Страница 17 из 25
Неожиданная мысль пришла к Коляну — чтобы выгодно продать бОльшую часть товара, надо иметь СВОЙ магазин…
«А почему бы и нет? Снять помещение, или даже купить, и выставлять свой товар вместе со скупленным: и крыша хорошая для продажи, и бизнес. Почему бы и нет? Надоело уже скитаться по углам, жить в тараканьих углах, да и годы уж не те — все‑таки к тридцатнику давит, а ни кола, ни двора… Хотя теперь и двор есть, и дом!
На душе Коляна потеплело. У него есть дом, свой дом! Но вначале надо разобраться с Седым, помянуть Лешего, а уж потом…
Колян пошел во двор, открыл «Жука», и внимательно осмотрел салон на предмет, куда можно сложить оружие. Принес и пристроил под заднее сиденье снайперку, рассовал патроны. Заложил разобранный, без магазина шмайссер, набил патронами сменные магазины и тоже спрятал. Приклеил под водительское сиденье заряженный, взведенный ТТ. Замаскировал тряпьем в багажнике противотанковую мину. Хихикнул — представив, как отреагировал бы какой‑нибудь гаишник, увидев эту «кастрюлю». Впрочем — скорее всего, он бы и не понял, что перед его глазами.
Парень осмотрел машину и остался весьма доволен ее техническим состоянием. Только одна мысль не давала ему покоя: слишком уж приметная она. Камуфляжная окраска, огромные шипастые покрышки, наверху «люстра» галогеновых противотуманок, в общем — понтоватая тачка. Но с другой стороны, вряд ли кто подумает, что такая используется для каких‑то подозрительных тайных дел.
Колян пошел в дом, захватив свой верный стилет, выручивший его из беды, взял точильный камень и стал медленно, вдумчиво точить клинок, доводя лезвие до бритвенной остроты. Это занятие сродни медитации, успокаивает… Вжик, вжик, вжик…
«Еще пару дней выжду, а в субботу утром поеду в Город, — решил копатель. — Где обитает Седой я теперь знаю, хотя он может и перекрыться. Пока не завалю Седого, не уеду. Я буду последней сукой, если не отомщу за Лешего… Да и мир станет лучше без этих уродов!»
С этими мыслями Колян улегся спать. Впереди было еще два дня спокойной жизни, с молоком и яичницей на сале, натопленной баней и задушевными разговорами с Серегой. А впереди… впереди — что Бог пошлет.
Глава 7, в которой Колян выходит на тропу войны
Субботнее утро заглянуло в окошки колянова дома. Он еще с вечера настроил себя на подъем в семь часов. Впрочем, если быть честным, он для подстраховки завел старый советский механический будильник, чудом сохранившийся у аккуратных стариков и тикающий так громко, что мыши пугались. Ровно в семь ноль–ноль этот раритетный механизм испустил дикую трель такой громкости, что Колян подпрыгнул на кровати — сон как рукой сняло.
Он встал, умылся над раковиной ледяной водой из крана, прислушиваясь к тому, как струи мыльной воды с журчанием стекали в помойное ведро. Подумал механически:
«Слив бы сделать. Стремно эти ведра таскать…»
Затем усмехнулся:
«Колян, становишься домоседом, вот что собственность делает с человеком!».
Сходил к старому холодильнику «Орск», до сих пор исправно холодившему и хранившему в себе запасы коляновых продуктов. Нарезал и поджарил сала на сковороде, выкинул шкварки (Колян не любил жареное сало, а вот яичницу на скворчащем сале очень даже уважал), разбил туда пяток деревенских яиц с оранжевым желтком. Плотно закусил, щедро отрезая ломти хлеба местной выпечки, запил горячим чаем и стал собираться в поход.
Как обычно, копатель пристегнул к лодыжке стилет в кожаных ножнах. За пояс сзади всунул ТТ, немного подумал и переместил его вперед — сидеть в машине будет неудобно. Остальное снаряжение у него было готово еще с вечера, и дожидалось его в машине. Колян обулся, накинул куртку и вышел во двор.
Дождь, моросивший уже несколько недель подряд, прекратился. Был конец октября, воздух был чистый и свежий, на улице немного подмораживало — на земле выступил иней, трава у забора была будто бы выкрашена серебристой краской. Он завел «Жука» и, пока тот прогревался, закрыл дом на висячий амбарный замок. Сходил за дом по нужде, открыл ворота и выгнал машину.
