Страница 20 из 34
Рассвет любовники встретили в объятиях друг друга. Прижавшись, они сладко спали на полу, покрытом пледом. Сражение закончено. Только настольная лампа, убранная под стол, продолжала подсвечивать в полумраке. Наступал новый день. И новое солнце всходило над землёй.
Спустя время они проснулись и теперь лежали и смотрели друг на друга изучающе. Женщина лежала на животе, прижавшись щекой к пледу, а мужчина полулежал рядом, опершись на локоть, и водил свободной рукой по её позвоночнику, от ягодиц до шеи и обратно.
-- Почему ты это сделал? - поинтересовалась Анжела, глядя куда-то вдаль.
-- Как говорят русские, - "потому что".
Она перевернулась на спину и заглянула в глаза Якова.
-- Что тебе за это будет?
-- Думаю, Бог погладит по голове, а церковь распнёт, - шутя ответил Яков.
-- А ведь ты это сделал сознательно.
-- Верно.
-- Почему? - пытался дознаться ангел. - Ведь люди так не поступают!
-- Если никто из мирян не в состоянии тебя понять, то святая обязанность священника помочь потерянной душе вновь обрести Бога.
-- Жертвуя собой?
-- Тем и отличается человек от остальных существ, - вздохнул Яков. - Спасая других, мы спасаемся сами.
В глазах ангела блеснули искорки восхищения.
-- Благослови тебя Господи, - в ответ сказала Анжела и ласково погладила Якова по щеке.
-- И ты будь счастлива. И сделай счастливыми других. Помоги им, если это в твоих силах.
-- Надо же! Ты не испугался. И ты поверил... А ведь это было не просто.
-- Ну... - игриво повёл он бровью, - мне захотелось изведать объятия одного из Люциферов, о которых столько написано небылиц и рассказано множество страшилок. Ради спасения души падшего ангела, желающего вернуться к Богу, не жаль и собственную душу отдать.
-- Невероятно! Я искала спасения везде, но только не в церкви, считая, что церковь для меня уж точно закрыта навсегда. Ведь это церковники измыслили легенду о падении ангела Света и наделили этот персонаж немыслимо омерзительными характеристиками. И уж тем более не ждала близости с католическим священником... Кто-кто, а иезуиты так точно не те, кто легко нарушает обеты...
-- Хм, знаешь, мне это даже льстит, что ли! - смеясь, прокомментировал Яков. - Таким способом я ещё никогда не служил Богу!
-- Ты чудесный человек, - улыбнулась Анжела.
-- Надеюсь, мы не разочаровали Бога? Как думаешь?
-- Скоро узнаем... - она окинула комнату прощальным взглядом. - Хорошо здесь.
-- Да, поэтому в древние времена язычники совокуплялись рядом со священными местами. Это давало им силу рождать здоровое потомство, как они считали... Но у меня возник вопрос. И не самый возвышенный. Ты ещё придёшь? - вдруг напрямую спросил Яков.
-- Ты этого хочешь?
-- Думаю, это нужно и нам, и Богу.
-- Серьёзно? Ты искренне веришь в то, что сказал?
Яков подумал мгновение:
-- Да. Верю.
-- Тогда приду.
В следующее мгновение Яков снова стал священником, спокойным, рассудительным и приветливым. Он поднялся с пледа и стал одеваться.
-- Мне пора, а ты можешь остаться здесь. Я после службы принесу тебе поесть.
-- Как скажете, святой отец.
-- Помолись, тебе сейчас очень нужно побыть наедине.
-- Да, это так.
Когда Яков ушёл, Анжела задумалась. Её лицо осветила загадочная улыбка. Она вспомнила Египет, своё детство, своих учителей жрецов и игры возле храма Бастат. Вспомнила кошек. Они всегда сопровождали её по жизни. Ощущение возвращения в детство нахлынуло на неё. Она впервые ощутила себя счастливой с тех далёких времён. Но ещё более было радостно то, что этот человек, Яков, не считает её врагом, он считает ангела равным себе. Он увидел в ней просто женщину, живую душу. И он чужд предрассудкам. Это было столь удивительно. Неужели он тот, кого она искала на протяжении многих веков? Но с выводами ангел не хотел торопиться, ошибка могла дорогого стоить.
6
На следующий день Анжела появилась в храме снова. Они расположились с Яковом в зале костёла у открытого окна и долго беседовали, сидя на приходских скамейках напротив друг друга.
