Страница 47 из 166
Командиры и политработники, осуществлявшие руководство войсками 62-й армии, способны были решать самые трудные боевые задачи.
В. И. Чуйков еще в дни боев за Сталинград так оценивал обстановку в городе, когда он туда прибыл. "Связь работала, и телефон и радио. Но, куда ни посмотришь, везде разрыв, везде прорыв. Дивизии настолько были измотаны, обескровлены в предыдущих боях, что на них полагаться нельзя было. Я знал, что мне кое-что будет подброшено через 3-4 дня, и эти дни сидел как на угольях, когда приходилось выцарапывать отдельных бойцов, что-то сколачивать похожее на полк и затыкать им небольшие дыры. Фронт - от Купоросное и Орловки - Рынок. Основной удар - Гумрак и на вокзал в центре города, второй удар южнее Ельшанка, элеватор"{26}. В дивизиях и бригадах насчитывалось по 200- .300 человек. Некоторые дивизии имели на вооружении всего лишь несколько необходимых орудий и пулеметов. В танковых бригадах было по 6-10 танков.
В своих послевоенных воспоминаниях В. И. Чуйков так характеризует положение, сложившееся для защитников Сталинграда к исходу 12 сентября. "Против войск 62-й армии наступали войска 6-й полевой и несколько дивизий 4-й танковой армии противника. Отдельные части немцев вышли к Волге севернее поселка Рынок и на юге у Купоросное. Армия была прижата к реке с фронта и флангов. В воздухе превосходство сил также было у врага. Немцы совершали в сутки до 3000 самолето-вылетов. В то же время авиация Сталинградского фронта не могла действовать так же активно.{27}
Военный совет 62-й армии, заслушав 13 сентября доклад генерал-майора Князева о состоянии обороны г. Сталинграда, в .своем постановлении отметил: "1. Работы по приведению в оборонительное состояние города осуществлены на 25%.
2. Система противотанковой обороны недоделана... Совершенно отсутствуют рвы перед построенными баррикадами внутри города..."{28}.
Намечены были меры по усилению обороны города, в частности:
а) усовершенствовать противотанковую оборону;
б) приспособить для обороны пехотой городские здания;
в) перед оборудованными баррикадами в городе отрыть танковые рвы и прикрыть их огнем огневых средств. Имеющиеся здания на флангах баррикад приспособить для обороны пехотой, создав перед баррикадами огневые мешки{29}.
В чисто военном отношении условия благоприятствовали тогда врагу в решении стоящей перед ним задачи. Мощная группировка немецко-фашистских войск, оснащенная современной техникой, прорвалась к прославленному советскому городу на Волге. Фашистским завоевателям казалось, что нужен последний удар, чтобы сокрушить силы Сталинграда.
13 сентября, после авиационной и артиллерийской подготовки, противник начал штурм города. Одна группировка вражеских войск (295, 71, 94-я пехотные и 24-я танковая дивизии), в составе которой было до 100 танков, наступала из района разъезда Разгуляевка. К концу дня гитлеровцы потеснили 6-ю гвардейскую танковую бригаду 23-го танкового корпуса к поселкам Баррикады и Красный Октябрь. Вторая группировка (29-я моторизованная и 14-я танковая дивизии), имевшая до 250 танков, овладела ст. Садовая и вышла к западной окраине пригорода Минина. Противник в этот день захватил также высоту 126,6, Авиагородок, больницу и МТС восточнее ст. Садовая. На других участках атаки гитлеровцев были отражены.
Командный пункт и штаб 62-й армии, в течение 13 сентября остававшиеся на Мамаевом кургане, находились под сильным огнем противника. "Несколько блиндажей было разбито, имелись потери в личном составе штаба армии"{30}. Проволочная связь все время нарушалась огнем противника. "Несмотря на все усилия наших связистов, к 16 часам связь с войсками почти прекратилась"{31}.
В ту же ночь командный пункт армии был перенесен в штольню на северном берегу р. Царицы, где незадолго до этого помещался командный пункт Юго-Восточного и Сталинградского фронтов. Чуйков принял это решение, видя, как вследствие обстрелов непрерывно нарушалась связь, что грозило потерей управления войсками. На Мамаевом кургане был оставлен армейский наблюдательный пункт. Но и на новом месте командный пункт армии находился под сильным воздействием вражеского огня, а также впереди командных пунктов некоторых дивизий. Такой риск оправдывался тем, что эта мера приобретала значение важного морального фактора, показывая бойцам и командирам уверенность командования армии в успешном отражении яростных ударов гитлеровцев.
