Страница 55 из 145
Правда, моряк смотрел на обезьяну с чисто кулинарной точки зрения; и в самом деле, мясо этих травоядных животных превосходно. Но путешественники не нуждались в съестных припасах и не хотели понапрасну расходовать патроны.
Время близилось к четырем часам пополудни; плыть по реке Благодарения стало еще труднее, ибо водоросли и камни преграждали путь. Берега поднимались все выше: река извивалась между первыми отрогами горы Франклина. Очевидно, ее истоки были неподалеку отсюда, они питались водами, бегущими с южных склонов горы.
- И четверти часа не пройдет, как нам придется остановиться, мистер Сайрес.
- Ну, что же, и остановимся, Пенкроф, расположимся на ночлег.
- Далеко ли мы отплыли от Гранитного дворца? - спросил Герберт.
- Да миль на семь, - ответил инженер, - но я принимаю во внимание повороты реки, из-за них мы отклонились на северо-запад.
- Поплывем дальше? - спросил журналист.
- Да, пока это возможно, - ответил Сайрес Смит, - завтра на рассвете высадимся из лодки, надеюсь, часа за два доберемся до побережья и за день исследуем прибрежную полосу.
- Вперед! - крикнул Пенкроф.
Но вскоре лодка стала задевать каменистое дно реки, ширина которой в этом месте не достигала и двадцати футов. Густая зелень аркой перекидывалась над рекой и окутывала ее полутьмою. Довольно отчетливо слышался шум водопада, и это говорило о том, что неподалеку отсюда вверх по течению находится естественная плотина.
И действительно, за поворотом реки путешественники сквозь деревья увидели небольшой водопад. Лодка ударилась о дно, а через несколько минут ее привязали к стволу дерева у правого берега.
Было около пяти часов. Последние лучи заходящего солнца проникали сквозь густую листву деревьев, преломляясь в струях воды, и мелкие брызги, разлетавшиеся веером, искрились всеми цветами радуги. А дальше река Благодарения терялась в лесной заросли - там, где брала начало. Речушки, впадавшие в нее на всем протяжении, превращали ее ближе к устью в настоящую реку, - здесь же она была прозрачным мелким ручьем.
В этом прелестном уголке путники и расположились на ночлег. Они разгрузили лодку, разожгли костер и приготовили ужин в небольшой рощице крапивных деревьев, в ветвях которых Сайрес Смит и его товарищи могли в случае необходимости найти приют на ночь.
С ужином покончили быстро, потому что все очень проголодались, и теперь оставалось одно - лечь спать. Но лишь только стемнело, раздалось рычание, послышался рев каких-то зверей, поэтому путники подбросили сучьев в костер - пусть горит всю ночь, пусть его сверкающее пламя охраняет спящих. Наб и Пенкроф дежурили по очереди и не жалели топлива. Вероятно, они не ошиблись, думая, что видят тени каких-то животных, - звери бродили вокруг лагеря, мелькали среди ветвей деревьев; однако ночь прошла без приключений, и на следующий день, 31 октября, все уже были на ногах с пяти часов утра, готовясь продолжать путь.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
По пути к побережью. - Обезьяны. - Еще одна река. - Почему не ощущается прилив. - Лес вместо берега. - Змеиный мыс. - Герберт завидует Гедеону Спилету. - Как горит бамбук
Было шесть часов утра, когда колонисты, покончив с завтраком, пустились в путь, - им хотелось поскорее достигнуть западного берега. За сколько часов доберутся они туда? Сайрес Смит сказал, что за два, но, очевидно, это зависело от того, какие препятствия встанут у них на пути. Эта часть Дальнего Запада, казалось, была покрыта сплошными лесами - росли там самые разнообразные породы деревьев. Путникам, вероятно, предстояло прокладывать себе дорогу топором сквозь заросли трав, кустарника, лиан, не выпуская из рук, конечно, и ружья, - недаром ночью слышалось рычание хищных зверей.
Точное местоположение лагеря можно было определить по горе Франклина; вулкан возвышался на севере, на расстоянии по крайней мере трех миль, - значит, чтобы добраться до побережья, нужно было идти прямо к юго-западу.
