Страница 18 из 76
— Даже огнемётчика со сжатым газом и огнесмесью в стальных баллонах.
Эрите не понравилось, что учёные говорят о ней как о паровике, способном везти столько-то мешков зерна или сотен кирпичей.
«Лари права — наука, при всей мудрости, вертит людьми, словно неживыми куклами. Образование у Лари плохое, но суть она понимает… Пожалуй, можно поверить — учёные не пожалеют человека, чтобы понаблюдать, как он умирает…»
— Подумать только — такие умницы проводят время, тоскуя в этом каземате, — вкрадчиво запел Карамо, — и пытаясь оборвать друг дружке ушки, а моя экспедиция пропадает без персонала.
Только тут Бертон спохватился:
— Друг мой, теперь у вас есть средства нанять…
— Дирижабль. Я договорился с авиаторами. Нечто вроде прогулки по воздуху, над морем. Развлекательное путешествие плюс интересная научная работа…
«На дирижабле! — восхитилась Лара. — Жуть какая, красотища!.. Вдруг мы грохнемся?»
— А куда? — вырвалось у неё.
— Так вы согласны, ан? — Кавалер радушно протянул руку.
— Нет, я… — Лара попятилась. Что это он сразу — к ней?
— Медиумы мне нужны. Всепогодная связь в полёте необходима, — убедительно пояснил кавалер.
— Карамо, — заскрежетал профессор, вмиг превратившись в озлобленного старца, — я не позволю уводить моих подопытных! Граф, я требую…
— Чёрт, я бы полетела, — вздохнула Безуминка. — Давно не была в небе. Видеть мир внизу, под облаками…
Но Бертон жёстко пресёк её мечтательные вздохи:
— Как директор школы, должен напомнить, ан, что по должности вы — наставница, и подчиняетесь лично мне. Ваш отпуск — в сезон сева, а не в урожай.
«Так и прокиснешь тут, в Гестеле… — приуныла Бези, стараясь не терять лица. — Ничего утешного — только на выходной поехать в городок, съесть пирожное и поглядеть, как поезда идут в столицу… в столицу… О, бессмертные звёзды, неужели я обречена учить всяких дурёх эфирной связи?..»
— Гере кавалер, возьмите меня! — расхрабрившись, подскочила Ласка.
— А кто это у нас с мокрым носом? — склонился Карамо. — А у кого покраснели глазёнки? Кое-кому надо лечиться.
Горько разочарованная, Ласка всхлипнула раз, другой, и заплакала. К ней, нежно хрюкая, полезла с утешениями Пата.
— Батюшка, если Ларита полетит, я отправлюсь с ней, — заявила Лисси. Стерпеть, что дочь мастерового будет участвовать в экспедиции, а ты — останешься?!. Блеск её синих очей и особый звон в голосе подсказывали, что Лис придётся посадить на привязь, иначе она улетит следом.
— Барышни! — В речи Бертона послышался рык дракона. — Осмелюсь заметить — треть часа тому назад вы мирно занимались с гере Картеретом и не помышляли ни о каких путешествиях. Вы отказались уезжать, дабы остаться здесь.
— Относительно мирных занятий, ваше сиятельство, — заговорила Эрита, — должна сказать, что испытания меня на грузоподъёмность немного затянулись. Под началом кавалера Карамо мы с ан Лисеной сможем проверить себя на скорость. В его учёности, надеюсь, нет сомнений?
— Всё-таки — куда мы полетим? — настаивала Лара.
Карамо неопределённо поднял взор к потолку:
— Паломничество по святым местам, в исторических целях.
— Граф, прошу вас запретить! — не унимался профессор.
— Какая будет зарплата? — Лара, рождённая и выросшая в порту, умела считать деньги.
— Сколько вы здесь получаете за опыты? — Карамо сразу перешёл на деловой язык.
— Пятьдесят лик в день.
— Плачу шестьдесят. — Собрав кассу с миру по нитке, Карамо не желал сорить деньгами.
«Ох ты!.. А кавалер прижимист. — Лара почуяла в восточном дворянине некую родственную жилку. — Ну-с, ваше благородие, поторгуемся! Я девчонка бедная, мне и платье красивое хочется, и башмачки, и шляпку».
— Авиаторам доплачивают за риск, — завела она коварно, с видом простоты. — Мы полетим на той же колбасе, нам тоже надо. Не пассажиры ведь…
Встряла Бези:
— Ласточка, ты что? будто выжига какая-то!..