Запер ворота, оглянулся на дом. И вернулся в погреб, чтобы взять несколько золотых колец, так, на всякий случай — вдруг срочно понадобятся деньги? Сунул в карман горсть простых обручалок.
Через несколько минут «Жук» уже бодро скакал по улицам деревни по грязи, прихваченной первыми морозами. До Города было сто с чем‑то километров, которые он проделал часа за два с половиной — часть дороги шла по проселку, а на шоссе Коля намеренно не превышал скорости — зачем лишний раз привлекать внимание ментов?
Въехав в город, он оставил машину у рынка, включил сигнализацию, тщательно проверив, закрыты ли все дверцы — время лихое, даже платные стоянки не гарантировали безопасность транспорта. Зачастую эти стоянки были наводчиками угонщиков — весь мало–мальски доходный бизнес прогнулся под бандитов. Казалось, что этой захлестнувшей страну волне бандитского беспредела не будет конца и края. Доходило до того, что ублюдки практически безнаказанно ездили по Городу, держа между ног калашниковы с исцарапанными деревянными прикладами.
Колян прошелся по базару, осматриваясь и надвинув на глаза вязаную черную шапочку, стараясь быть как можно незаметнее. Впрочем, он ничем не выделялся в толпе таких же неопределенно одетых парней. По их внешнему виду практически невозможно было догадаться об их роде деятельности и социальном статусе. Джинсы, ботинки, кожаные куртки и вязаные шапочки — то ли предприниматели, то ли бандиты, то ли менты — кто их разберет…
Скрепя сердце, подошел к скупке золота. Надо было пополнить запас денег, хоть это и было рискованно.
Мордатый скупщик оценил кольца, конечно, по цене золотого лома и по самой нижней ставке. Внимательно обследовал каждое кольцо, капая на него кислотой, но все‑таки принял, потребовав у Коляна паспорт для оформления.
Конечно, палево, но деваться было некуда, и через пару минут толстая пачка купюр перекочевала в карман Коляна.
Он быстренько свалил из скупки, предполагая, что его могут пасти. Несколько раз проверял — нет ли слежки, но пока все было спокойно. Коля знал, что информация уже пошла к Седому, сейчас все это вонючее болото сейчас всколыхнется, но у него было еще немного времени в запасе.
Прошелся по рядам барахолки и купил с рук морской двенадцатикратный бинокль. Седой мужик, по виду бывший моряк, продал его Коляну — было видно, что расстааться с биноклем ему было очень тяжело. Но, как и всем, ему надо было выживать. Таким вот образом в скупке и оказывалось много ценных вещей, проданных буквально за копейки.
Колян отправился к машине, по дороге прикупив хозяйственных мелочей для дома. Его до сих пор забавляло то, что он, привыкший к бродячей беспутной жизни, вдруг оказался знатным домовладельцем. Эдак, и жениться придется — хмыкнул он про себя.
«А что, я теперь завидный жених — машина, дом… Хе–хе… Только вот трудно забыть, что за мной охотится полгорода шпаны».
Колян выехал с рынка и погнал «Жука» на выезд из города, по направлению к турбазе, куда его отвезли прошлый раз. Он справедливо полагал, что там что‑то вроде резиденции Седого.
Довольно быстро он оказался в нужном районе. Съехал с шоссе в лес, обогнул базу стороной и через негустой пролесок, ломая колесами упавшие сухостойные деревья, подобрался к турбазе с обратной стороны. Там Колян оставил машину, переоделся в купленный на базаре камуфляж, взял бинокль и практически бесшумно пошел по склону бугра вверх, скользя по ковру из опавших хвойных иголок. Поднялся на бугор, выбрал высокое дерево, стоящее на отшибе, повесил на шею футляр с биноклем и осторожно, медленно перебирая руками и ногами, забрался наверх. Там он устроился в развилке двух крупных ветвей, достал бинокль и стал пристально оглядывать окрестности.
Турбаза была видна как на ладони. Его отделяло от входа в нее метров пятьсот. В бинокль было видно, что у здания стоит кучка автомобилей разных моделей — в основном, конечно, иномарки.