Путешественники тщательно привязали лодку и пустились в дорогу. Пенкроф и Наб несли съестные припасы - их было вполне достаточно для маленького отряда по крайней мере на два дня. Решили не охотиться. Инженер посоветовал своим спутникам без нужды не стрелять, чтобы не выдать своего присутствия вблизи от берега моря.
Первыми ударами топора они расчистили себе путь среди густых зарослей, чуть повыше водопада; и Сайрес Смит с компасом в руке пошел вперед, указывая дорогу.
Почти все деревья, растущие тут, в лесу, уже встречались им на озере и на плато Кругозора. Были тут деодары, дугласы, казуарины, камедные деревья, эвкалипты, драцены, гибиски, кедры и деревья других пород, но росли они так тесно, что почти все были низкорослы. Путники медленно продвигались по тропинке, которую прокладывали на ходу, - Сайрес Смит задумал соединить ее впоследствии с дорогой вдоль Красного ручья.
Они все время шли вниз, спускаясь по широким уступам, характерным для орографической системы острова; почва была сухая, но ее покрывала роскошная растительность, которую, очевидно, питали подземные ручьи, а может быть, поблизости протекала речка. Однако Сайрес Смит не заметил, когда восходил на потухший вулкан, других речек, кроме Красного ручья и реки Благодарения.
Путники шли уже несколько часов, когда им встретились целые стаи обезьян, проявлявших живейшее любопытство, ибо они видели людей впервые. Гедеон Спилет шутливо спрашивал, уж не принимают ли эти проворные и сильные четверорукие его самого и его спутников за своих собратьев-выродков? И правда, путники на каждом шагу останавливались перед зарослями кустарника, путались в лианах, спотыкались о поваленные деревья и не могли блеснуть ловкостью по сравнению с обезьянами, которые легко прыгали с ветки на ветку и преодолевали любые препятствия. Обезьян было множество, но, к счастью, они не проявляли враждебных намерений.
Попадались также кабаны, агути, кенгуру и разные грызуны, а раза два-три - сумчатый медведь. Пенкроф с удовольствием всадил бы в зверей несколько пуль.
- Охота еще не разрешена, - говорил он. - Прыгайте пока, приятели, скачите и летайте спокойно. На обратном пути мы с вами потолкуем.
В половине десятого утра безыменная горная речка шириной в тридцать - сорок футов преградила им путь; течение у нее было стремительное, бурное; волны бились о скалы и шумно бурлили. Плыть по этому глубокому и прозрачному потоку на лодке было невозможно.
- Вот путь и отрезан! - воскликнул Наб.
- Нет, - ответил Герберт, - ведь это всего-навсего ручей, и мы его переплывем.
- Зачем же? - сказал Сайрес Смит. - Ясно, что он течет к морю. Пойдемте вдоль левого берега; держу пари, речка очень скоро выведет нас к морю. Идемте же!
- Погодите, друзья! - воскликнул журналист. - А как мы назовем речку? Пусть не будет белых пятен на нашей карте.
- Верно! - одобрил Пенкроф.
- Ну-ка, дружок, дай ей название, - обратился инженер к Герберту.
- Не лучше ли нам подождать и сначала обследовать ее до самого устья, - заметил юноша.
- Ну что ж, - сказал Смит. - Идемте вниз по течению, живее!
- Погодите-ка! - воскликнул Пенкроф.
- Что такое? - спросил журналист.
- Охота запрещена, а вот рыбная ловля, я полагаю, разрешается.
- Нельзя терять времени, - ответил инженер.
- Всего пять минут, - возразил Пенкроф. - Задержу вас только на пять минут, - ведь обед от этого выиграет.
И Пенкроф лег на берег, опустил руки в быстрые воды и вмиг наловил несколько дюжин превосходных раков, кишевших между скалами.
- Отличная будет закуска! - воскликнул Наб, помогая другу.
- Я ведь говорил, что, за исключением табака, все есть на этом острове, - пробормотал Пенкроф, вздыхая.
За пять минут наловили уйму раков, - так много водилось их в речке. Наполнив целый мешок этими раками с синим, точно кобальт, панцырем и небольшими клешнями, колонисты снова двинулись в путь.