-- Мне кажется, я всегда знал, что кроме того, что нам рассказывают в семинариях, университетах и что написано в Святых писаниях есть что-то ещё. Есть ещё какая-то скрытая информация. Но скрытая кем и для чего, почему? Нигде нельзя было найти пояснения и объяснений всех этих легенд и аллегорий. А те, кто подходил к разгадке слишком близко, плохо кончали. Ясно было, что тема запретная. Но ты... Тому, что ты рассказываешь, есть объяснение. Ты можешь рассказать о том, что произошло на самом деле? Почему твой род стал проклинаемым в веках среди людей?
-- Не всё так однозначно, как хотелось бы... - она внимательно посмотрела на Якова. - Удивительно, что представитель ортодоксальной церкви спокойно и с таким мужеством принимает данную ситуацию. Ты действительно не боишься Люцифера? А ведь церковь нас называет дьяволом!
-- Нет, не боюсь. Я доверяю Богу. Если со мной что-то должно случиться, то оно случится всё равно. Это лишь вопрос времени. Значит, так должно было быть. И это, вероятно, нужно кому-то... А мне остаётся только довериться и принять все повороты судьбы.
-- Никогда не встречала священника, столь преданного именно Богу, а не церкви. Удивительно, что ты не учёный! У тебя столь здравый рассудок, что я просто диву даюсь, как ты вообще попал в церковную структуру, где мистика, суеверия и обряды стоят на первом месте, а разум - на последнем?!
-- Это заслуга моей матери. Она всегда мне говорила: "всё, что есть на земле, принадлежит Богу, - люди и ангелы, растения и животные, дома и машины, церкви и океаны... И если ты хочешь, чтобы Бог любил тебя, ты должен любить Его, а не то, что Ему принадлежит". Всё, что нам даётся, - даётся на время нашей жизни. Поэтому мы должны быть благодарны Богу, что Он даёт нам возможность пользоваться Его "имуществом".
Ангел задумался:
-- Это верно. Твоя матушка права. Ой, как права...
-- Не все священники - фанатики и мистики. Возможно, в прошлом мы и были фанатично преданы церкви. Сегодня всё иначе. Сегодня современный священник хорошо образован в научных и социальных дисциплинах. Мы также подвержены эволюции. Мы не страусы, прячущие голову от мира реальностей. Мы принимаем его таким, коков он сегодня есть. И мы его любим, несмотря ни на что.
-- Н-да-а, - ангел тяжело вздохнул и погрузился в воспоминания. - За такую же любовь к Богу мы и поплатились.
-- Расскажи.
Анжела печально улыбнулась:
-- Мы действительно были первыми. Да-а, первыми из остальных человекоподобных. Но мы не были первыми разумными на этой земле. Это не наш родной дом. Эта планета драконов. Они были истинными хозяевами Мира. До прихода наших Праотцов на этой планете не было людей. А мы жили в другой системе далеко от Галактики Млечного пути...
-- Ты жила на другой планете? Сколько же тебе лет?
-- Нет, я не жила на другой планете, но там жили мои предки, мои и твои. Я родилась на Земле. Прежде эту планету они называли Мир. И мне уже 2136 лет. Да, ангелы живут долго, это так, но мы не бессмертны.
-- И сколько лет в среднем живёт ангел?
-- Современный, - максимум две с половиной тысячи. Это потолок для долгожителей. Но это если только ангел всего лишь наблюдатель и никуда не вмешивается. Но зачастую ангелы сегодня не доживают и до полутора тысяч лет. Люди стали умными, они вычисляют нас, они нас выделяют из общей массы населения. Видишь ли, мы чем-то выделяемся, даже если этого не хотим. Мы непонятны людям. Нас боятся. Нас презирают за надменность и высокомерие из-за знаний, которые таятся в нашем мозгу. Нас убивают... Мне так грустно всё вспоминать. Сразу в памяти всплывают картинки прошлого, - её глаза потемнели. - Но, наверное, настал момент рассказать эту историю людям так, как она была.
-- Где ты родилась?
-- В Мемфисе, в Египте в 129 году до начала новой людской эры. Я родилась случайно. Это было чудо для моего рода. Меня не должно было быть ни при каких обстоятельствах, так как в то время мой род уже был проклят десятки тысяч лет. Но я появилась. И все ангелы расценили это как знак свыше, то есть знак от Бога. Типа аванса на будущее. Все стали ждать от меня чего-то сверхъестественного, ибо было пророчество, что отверженные снова обретут благодать Бога. И снимется проклятие с рода. А вернёт эту благодать последняя из рода Носителей Света, то есть из тех, кто виновен в расколе всего ангельского вида. Но шли века, а пророчество так и не сбывалось.