Но Карамо принял торг и набавил:
— Семьдесят пять. В неделю это четыре унции с полтиной… Да, в храмин-день приплата — четвертак на милостыню и утехи.
— Харчи ваши. — Так батя договаривался с нанимателем, подряжаясь на большой ремонт кровли. Ларе однажды довелось послушать, — а память у медиумов прочная.
— Договорились.
— Рабочая одежда, инструменты — за ваш счёт.
Темноволосая скуластая девчонка всерьёз начала нравиться Карамо.
— И ещё, — ввернула Лара напоследок, — при расчёте каждой два червонца — премия за качество. По рукам? наше слово честное…
Карамо с уважением пожал тонкую, но сильную кисть кареглазки:
— Червонец. По рукам, при свидетелях. Слово чести!
Ларе почудилось, что в её бисерный кошелёк сыплется серебро и золото. Вот здорово! То унции считала, на две стопочки раскладывала — себе, маме, себе, маме, — а тут такой приварок! Можно отложить на обновки, на книги. Купить роман с картинками…
«Я взрослая. — Она гордо, прямо огляделась. — Сама подряжаюсь, честным словом, с благородным человеком. Это не хухры-мухры, в кафешантане петь…»
Пата вконец зализала Ласку; Хайта гладила девчушку, прислушиваясь к разговорам — возьмут с собой? не возьмут? тут забудут?.. Ласка вздыхала, понемножку успокаиваясь, но смотрела на старших, обиженно нахохлившись — значит, если малявка, то никому не нужна? Бросили. Надо скорее учиться читать. Шумно втянула носом — даже не взглянули. Взрослые, серьёзные, делом заняты.
— Граф, неужели вы отпустите свою дочь? — вертелся вокруг профессор. — Поглядите на него! Он же законченный авантюрист! Всё оставил в экспедициях — здоровье, состояние…
— Но каждый раз он возвращался с победой, — хмуро ответил Бертон.
— И ан Эрите вы позволите уехать?..
— Она — не моя собственность. Ей могут запретить только родители.
— Ну так используйте родительское право! Телеграфируйте Динцам в Гаген!
— Девочки, если вас оставят здесь, — громко посоветовала Бези, с наглостью глядя на Картерета, — отказывайтесь от опытов. Лучше койку пролёживать, чем… Ну? вы союз или нет?
Тут девицы, исключая зарёванную Ласку, дружно обступили графскую дочь, положили руки ей на плечи и задорным хором воскликнули:
— Темные Звёзды!
«Союз на клятве, — понял кавалер. — Вон как спелись, хоть из разных сословий».
— Ан-эквита, — с благодарным поклоном обратился он к Бези, — прошу составить список барышень, включённых в экспедицию.
— Непременно, сударь. Принести его вам лично? — лукаво улыбнулась девушка.
— Мне в кабинет, — холодно молвил граф, затем взял кавалера за локоть и повёл к «летучим сиденьям», шепча: — Турман, что за внезапные выдумки?.. Я не против путешествий, но с чего вам взбрело в голову завлекать моих учениц?
— Из экономии, — сознался Карамо. — Взрослый мужчина весит минимум четыре пуда. На каждой девице дирижабль выгадает пуд полезной нагрузки!
— Ну и расчётливый вы тип!
— Попутешествуйте с моё, и вы таким станете.
— Куда летите?
— Не скажу. Но буду держать связь через эфир.
— Надеюсь, корабль и экипаж надёжны?
— Морфлотская машина развед-класса, сильно вооружённая, три года полётов. Команда испытана, в том числе в боях.
— По святым местам?.. — засомневался граф.
Осенившись знамением Ока, кавалер в знак искренности приложил ладонь к груди:
— Не более! Девицы будут в полной безопасности.
В девичьей кучке царило веселье. Путешествие, ура! Паломничество — куда? В Святую Землю, в Девин или на полярный юг, где монастыри-крепости? А может, на Красную половину, в Курутские горы? По воздуху это совсем близко, но — ни каменных шоссе, ни рельсовых дорог, одни кривые тропы над чёрными пропастями. Там цокают копытами навьюченные кони и заунывно поют горцы-овчары, а попы молятся на снежных вершинах, воздев руки к громовому небу…
Новые края, новые впечатления! Невиданные красоты, простор — ах! от предвкушения сладко сжималось сердце.