Страница 48 из 166
Борьба за город велась непрерывно днём и ночью. Теперь она развёртывалась на улицах и площадях Сталинграда. Войска 244-й, 35-й гвардейской стрёлковых дивизии, 42-й отдельной стрелковой бригады и других соединений и частей в жестоких боях отстаивали каждый дом, нанося значительный урон врагу. Атакуя крупными силами пехоты и танков, нанося удары с воздуха авиацией, командование 6-й армии Паулюса продолжало направлять главный натиск своих войск против центра и левого фланга 62-й армии.
Защитников Сталинграда, сражавшихся на улицах города, поддерживали артиллерийские батареи с левого берега Волги. Здесь была развернута фронтовая артиллерийская группа (шесть полков артиллерии и минометов), артиллерия 2-го танкового корпуса, зенитная артиллерия Сталинградского корпусного района ПВО страны. Заволжская артиллерия громила резервы противника и сосредоточивала свои огонь на наиболее опасных направлениях наступления врага. Существенную огневую поддержку войскам, дерущимся на правом берегу, оказывала и Волжская военная флотилия с ее 50 орудиями. Корабли военной флотилии вели огонь по прорвавшимся в Сталинград немецким войскам{37}.
Как и раньше, с наземными войсками тесно взаимодействовала 8-я воздушная армия. За время с 13 по 26 сентября ее авиация совершила свыше 4 тыс. самолето-вылетов, нанеся большой урон противнику.
На усиление 62-й армии первой прибыла 13-я гвардейская ордена Ленина стрелковая дивизия под командованием Героя Советского Союза гвардии генерал-майора А. И. Родимцева (комиссар дивизии - старший батальонный комиссар М. М. Вавилов, начальник штаба - подполковник Т. В. Бельский). В ночь с 10 на 11 сентября дивизия совершила стремительный марш по заволжской степи на автомашинах из района Камышина в район Средней Ахтубы{38}. Здесь она была доукомплектована оружием и боеприпасами. Распоряжением командующего фронтом 13-я гвардейская стрелковая дивизия была включена в состав войск 62-й армии. Это было 14 сентября. Генерал-лейтенант В. И. Чуйков приказал в тот же день к 19 час. 00 мин. скрытно и в расчлененных порядках сосредоточить дивизию в пос. Красная Слобода (напротив центральной части Сталинграда) для переправы ее на правый берег.
Преодоление реки войсками с техникой днем, когда противник контролировал прицельным огнем переправу через Волгу, являлось делом крайне рискованным. Было очевидно, что дивизия могла переправиться лишь ночью. В боевом распоряжении No 72 14 сентября 1942 г. командующий 62-й армией приказал: "2. К 3.00 15.9.42 13-ю гв. сд переправить в г. Сталинград. 3. Командиру 13-й гв. сд со штабными командирами, имея с собой сведения о боевом и численном составе, к 14.00 14.9 явиться ко мне за получением боевой задачи"{39}.
Генерал Родимцев сразу же переправился через Волгу и явился к командующему 62-й армией, с точностью выполнив приказ. Приведем рассказ об этом В. И. Чуйкова. "В 14 часов ко мне явился командир 13-й гвардейской стрелковой дивизии Герой Советского Союза генерал-майор Александр Ильич Родимцев. Был он весь в пыли и грязи. Чтобы добраться от Волги до нашего командного пункта, ему не раз пришлось "приземляться" в воронки, прятаться в развалинах, укрываясь от пикирующих самолетов противника.
Генерал-майор Родимцев доложил мне, что дивизия укомплектована хорошо, в ней около 10 тысяч человек. Но с оружием и боеприпасами плохо. Более тысячи бойцов не имеют винтовок. Военный совет фронта поручил заместителю командующего фронтом генерал-лейтенанту Голикову обеспечить дивизию недостающим оружием не позже вечера 14 сентября, доставив его в район Красной Слободы. Но гарантии в том, что оно прибудет вовремя, не было. Я тут же приказал своему заместителю по тылу генералу Лобову, находившемуся на левом берегу Волги, мобилизовать всех своих работников, чтобы они собрали оружие в частях тыла армии и передали его в распоряжение гвардейцев.
