Страница 11 из 14
Мажид потупился и идет к двери. Но прежде чем открыть ее, он делает последнюю попытку уговорить профессора.
- Не всякий человек имеет право лететь. Кто больше всех думал, больше всех хотел, больше всех сделал - такой человек достоин. Но я не прошу - я просто говорю, что хочу лететь. Ведь если я сам не скажу, кто об этом догадается? Вот я и говорю, чтобы вы знали. Запишите там где-нибудь, что Мажид Сармулатов хочет лететь!
И Бахарев возвращает Мажида, сажает его в кресло и сам садится напротив.
- Шарик душу разбередил? За живое задел?
- Спать не могу! Работать не могу! Жить не могу! - с глубоким волнением отвечает Мажид - Другой тропой идти надо!
- Дорогой мой юноша, это прекрасно, когда рабочий человек решает идти в науку, но ведь придется все начинать сначала и учиться. В три смены учиться!
- Никакой работы я не боюсь!
- Хорошо! - встает Бахарев. - Я помогу вам.
- Рахмет! - благодарно хватает Мажид руку Бахарева. - Кой рахмет! Большое спасибо!..
Мы вновь в комнате Бахарева, где он вспоминает события минувших дней.
Вращаются бобины диктофона, тянется лента… Сидит, облокотившись на стол, старый профессор.
- И, конечно, это должен сделать Мажид! Только он… - бормочет Бахарев.
Выключив диктофон, он подходит к двери и кричит:
- Все, воспоминания окончены! Наступил сегодняшний день! Мажид!.. Позовите Мажида! Скорее!
С особой подставки в углу кабинета Бахарев берет шар - находку шахтеров - и нетерпеливо оглядывается на дверь… Входит Дарья Матвеевна.
- Где Мажид? Позвать немедленно! - требует Бахарев.
- Он улетел на ЦСУ за очередной партией материалов, - отвечает Дарья Матвеевна.
- Ну да, ну да! - досадливо машет рукой Бахарев и смотрит на стену, где висит фотография Венеры.
Фотография Венеры «оживает».
Мажид, словно зачарованный, смотрит на большой экран ЦСУ. Помещение ЦСУ содрогается от шумов, тресков, то беспорядочных и обрывистых, то монотонных и гулких.
Лицо Забродина - измученное и растерянное.
- Только эти звуки? - мрачно спрашивает он.
- Да, - отвечает Градов.
- По всему диапазону?
- По всему диапазону! - неприязненно отвечает Градов и, все больше и больше раздражаясь, продолжает: - Только отголоски магнитных бурь. Вот они!
Поворачивается ручка настройки, и возникает мощное шипение, которое «волнами» то наполняет все ЦСУ, то отступает от него.
- Только отголоски самых обыкновенных гроз. Гроз по всей Венере. Двести ударов в одну секунду! - продолжает Градов.
Он еще поворачивает ручку настройки, и из репродуктора вырывается бесконечная и беспорядочная очередь коротких сухих тресков разной силы.
Венера занимает весь экран. Она видна вся целиком. Ночная ее половина бледно светится пепельным светом, и над полюсами ее колышутся величественно «сполохи» - полярные сияния. На дневной половине плывут в мутном хаосе серебристо-желтые массивы. Ниже их в мутной глубине плывут другие желтые пыльные пятна. И где-то совсем на дне хаоса еще угадываются неподвижные темные и оранжевые образования - участки загадочной поверхности планеты. Слышен голос Градова:
- А вот то, что Алексей Павлович Бахарев считает излучением растительности Венеры…
Теперь ЦСУ во власти звуков совершенно нового тембра: растения Венеры «выбрасывают» в пространство избыток тепла, вредный для их жизни.
- И ничего другого приемники ракеты не принимают, - заключает Градов, щелкая ручкой переключателя.
- Иван Митрофаныч, дорогой, что же вы нервничаете? - примирительно спрашивает Забродин, поднимая на инженера усталые, измученные глаза.
- Я не знаю, Федор Платоныч, каких радиопередач с Венеры вы ожидаете, - поворачивается к нему Градов. - Мы напрасно тратим остатки горючего на их поиски, в то время когда нам необходимо искать место для посадки ракеты. Осталось пять суток!
