Страница 18 из 82
Блор недоверчиво спросил:
— Так что же мы не видели, сэр?
Ломбард сухо ответил:
— Мы все занимались другим.
Армстронг сказал:
— Верно. Нас атаковали. Мы ходили по комнате. Спорили, негодовали, каждый думал о своем. Думаю, можно было так сделать…
Блор пожал плечами.
— Факты говорят о том, что сделано было! А теперь, джентльмены, давайте начнем. Кстати, ни у кого случайно нет револьвера? Наверное, я слишком на много надеюсь, но все же…
Ломбард сказал:
— У меня есть, — и похлопал себя по карману.
Глаза Блора открылись очень широко. Он наигранно-беспечным тоном поинтересовался:
— Всегда его с собой носите, сэр?
Ломбард ответил:
— Обычно. Видите ли, мне довелось побывать кое в каких переделках.
— О, — произнес Блор и добавил: — Что ж, вероятно, вы никогда не бывали в более опасной переделке, чем в такой, в какую угодили сейчас! Если на острове прячется чокнутый, у него наверняка запасен целый арсенал, не говоря уже о ноже или кинжале.
Армстронг кашлянул.
— Вполне вероятно, здесь вы ошибаетесь, Блор. Многие маньяки очень спокойные, незаметные люди. Прямо восхитительные господа.
Блор ответил:
— Что-то мне кажется, что наш будет такой же, доктор Армстронг.
Все трое отправились в турне по острову.
Обыск оказался неожиданно простым. На северо-западной стороне скала отвесно спускалась в море, ее поверхность была гладкой и ровной.
На острове не было деревьев, и вообще, растительность практически отсутствовала. Три человека тщательно и методично принялись на работу, продвигаясь от высшей точки острова к кромке воды, пристально разглядывая любую неровность в скале, могущую указать на наличие входа в пещеру. Но никаких пещер на острове не было.
Наконец, идя вдоль берега, они вышли на то место, где сидел, глядя на море, генерал Макартур. Здесь было очень мирно и спокойно, только волны шуршали, ударяясь о камни. Старик сидел очень прямо, не сводя глаз с горизонта.
Он не обратил внимания на приближающуюся поисковую партию. Его забвение вызвало какое-то неприятное чувство, по крайней мере, у одного.
Блор подумал: «Неестественно… у него такой вид, будто он вошел в транс. Или что-то в таком роде».
Он прочистил горло и заметил разговорчивым тоном:
— Неплохое мирное местечко вы для себя разыскали, сэр.
Генерал нахмурился. Бросил быстрый взгляд через плечо и сказал:
— Так мало времени… так мало времени. Я бы хотел, чтобы никто меня не беспокоил.
Блор добродушно заявил:
— Мы вас не собираемся беспокоить. Просто, так сказать, делаем обход острова. Вот подумали, знаете ли, не прячется ли на нем кто.
Генерал нахмурился и сказал:
— Вы не понимаете… ничего не понимаете. Прошу вас, уходите.
Блор удалился. Присоединившись к двум своим спутникам, он заметил:
— Он чокнулся… с ним без толку разговаривать.
Ломбард с любопытством поинтересовался:
— Что он говорит?
Блор пожал плечами.
— Что-то насчет того, что мало времени и он не хочет, чтобы его беспокоили.
Доктор Армстронг нахмурился и прошептал: «Хотел бы я знать…»
Обыск острова был практически закончен. Три человека стояли на вершине, глядя на материк. На море не было ни одной лодки. Ветер свежел. Ломбард заметил:
— Рыбачьих лодок нет. Приближается шторм. Чертовски досадно, что отсюда не видно деревни. Мы бы могли подать какой-нибудь сигнал.
Блор заявил:
— Неплохо было бы зажечь сегодня ночью костер.
Ломбард, нахмурившись, ответил:
— Черт возьми, наверняка и это было предусмотрено.
— В каком смысле, сэр?
— Откуда мне знать? Может быть, им сказано, что разыгрывается шутка. Нас бросили на обитаемом острове, и на сигналы не нужно обращать внимания. Возможна, жителям деревни сообщили, что речь идет о пари. В общем, наш сумасшедший наверняка придумал какую-нибудь дурацкую историю.
Блор с сомнением спросил:
— По-вашему, они ее проглотят?
