Страница 9 из 33
– Как звать-то? – спросил он эльфийку, убирая в ларец меч и доспехи.
– Как назовете хозяин, – покорно отозвалась эльфийка, голос был необычайно мелодичен, подобно их лирам или арфам с серебреными струнами.
– Так не пойдет, – Фаргалар подошел к эльфийке. Мозолистые пальцы коснулись шеи. Девушка задрожала, но Фаргалар снял рабский ошейник. – Вот так. Завтра прилюдно дам тебе вольную. А так… Как мне тебя называть?
– Таира, – чуть слышно прошептала Темная эльфийка, не поднимая взгляда.
– Таира. Ну Таира, так Таира. Ты пока приберись, да огонь разведи. А я воды натаскаю.
Когда дверь захлопнулась за Фаргаларом, Таира опустилась на колени.
– Милосердная Луна, – зашептала Таира. – Молю тебя! Дай мне знак! Что мне делать дальше, как жить?
Таира встала. Губы сами зашептали заклинание Имени. Это заклинание произносит каждый, неважно Темный он или Светлый, когда приходит время. Имя для эльфа не только то, как его будут звать, но и его судьба. Раньше Таира боялась спросить Луну о своей судьбе, она ей было известна. Ее ждал костер во славу Светлого Брата.
Таира закончила заклинание.
Словно издалека донесся голос, холодный и красивый:
– Халарн.
– Халарн, – повторила эльфийка сказанное Луной. – Халарн. Драконица.
Таира не была белоручкой и нехитрую домашнюю работу выполнила быстро, а перед глазами стояли зрелища боев и пожаров, где гибли ее сородичи. И она представляла себя во главе стаи Морских драконов Ранера идет против врагов, отмщая своих родных и близких. Да, за ней пойдут Морские драконы, когда она поведет их на богатые земли этих проклятых эльфов Света, что зажились в своих ажурных башнях из кварца.
«И это будет!» – мысленно поклялась Таира.
Женщины и раньше становились драконами, но ни одна еще не вела за собой стаю. Но все происходит впервые.
Наверно желая порадовать Таиру, Фаргалар приготовил дэжи. Эльфийское блюдо у него получилось на славу, но ужинали они молча.
«А мама готовила дэжи. Так же, как и этот дракон,» – неожиданно подумала Таира.
Съев первую порцию Таира, робко улыбнулась, и вновь удивилась. Отблеск истинного счастья промелькнул в глазах старика. Дракон уже не казался ей чудовищем. Для этого дракона вольные схватки уходили в прошлое. Его наслаждением становилось наблюдать за молодыми. Но не увидеть ему своих сыновей на палубе корабля, не скрестить меч в священной схватке с женихом дочери. Одиночество отныне его удел, как и ее.
Спать она легла на лавке, у печи. Всю ночь не могла сомкнуть глаз, но Фаргалар так и не подошел к ней.
Наутро старого дракона разбудил треск пламени в печи. Таира разогревала остатки дэжи.
– Поедим и пойдем на площадь, – объявил ей Фаргалар. – Там дам тебе вольную.
Что-то мелькнуло в голосе дракона. Словно сожаление, так прощаются с кем-то очень близким и дорогим.
– Хозяин, – Таира не знала, откуда взялись силы для слов, которые решат всю ее жизнь. Наверно их придало новое имя, ее судьба. – Я хочу назвать вас отцом.
На пол упала так и не одетая рубаха, на глазах Фаргалара появились слезы, первые за двадцать лет.
XI.
Сколько было пересудов и разговоров о том, что старик Фаргалар дал вольную эльфийке. А потом назвал ее дочерью. Но все сошлись на одном: старик и так потерял всю семью, так пусть девка ему подмогой будет. Тем более все видели, как она принялась обстраивать житье дракона. За один день вычистила дом и двор. Заштопала всю одежку, да так, что не поймешь где ткано, а где штопано. А самого Фаргалара никто не мог припомнить таким радостным.
За две следующие недели эльфийка Таира пришлась по нраву всей женской половине поселка. Старухам за вежливость, женщинам за работливость и скромность. Лишь молодухи почуяли в ней соперницу. Эльфийка оставила их всех позади своей нечеловеческой красотой. Правда, девушки быстро успокоились, когда самые резвые парни получили от эльфийки полный афронт.
А уж ребятня, поперву пугавшаяся ее эльфийских глаз и ушей, вскоре за ней толпами ходила, домой не зазовешся. Таира знала множество интересных игр, да и шутки ее ребятней понимались и нравились.
