Страница 19 из 82
Вера хрипло произнесла:
— Я вас не понимаю…
Ее пальцы судорожно дрожали. Неожиданно она испугалась этого спокойного старого солдата.
Он задумчиво сказал:
— Видите ли, я любил Лесли. Я очень ее любил…
Вера спросила:
— Лесли — это ваша жена?
— Да, моя жена… Я любил ее и гордился ею. Она была такой милой и такой веселой.
Он помолчал несколько минут и потом добавил:
— Да, я любил Лесли. Вот почему я это сделал.
Вера сказала:
— Вы имеете в виду… — и смолкла.
Генерал Макартур медленно кивнул.
— Теперь не следует ничего скрывать — теперь, когда мы все вскоре умрем. Я послал Ричмонда на смерть. Наверное, в определенном отношении это было убийство. Странно. Убийство, а ведь я всегда был таким законопослушным человеком! Но тогда все виделось мне совсем иначе. Я не испытывал сожаления. «Поделом ему!» — вот что я думал. Но потом…
Твердым голосом Вера произнесла:
— Ну-с, и потом?
Он рассеянно покачал головой. У него был озадаченный и немного расстроенный вид.
— Не знаю… я… не знаю. Все было иначе. Не знаю, догадалась ли Лесли… наверное, нет. Но, видите ли, с тех пор я перестал ее узнавать. Она ушла туда, где я не мог до нее добраться. И потом она умерла… и я остался один…
Вера сказала:
— Один… один… — и ее голос эхом разнесся по скалам.
Генерал Макартур заявил:
— Вы тоже будете рады, когда наступит конец.
Вера встала и резко сказал:
— Я не понимаю, что вы имеете в виду!
Он ответил:
— Я понимаю, дитя мое. Я понимаю…
— Нет, вы вообще ничего не понимаете…
Генерал Макартур опять устремил взгляд на море. Похоже, он больше не сознавал ее присутствия.
Он очень мягко и нежно произнес:
— Лесли?..
Когда Блор вернулся из дома с веревкой, свернутой в кольцо, то обнаружил Армстронга на том же месте, где его оставил. Доктор пристально смотрел вниз, словно пытаясь проникнуть взглядом в морские глубины.
Блор, запыхавшись, спросил:
— Где мистер Ломбард?
Армстронг беспечно отозвался:
— Пошел проверить какую-то свою теорию. Он вернется через минуту. Послушайте, Блор, я обеспокоен.
— Мы все, по-моему, обеспокоены.
Доктор нетерпеливо взмахнул рукой.
— Конечно… конечно. Но я имею в виду совсем не это. Я думаю о старом Макартуре.
— И что же, сэр?
Доктор Армстронг мрачно сказал:
— А то, что мы ищем сумасшедшего. Что насчет Макартура?
Блор недоверчиво сказал:
— Вы имеете в виду, что он страдает манией убийства?
Армстронг с сомнением ответил:
— Я бы не стал так говорить. Ни за что. Но, конечно, я не специалист в области психиатрии. По правде говоря, я практически с ним не разговаривал — я данной точки зрения его не изучал.
Блор с сомнением заметил:
— Га-га — да! Но я бы не стал говорить…
Армстронг прервал его с небольшим усилием как человек, который пытается взять себя в руки.
— Вероятно, вы правы! Черт подери, должно быть, кто-то прячется на острове! А вот и Ломбард.
Они тщательно закрепили веревку.
Ломбард сказал:
— Разузнаю все, что смогу. А вы следите за веревкой, если неожиданно натяну, значит, пора тащить.
Спустя несколько минут они уже следили за продвижением Ломбарда. Блор заметил:
— Лазает, как кошка, а?
В его голосе было что-то странное.
Доктор Армстронг отозвался.
— Должно быть, в свое время он занимался альпинизмом.
— Похоже.
Наступило молчание, и потом экс-инспектор сказал:
— Вообще, странный он парень. Вы знаете, о чем я думаю?
— О чем?
— Дурной он человек!
Армстронг с сомнением спросил:
— В чем именно?
Блор фыркнул и сказал:
— Точно… не знаю. Но я бы ни за что ему не стал доверять.
Доктор Армстронг заметил:
— Наверное, он вел жизнь, полную приключений.
