Страница 9 из 22
-- Выйдем, если бить не будешь, - попытался пошутить Чандар.
Оставшись наедине, братья возобновили недавний разговор.
-- Всё-таки решил ехать, - Чандар грустно покачал головой.
- Да... Ты, наверное, умнее меня. Мудрее. Но я вот такой. Ничего не поделаешь. Наверное, весь в отца.
-- А зачем ты соврал?
Рахул опустил глаза:
-- Сделай всё, чтобы Рати не узнала о Голдаире. Я умоляю тебе.
- Понятно, - ухмыльнулся Чандар. - Считаешь её глупой? Она же всё равно, рано или поздно, узнает. Зачем врать? Я не узнаю тебя. Ну, совру я, если она спросит или раскроется обман, а дальше что? Тебе ведь всё равно её забирать с собой. Ей ведь тоже надо знать, в какую петлю совать голову.
-- Нет. Не сейчас.
- Знаешь, я впервые тебя не понимаю. Ведь она - твоя жена. Она должна знать...
-- Она должна верить, - твёрдо сказал Рахул.
-- Чудесно! Все будут знать, что ты в Ливии, а ты объявишься в Голдаире.
-- Я скажу, что меня срочно туда перебросили, что это временно...
Чандар промолчал. Рахул взял его за плечи и заглянул в глаза.
- Я только об одном тебя попрошу, если...- он опустил руки и отвернулся, - со мной что-нибудь случится, не оставляй их...
-- Как я хочу поколотить тебя! - горячился Чандар.
-- Я понимаю. Прости меня, - потухшим голосом сказал Рахул.
Вернувшись в зал, Рахул обратился к жене:
-- Уже поздно. Рати, забирай дочь, едем домой.
- Дочка, ты дома одна не сиди без мужа, - вступила в разговор мать, - приезжай к нам.
-- Хорошо, мама. Лакшми, прощайся с бабушкой и дядей.
В пятницу рано утром Рахул уже был готов к отъезду. К нему заехал Чандар. Рати помогала мужу с последними приготовлениями, паковала чемоданы. В доме царила суета.
- Здравствуй, Чандар. Слушай, скажи ему, пусть он позволит мне проводить его.
- Рати, если муж сказал, что апельсины - это бананы, значит, так оно и есть, - развёл он руками.
-- И ты туда же! - рассердилась Рати.
-- Ладно, сестрёнка, вместо тебя провожу его я.
- Почему это ты не хочешь, чтобы я тебя проводила?- подозрительно спросила жена.
Рахул засмеялся.
- Не люблю прощаний, - он поцеловал её. - Береги себя. Я обязательно тебе позвоню сразу, как только прилечу на место.
-- Пошли уж, а то опоздаешь, - подтолкнул его Чандар.
Рахул направился к выходу, потом ещё раз остановился на пороге, подмигнул жене и нырнул в машину. В аэропорту, выйдя из автомобиля, Рахул остановился.
-- Ладно, не провожай меня дальше, - махнул он рукой.
- Береги себя, - Чандар несильно ткнул кулаком его в плечо. - Не лезь в бутылку. Понял?
-- Уговорил. А теперь уезжай. И помни, о чём я тебя просил.
Братья крепко обнялись и молча разошлись: Рахул направился к зданию аэропорта, а Чандар сел в машину и поехал обратно.
10
Рати сидела с дочкой за столом и помогала ей делать уроки.
Во дворе просигналила машина.
-- Это дядя Чандар, наверное, приехал, - воскликнула Лакшми.
- Сиди и делай уроки. Я сама его встречу. Подумай хорошенько, сколько будет пять плюс семь.
Рати открыла дверь. На пороге стоял Чандар. Из комнаты выбежала Лакшми и прыгнула ему на шею.
-- Лакшми, иди делай уроки, а мне нужно поговорить с дядей, - строго сказала мать.
- Ладно, - грустно ответила девочка и поплелась в комнату. Потом выглянула из-за двери и с улыбкой добавила: - Дядя Чандар, только ты сразу не уходи, я тоже хочу с тобой поговорить.