Отросшие белоснежные волосы, Таира не стала заплетать в две косы, как женщины драконов. Она скрепляла кончики волос заколкой и перебрасывала через плечо, на левую грудь. И еще, подобно парню носила рубаху, штаны и высокие, до колен, сапоги. Благо такую невидаль для девушки списали на обычаи Темных эльфов.
На ежедневных обедах стаи, собиравших драконов, Фаргалару часто напоминали, что может скоро скрестить мечи с кем-то в свадебном поединке. Фаргалар в большинстве отмалчивался, изредка отшучивался. Все чаще он ловил себя на мысли, что относиться к Таире, скорее как к сыну, будущему дракону.
Одним утром старый дракон застал Таиру, возле стрел. Чуть касаясь кончиков она рассматривала стрелы и арбалетные болты.
– Что там? Затупились что ли?
– Заточку смотрю. Почему ты стрелы только прямо затачиваешь?
Фаргалар крякнул от неожиданности.
– А как еще можно?
– Тройной заточкой, срезанной, кленовым листом, клыком, с выточкой для разных ядов, – начала эльфийка.
Фаргалар раскрыл рот от подобного списка.
– Извини, – тон дракона стал уважительным, – я забыл, что ты эльфийка. Вас ведь учат стрелять из лука раньше, чем ходить?
– Не совсем, – улыбнулась Таира. – Когда эльф делает первый шаг самостоятельно, ему дарят лук.
Фаргалар задумчиво почесал голову, потом подошел к ларцу с оружием. Он уже давно все решил, но словно ждал чего-то.
– Вот что. Негоже отческое искусство забывать, – сказал он, протягивая Таире сверток.
Дрожащей рукой Таира развернула сверток. Лук. Настоящий эльфийский лук. Состоящий из трех частей, со стальной тетивой, креплением для «быстрых» стрел и кружком-прицелом. На луке не было клейма воина. Фаргалар взял его из мастерской, когда дед Огнекрылого, Серый коготь, водил «драконы» в земли эльфов.
– Только его еще никто натянуть не мог. Тетива тугая. Самые сильные прибывали, – кормщик прицокнул языком. – Не получилось ни у кого.
– Нашу тетиву натягивают не силой, умением, – голос Таиры всегда такой мелодичный, стал сухим и отрывистым.
– Тогда пошли на стрельбище. Потренируешься, – решил Фаргалар.
За поселком драконов было поле, посвященное стали. Там занимались бойцы. Каждый день звенели мечи, щелкали арбалеты. Казалось само поле впитало запах потных мужских тел, запах силы. Туда и пошли дракон с приемной дочерью.
Когда на поле пришли Фаргалар с Таирой, там занималось самое большее два десятка драконов. Время было раннее, многие еще завтракали.
Появление эльфийки все восприняли, как рождение двуглавого теленка. Молча пропустили ее к оружию. В ответ на вопросительные взгляды, Фаргалар загадочно улыбался.
Эльфийка прошла к столу, на котором покоились стрелы. Привычный взгляд отделил десяток лучших. Потом Таира взяла их и начала тщательно осматривать.
– Что она здесь делает? – молодой дракон сплюнул под ноги Таире.
Это прямое оскорбление. Таира узнала молодчика. Этот красавчик уже подкатывался к ней, но с легкого языка эльфийки получил обидное прозвище, которое упрямо не желало отставать.
Фаргалар шагнул вперед. Оскорбление нанесли его дочери.
– Убери клыки, дракон!
– Я заплачу за свои слова серебром дракон, – отозвался красавчик. – Если она сможет хотя бы пустить стрелу. Иначе мои слова, правда.
Огнекрылый, уже давно занимавшийся на поле стали, встал между спорщиками. Лицо молодого вождя было непроницаемым, но в душе он кипел. Не дошло бы до поединка. Свары внутри стаи, худшая для нее слава.
– Если Таира сможет попасть в мишень, то ты выплатишь ей малую виру, за оскорбление. Но если она не сможет, то ей не место на поле стали.
Слово вождя, подкрепленное древней Правдой, прочнее гранитной скалы.
Таира выбрала две стрелы, проверила наконечники. Оружие которым драконы тренировались, было в два-три раза, тяжелей боевого. Так и эти стрелы, по эльфийским меркам были вполне обычными, по человеческим толстые и тяжелые. Одну стрелу укрепила в «быстром» зажиме, вторая легла на тетиву. Эльфийка откинула назад длинные волосы.