- Вы можете в этом хаосе выбрать место для посадки? - досадливо морщится Забродин, указывая на экран.
- Мы должны посадить ракету. За это отвечаю я. Отвечаю как командир корабля.
- Прошу вас. Иван Митрофаныч, выполнять мои распоряжения, ибо я здесь выполняю обязанности начальника экспедиции, - холодно обрывает инженера Забродин. - Включите еще раз приемники. Послушаем Венеру в длинноволновом диапазоне.
Этот разговор слышит Мажид. Разговор производит на него ошеломляющее впечатление. Забрав из рук Алимкулова папку с очередной партией материалов, Мажид бегом выскакивает из помещения Центрального поста.
…И вот он уже в кабинете Бахарева.
- Какая безответственность! - яростно кричит старый профессор и со всего размаха ударяет кулаком по столу. Во все стороны летят карандаши, ручки, детали чернильного прибора.
Бахарев пробегает по кабинету и, подскочив к радиотелефону, яростно нажимает кнопку вызова.
Мигает огонек отзыва, слышится холодный голос Забродина:
- Я вас слушаю, Алексей Павлович.
- Вам, уважаемый Федор Платоныч, и командиру корабля Градову объявляю выговор! Строгий! Последний! С тремя предупреждениями, с занесением в личное дело, с опубликованием в приказе и прочая-прочая!..
- Алексей Павлович…
- Не пререкаться! Выговор за то, что утаили потерю электростанции и резервного бака с рабочей жидкостью! Далее…
- Вы были тогда в таком состоянии… - начинает Забродин, однако Бахарев не желает слушать никаких оправданий.
- Далее!.. Приказываю все мероприятия, связанные с затратой горючего, немедленно прекратить! Далее… разверните фотокарту Венеры.
Бахарев кивает Мажиду, и тот раскладывает на столе большую карту Венеры.
- Развернули там, на ЦСУ?
- Да, Алексей Павлович, - отвечает репродуктор, но уже голосом Градова.
- Найдите в северном полушарии океан Ломоносова - берег Красных Лесов…
Мажид на карте Бахарева в хаосе расплывчатых разноцветных пятен выбирает то, что нужно: оранжевую каемку, обрамляющую огромное серо-желтое пятно.
- Найдите Большую реку, впадающую в океан Ломоносова!
- Нашли, Алексей Павлович, - опять слышен голос Градова.
- В оставшиеся пять суток уточняйте место посадки ракеты именно в этом районе! - приказывает Бахарев.
- Разрешите только один вопрос, уважаемый Алексей Павлович? - раздается голос Забродина.
- С удовольствием, уважаемый Федор Платоныч, - расшаркивается перед радиотелефоном Бахарев.
- Почему вы предлагаете посадить ракету в арктической полосе Венеры, да еще в северном полушарии, где сейчас зима?
- А потому, голубчик, что Венера находится слишком близко к Солнцу. Только на Марсе и Земле жизнь ищет тепла. На Венере жизнь ищет прохлады, жмется подальше от экватора к полюсам. И зима на Венере - это самое золотое время, расцвет жизни!
- Вопросов больше не имею, - говорит Забродин.
- Ваше приказание будет выполнено! - добавляет Градов.
- Будьте здоровы! - кланяется Бахарев радиотелефону и выключает его.
- А теперь, мой дорогой, у меня к вам будет… особый разговор, - обнимает Бахарев за плечи Мажида. - Сначала сядьте и успокойтесь…
Старик усаживает Мажида на диван, проходит по кабинету, заложив руки за спину, ибо успокоиться-то нужно именно ему, а не Мажиду… Потом он подходит к диктофону и кладет руку на стопку плоских рулонов магнитной ленты.
- Вот здесь, Мажид… запись моего рассказа о достижениях разных наук, о жизни на других мирах, о полетах в космос, о находке шара, о его разгадке… - Бахарев берет в руки модель шара, найденного когда-то Мажидом в забое. - Вы человек… верный своим мыслям, решениям, задуманному. Вы добьетесь своего, когда-нибудь станете настоящим ученым и полетите на Венеру… когда меня уже не будет в живых…