Ломбард сухо ответил:
— Легче поверить в это, чем в правду! Если жители деревни сказали, что остров будет изолирован до тех пор, пока мистер Неизвестный Оуэн спокойненько не перебьет всех гостей, вы думаете, они бы поверили?
Доктор Армстронг заявил:
— Иногда я и сам не могу в это поверить. И однако…
Филип Ломбард, обнажив зубы, сказал:
— И, однако, именно это и происходит!
Блор таращился на воду.
Он сказал:
— Наверное, никто не смог бы сюда взобраться.
Армстронг покачал головой.
— Сомневаюсь. Больно отвесно. И где он спрятался?
Блор заявил:
— Может, в скале есть отверстие. Будь у нас лодка, мы бы смогли обогнуть остров.
Ломбард сказал:
— Если бы у нас была лодка, мы все были бы сейчас на полпути к материку?
— Что верно, то верно, сэр.
Неожиданно Ломбард заявил:
— Давайте удостоверимся насчет скалы. Отверстие может быть только в одном месте — вон там, внизу, чуть правее. Если бы вы, парни, раздобыли веревку, я бы выяснил.
Блор сказал:
— Конечно, неплохо знать наверняка. Хотя, по-моему, ваша идея нелепая какая-то, по крайней мере, с первого взгляда! Посмотрю, что можно раздобыть.
И он быстро направился к дому.
Ломбард уставился в небо. Облака начали собираться в общую массу. Ветер крепчал.
Он искоса взглянул на Армстронга и сказал:
— Что-то вы все молчите и молчите, доктор. О чем вы думаете?
Армстронг медленно ответил:
— Я вот думаю, насколько безумен старый Макартур…
Вера все утро чувствовала беспокойство. Содрогаясь от отвращения, она избегала Эмили Брент. Сама мисс Брент вынесла стул и поставила его за углом дома — там не было ветра. Она сидела и вязала.
Всякий раз, когда Вера думала о ней, она представляла бледное лицо утопленницы с водорослями, запутавшимися в ее волосах… лицо, которое когда-то было хорошеньким, может быть, до бесстыдства хорошеньким… и которому теперь были нипочем и жалость, и ужас.
А Эмили Брент, безмятежная и праведная, сидела и вязала.
На главной террасе господин судья Уогрейв ссутулился на стуле с высокой спинкой, опустив голову в плечи.
Когда Вера смотрела на него, она видела человека, стоящего возле скамьи подсудимых — молодого человека с белокурыми волосами и синими глазами и озадаченным испуганным лицом. Эдвард Ситон. И в своем воображении она рисовала старые руки судьи, надевающие на его голову черную шапочку,[28] и слышала, как он начинает выносить приговор… Через некоторое время Вера медленно прошлась к морю. Она направилась в самый дальний конец острова, где сидел старик, не сводя глаз с горизонта. Генерал Макартур пошевелился при ее приближении. Он посмотрел на нее, в его глазах странно перемешались вопросительное и опасливое выражения. Его взгляд поразил и напугал Веру. Он минуты две пристально смотрел на нее.
Она подумала: «Как странно! Как будто он знал…»
Он сказал:
— А, это вы! Вы пришли…
Вера села рядом с ним и сказала:
— Вам нравится сидеть здесь и смотреть на море?
Он кивнул.
— Да, — сказал он. — Это приятно. Думаю, это место подходит для того, чтобы ждать.
— Ждать? — резко произнесла Вера. — Чего вы ждете?
Он мягко ответил:
— Конца. Но, думаю, вы сами это знаете, не так ли? Ведь такова правда, а? Мы все ждем конца.
Она обеспокоенно заявила:
— Что вы имеете в виду?
Генерал Макартур сурово сказал:
— Никто из нас острова не оставит. Таков план. Конечно, вы прекрасно это знаете. Возможно, вы просто не поймете, какое это облегчение!
Вера удивленно спросила:
— Облегчение?
Он ответил:
— Да. Конечно, вы очень молоды… вы еще не понимаете. Но поймете! Вы тоже почувствуете это благословенное облегчение, когда узнаете, что все кончено… что больше не надо нести свое бремя. В один прекрасный день вы это почувствуете…
28
Черная шапочка надевается при произнесении смертного приговора.