Обстановку на фронте армии генерал Родимцев уже знал. Начальник штаба армии Крылов умел на ходу информировать людей; таким же образом он ввел в курс дела и генерала Родимцева"{40}.
Дальше следует изложение задачи, поставленной В. И. Чуйковым перед А. И. Родимцевым.
1. Переправить 13-ю гвардейскую стрелковую дивизию на правый берег Волги в ночь на 15 сентября.
2. Артиллерию дивизии, кроме противотанковой, поставить на огневые позиции на левом берегу и оттуда поддерживать действия стрелковых частей. Противотанковые пушки и минометы переправить вместе со стрелковыми частями и подразделениями.
3. Двумя стрелковыми полками очистить от фашистов центр города, дома специалистов и вокзал, одним полком занять и оборонять Мамаев курган. Один стрелковый батальон оставить в резерве у командного пункта штаба армии.
4. Границы участка обороны дивизии: справа - Мамаев курган, железнодорожная петля, слева - р. Царица.
5. Командный пункт устроить на берегу Волги около пристани, где имеются блиндажи и щели и куда уже подана связь.
В конце беседы командующий армией поинтересовался, какое у Родимцева настроение. Тот ответил: "Я коммунист, уходить отсюда не собираюсь и не уйду"{41}.
Немногие часы, оставшиеся до конца дня, были наполнены напряженной борьбой. Необходимо было имевшимися раздробленными и разбитыми частями и подразделениями при поддержке вооруженных отрядов рабочих, городской милиции и других ополченских формирований выдержать натиск врага на направлении его главного удара в центре Сталинграда. "Сумеют ли бойцы и командиры выполнить задачи, которые казались выше сил человеческих? Если не выполнят, то свежая 13-я гвардейская стрелковая дивизия может оказаться на левом берегу Волги в роли свидетеля печальной трагедии"{42}".
Защитники Сталинграда выполнили свой долг и на этот раз. В ночь с 14 на 15 сентября подразделения и части 13-й гвардейской стрелковой дивизии стали переправляться через Волгу. Переправа происходила в. очень тяжелых условиях. Немецкая авиация и дальнобойная артиллерия засыпали реку бомбами и снарядами. Кроме того, заняв ряд высоких зданий, гитлеровцы просматривали место переправы.
Вначале был переброшен в Сталинград передовой отряд в составе-1-го стрелкового батальона 42-го гвардейского стрелкового полка, усиленный ротой автоматчиков и ротой противотанковых ружей. Командиром отряда был назначен гвардии старший лейтенант 3. П. Червяков.
О переправе батальона рассказывает полковник И. А. Самчук, ветеран 13-й гвардейской дивизии.
"В сумерки батальон подошел к переправе,-пишет он.-Отсюда отчетливо виден горящий город, содрогающийся от разрывов бомб. На фоне огромного зарева четко вырисовываются силуэты разбитых зданий. Недалеко от переправы горит полузатонувшая баржа. Просмоленное дерево полыхает ярким пламенем, освещая на сотни метров вокруг и реку, и левый берег. Горящая баржа служит хорошим ориентиром для вражеской артиллерии. Стоит лишь к берегу подойти катеру, как гитлеровцы обрушивают на него шквал огня. Однако моряки Волжской военной флотилии привыкли к этому, и переправа продолжается.
Вот к причалу подходят два катера. Противник заметил их и открыл ураганный огонь. Посадка невозможна, и катера уходят чуть ниже по течению. Однако это не меняет положения, обстрел не прекращается. Тогда командир батальона принимает решение произвести посадку личного состава под огнем.
И вот уже первый катер идет к правому берегу. Вокруг рвутся снаряды и мины, поднимая огромные водяные столбы. Кажется, что в Волге кипит вода. Маневрируя, катер упорно продвигается вперед.
Чем ближе правый берег, тем плотнее вражеский огонь. А при подходе к причалу центральной переправы к катеру потянулись длинные очереди трассирующих пуль. Открыли огонь вражеские автоматчики и пулеметчики. Медлить нельзя, и командир батальона решает высаживаться в этом районе. Катер замедляет ход и начинает разворачиваться. Гвардейцы, не дожидаясь швартовки, прыгает в воду, быстро преодолевают мелководье и завязывают бой на берегу.