Блор тотчас отозвался:
— Держу пари, о некоторых своих приключениях он постарается не распространяться, — он помолчал и продолжил: — Вы случайно не захватили с собой револьвер, доктор?
Армстронг уставился на него.
— Я? Боже правый, нет. А зачем?
Блор сказал:
— А зачем его прихватил мистер Ломбард?
Армстронг с сомнением сказал:
— Наверное, привычка.
Блор фыркнул.
Неожиданно за веревку дернули. Следующие несколько минут они были по горло заняты работой. Вскоре, когда напряжение ослабло, Блор сказал:
— Привычки привычкам рознь. Мистер Ломбард берет револьвер, отправляясь в дальний уголок земного шара, — прекрасно, да к тому же примус и спальный мешок, и запас порошка против насекомых, разумеется! Но привычка не заставила бы его привозить все снаряжение сюда! Только в книгах люди расхаживают с револьверами, и никто не удивляется.
Доктор Армстронг озадаченно покачал головой.
Они наклонились и вновь стали наблюдать за продвижением Ломбарда. Искал он тщательно, но они сразу могли понять — тщетно. Вскоре он появился на краю скалы. Он вытер со лба пот.
— Итак, — сказал он, — ситуация следующая. Или в доме, или нигде.
Обыскать дом было проще простого. Сначала они прочесали несколько надворных построек, потом принялись за само строение. Ярдовая мерка миссис Роджерс, найденная в кухонном шкафу, им помогла. Но никаких тайников они не нашли. Все было ясно и открыто — современная структура была лишена секретов. Сначала они занялись первым этажом. Поднимаясь на этаж, где были расположены спальни, через окно на лестнице они увидели Роджерса, несущего на террасу поднос с коктейлями.
Ломбард легкомысленно заметил:
— Хороший слуга — удивительное созданье. Что бы ни случилось, внешность бесстрастная.
Армстронг с одобрением сказал:
— Роджерс — первоклассный дворецкий, что там говорить!
Блор добавил:
— И его жена была неплохой кухаркой. Тот вчерашний… обед…
Они завернули в первую спальню.
Через пять минут они уже смотрели друг на друга, стоя на лестничной площадке. Никто нигде не прятался, да и прятаться было негде.
Блор сказал:
— Там вон маленькая лестница.
Доктор Армстронг пояснил:
— Она ведет в комнату слуг.
Блор заметил:
— Должно быть, под крышей есть место для цистерн, водяного бака. Это наш лучший шанс, и единственный!
И вот тогда-то, когда они там стояли, они услышали доносившийся сверху звук. Крадущиеся, мягкие шаги.
Они все их услышали. Армстронг схватил Блора за руку. Ломбард предостерегающе поднял палец.
— Тихо… слушайте.
И снова донесся шум — кто-то мягко, крадучись двигался наверху.
Армстронг прошептал:
— Да он в самой спальне. В той комнате, где лежит тело миссис Роджерс.
Блор прошептал в ответ:
— Конечно! Лучшего тайника и не придумать! Никто туда не войдет. Вперед… как можно тише.
Они крадучись стали подниматься по лестнице.
На маленькой площадке возле двери, ведущей в спальню, они снова остановились. Да, кто-то был в комнате. Изнутри донесся слабый скрип.
Блор прошептал:
— Пора.
Он распахнул дверь и ворвался в комнату. Двое других последовали за ним. В следующий миг все трое остановились как вкопанные. В комнате был Роджерс, в руках он держал одежду.
Блор опомнился первым. Он сказал:
— Простите… э… Роджерс. Мы услышали, что здесь кто-то ходит, и подумали… э…
Он смолк.
Роджерс сказал:
— Простите, джентльмены, я просто переносил свои вещи. Думаю, вы не станете возражать, если я переберусь в одну из пустых гостевых комнат этажом ниже? В самую маленькую.
Он обращался к Армстронгу, и Армстронг ответил:
— Конечно. Конечно. Продолжайте.
Он старался не смотреть на покрытую простыней фигуру, лежащую на кровати.
Роджерс сказал:
— Спасибо, сэр.
Он вышел из комнаты с полными вещей руками и начал спускаться вниз. Армстронг шагнул к кровати, подняв простыню, посмотрел на безмятежное лицо мертвой женщины. Теперь страха не было. Одна пустота.