковине; он не должен видеть ее слез. Какое-то время она тщательно мыла и вытирала чашки. И только почувствовав, что успокоилась, вернулась к кухонному столу и начала наводить на нем порядок.
— Как долго… ты давно об этом знала? — наконец спросил Роберт, отводя взгляд в сторону. — О нас? Обо мне?
— Недолго. Неужели ты думаешь, что я стала бы закрывать глаза на отношения своего мужа с другой женщиной? — Кейти была довольна, что ей удалось справиться со своими эмоциями, ее голос звучал спокойно и без волнения.
— Нет, я никогда так не думал, — ответил Роберт.
Узнав о романе своего мужа, Кейти не могла представить, что она сможет жить дальше, не выяснив все до конца. Она была не готова пустить все на самотек и ждать, что рано или поздно к мужу вернется прежнее благоразумие. Это противоречило ее внутренним принципам; она бы не смогла спокойно смотреть на него, зная, что его роман продолжается, и не предпринимать никаких мер.
Достав с полки кулинарную книгу, она начала перелистывать ее в поисках нужного рецепта. Найдя, положила книгу на стол и быстро пробежала рецепт взглядом.
Приготовление рождественского обеда всегда начиналось с поиска необходимого рецепта, это уже стало частью рождественского ритуала. Книга рецептов принадлежала еще ее матери; поля книги были исписаны ее мелким аккуратным почерком и содержали большое количество дополнений и поправок. Кейти знала о том, что Джулия давно мечтает заполучить эту книгу. Каждое Рождество она старалась выпросить ее у Кейти. И каждый год, отвечая отказом, Кейти была вынуждена переписывать для Джулии рецепты приготовления индейки, ветчины или свинины. Подойдя к одному из кухонных шкафов, она начала доставать ингредиенты для начинки индейки.
— Ты не могла бы сесть, чтобы мы могли поговорить? — неожиданно спросил Роберт. Сделав вид, что не расслышала, Кейти продолжала:
— В прошлый четверг я подписывала рождественские открытки. Тогда я и получила первые доказательства твоей измены. Как только появились основания для подозрения, я начала искать им дальнейшие подтверждения, и, знаешь, получить их не составило особого труда. — Кейти понимала, что ей удалось обнаружить доказательства только лишь благодаря тому, что Роберт начал вести себя беспечно и легкомысленно. За время его романа со Стефани он привык, что многое сходит ему с рук, и перестал уделять внимание мерам предосторожности. — В твоем кабинете наверху я обнаружила штрафной талон за превышение скорости. Он был за октябрь, превышение скорости было зафиксировано в Беллимуне… хотя ты в это время должен был находиться в Белфасте: там у тебя была назначена встреча с клиентом.
Кейти положила кусочки хлеба в блендер и, пока они перемалывались в мелкую крошку, осторожно наблюдала за Робертом: выражение его лица доставляло ей удовольствие. Звук блендера был ей неприятен, но он не мог идти ни в какое сравнение со звуком борной машины. Зная отношение Роберта к посещению кабинета дантиста, она не могла не удивляться, что в последнее время он туда зачастил. То, что он пошел на это ради Стефани, сейчас у нее не вызывало никакого сомнения. А посещение спортивного зала, новая одежда, повышенное внимание к своей внешности? Разве это не должно было ей послужить сигналом, что в жизни Роберта появилась другая женщина?
— Я сразу же вспомнила другие ночи, когда ты отсутствовал дома, ссылаясь на встречи с клиентами и ужины с ними. Знаешь, о чем в ту минуту я подумала? Мне не удалось вспомнить ни одного клиента, с которым в дальнейшем ты заключил хотя бы один контракт. На прошлой неделе ты собирался поужинать с Джимми Мораном. Так вот, когда я позвонила в китайский ресторан, где вы собирались встретиться, мне сообщили, что ни на твое имя, ни на имя Джимми столик заказан не был.
— Мы действительно собирались… — начал Роберт, но вынужден был замолчать: Кейти вновь включила блендер.
— А затем я обнаружила телефонные счета. — Повернувшись, она посмотрела на Роберта с выражением глубокого разочарования. — Сотни звонков, Роберт. Сотни. Первый звонок. Последний звонок. И все по одному и тому же номеру мобильного или домашнего телефона. — Говоря ему об этом, она вспомнила, как много лет назад, когда они еще не были женаты, он постоянно звонил ей поздно вечером, чтобы пожелать спокойной ночи. Тогда ей это казалось таким романтичным… — И ты знаешь, я не могла вспомнить ни одного утра, когда ты, уходя на работу, говорил мне хотя бы слово. Днем ты всегда был занят настолько, что не мог найти время, чтобы позвонить и узнать, как у меня дела; ты часто возвращался домой поздно, когда я была уже в постели. Порой за весь день мы говорили друг другу едва ли несколько слов. Но при этом ты всегда находил время, чтобы звонить своей любовнице, и делал это не только каждый день, но и несколько раз в день.