В обстановке продолжающегося натиска врага командующий Юго-Восточным фронтом поставил перед 62-й и 64-й армиями задачу выбить противника с участков, где ему удалось вклиниться. В. И. Чуйков в 22 часа 30 мин. отдал приказ No 145 о переходе частей 62-й армии в ночь на 14 сентября в контратаку с целью восстановить существовавшее накануне положение.
В 3 часа 30 мин. 14 сентября части 62-й армии перешли в контратаку и на отдельных участках вначале достигли некоторого успеха. Однако противник бросил против атакующих советских подразделений большие силы авиации и прижал их к земле. В 12 час. гитлеровские войска обрушили на боевые порядки 62-й армии огромной силы удар с применением большого числа танков и пехоты. Развернулась исключительно ожесточенная и упорная борьба.
14 сентября вошло в героическую эпопею Сталинградской битвы как один из критических дней обороны.
Враг бросил на город несколько дивизий, сотни танков и самолетов, сосредоточил огонь более тысячи орудий. Гитлеровцы старались расчленить советскую оборону, изолировать один обороняющийся участок от другого. Особенно ожесточенные бои развернулись в этот день в районе Мамаева кургана, на берегу Царицы, в районе элеватора и на западной окраине Верхней Ельшанки. Во второй половине дня противник прорвался к Сталинграду одновременно в нескольких местах: в районе пос. Купоросного, на Дар-Горе, по оврагу р. Царица и через территорию Авиагородка. В ходе ожесточенных уличных боев гитлеровцы прорывались по р. Царице к Волге, отрезая от центра города Ворошиловский район, где сражались подразделения 4-й отдельной стрелковой бригады{32}.
Особенно упорные бои велись здесь в районе элеватора и вокзала Сталинград-11. Враг прилагал большие усилия к тому, чтобы на всем фронте своего наступления выйти к Волге и сбросить в нее защитников города. К 17 час. 00 мин. вражеские автоматчики завязали бои у вокзала Сталинград-1 (Центральный вокзал). Ценой больших потерь противник овладел господствующей над Сталинградом высотой 102,0 - Мамаевым курганом. Овладев вокзалом Сталинград-1 и заняв дома специалистов, немцы стали из автоматов и пулеметов простреливать берег и Волгу на участке центральной переправы, стремясь сорвать переброску подкреплений к 62-й армии на правый берег. Чтобы полностью подавить волжские переправы, враг в течение всего этого дня с особым ожесточением обстреливал Волгу. Однако волгари не были деморализованы этими ударами. По левому берегу ставились дымовые завесы, закрывая его от врага. Катера и паромы, прикрываемые зенитной артиллерией, продолжали ходить по реке.
Гитлеровцы находились в 800 м от командного пункта 62-й армии, но самым опасным было то, что они прорывались к центральной переправе. Чтобы отстоять переправу, В. И. Чуйков приказал бросить на усиление оборонявших ее воинов несколько танков из состава тяжелой танковой бригады, последнего своего резерва{33}. К моменту прибытия этих танков к командному пункту генерал Н. И. Крылов сформировал две группы из офицеров штаба армии и солдат роты охраны. Почти все они были коммунисты. Первая группа в составе шести танков во главе с майором П. И. Зализюком получила задачу перехватить улицы, идущие от вокзала к пристани. Вторая группа с тремя танками во главе с подполковником М. Г. Вайнрубом была направлена к домам специалистов, из которых противник обстреливал Волгу и пристань огнем крупнокалиберных пулеметов{34}. Немецкие автоматчики, прорвавшиеся к пристани, были оттеснены от переправы к вокзалу Сталинград-1.
14 сентября противник прорвал оборону на стыке 62-й и 64-й армий (5-километровый участок фронта: Верхняя Ельшанка - совхоз "Горная Поляна"). Генерал И. К. Морозов, бывший командир 422-й стрелковой дивизии{35}, в своих воспоминаниях пишет: "Отбросив левый фланг 62-й армии - гвардейскую дивизию генерала Глазкова - и правый фланг 64-й армии - гвардейскую дивизию полковника Денисенко, противник овладел Купоросным, ремонтным заводом и вышел к Волге, продолжая теснить части 64-й армии на юг, к Старой Отраде и Бекетовке, а левый фланг 62-й армии - к Ельшанке и зацарицынской части города"{36}. Прорыв гитлеровцев к Волге в районе Купоросное изолировал 62-ю армию от остальных сил фронта. Однако попытки восстановить здесь положение цели не достигли. Контрударом 422-й стрелковой дивизии переданной из 57-и армии в состав 64-й армии, гитлеровцы были выбиты из ремонтного завода и рощи Квадратная, но основные позиции противник удержал.