-- Хорошо, мы с тобой обязательно поболтаем.
- Присаживайся, - предложила Рати.
Несколько мгновений она молчала, наматывая на палец кончик сари, не зная, с чего начать разговор.
- Ты знаешь, где мы познакомились с Рахулом? - наконец проговорила она. - В Пенджабе. Там не просто постреливали, там убивали людей. Потом был Кувейт...
- Что ты хочешь этим сказать? - насторожился Чандар.
- Его всегда тянет туда, где далеко не спокойно, где отношения людей натянуты до предела и попахивает взрывом. Знаешь, Ливия - довольно тихое место для него, - Рати испытывающе посмотрела в глаза деверя. - Сейчас всё внимание мира приковано к Голдаиру. Не к Ливии...
Чандар улыбнулся и похлопал Рати по руке.
- Ты просто беспокоишься за него. Это вполне понятно. Раньше он ездил в командировку самое большее на неделю. Теперь у него больше опыта...
-- В рискованных мероприятиях, - закончила Рати.
- И ты сразу подумала о плохом, - начал успокаивать её Чандар, пытаясь найти доводы по правдоподобнее. - Раньше его не могли послать надолго в другую страну, так как не знали достаточно хорошо. Теперь у него большой опыт работы... И в "горячих точках" тоже.
-- Чандар, мне кажется, вы скрываете от меня что-то. Признайся. Ведь так?
-- Зачем нам это нужно?
- Не знаю... Не в Голдаир ли он полетел на самом деле? Перед отъездом он был сам не свой. Это я теперь поняла - почему.
- Видишь ли, может быть он и собирался туда в тайне от всех, но назначили его в Ливию. Ему позвонили и поставили перед фактом. Ты же сама слышала.
- Без его согласия? - усомнилась Рати. - С каких это пор он стал безропотным ягнёнком? - она вздохнула. - Ладно. Я успокоюсь только в том случае, если увижу его репортаж из Ливии.
- Пойду, побеседую с Лакшми, а ты подумай о чём-нибудь положительном. Не нервничай понапрасну, - и Чандар направился в детскую.
На следующий день Рати забрала Лакшми из школы, и они направились домой пешком. По пути она купила себе газету, а девочке мороженое. Войдя во двор дома, дочка побежала на веранду.
-- Лакшми, включи телевизор, - крикнула мать ей вдогонку.
Рати развернула газету, пробежала глазами по заголовкам публикаций и остановилась на одной из них.
- Всё же военный переворот, - печально произнесла она и стала читать репортаж. В нём говорилось о том, что четвёртого апреля в Голдаире вспыхнул мятеж, который возглавили офицеры. Первыми арестованными стали свои и иностранные журналисты. Границу закрыли. Начались массовые облавы...
- О, Боже! - Рати забежала в зал и остановилась перед телевизором. - Так, до новостей ещё девять минут. Лакшми, слушай внимательно. Как начнутся новости, позови. Я на кухне.
Рати быстро сделала салат и вошла в зал.
Диктор объявил анонс видеорепортажей. Среди них не было из Ливии, но был из Голдаира.
Новости смотрел и Чандар, внимательно вслушиваясь в каждое слово диктора.
- В ночь с третьего на четвёртое апреля, - говорил тот, - в Народной Демократической Республике Голдаир, несмотря на все усилия ООН сохранить в стране порядок, произошёл военный переворот. В результате на место свергнутого президента Джафара Гюльчи стал генерал Рауль Акдир. Сегодня утром мы получили материал, отснятый нашим собственным корреспондентом. Оператору удалось спасти плёнку и свою жизнь, а вот участь другого журналиста пока неизвестна. Оператор успел только заснять его арест...
На экране телевизора мелькнул Рахул. Военные ударили его по голове и потащили к машине вместе с другими арестованными. А на экране были уже демонстранты, которых полицейские разгоняли водомётной пушкой.
Рати, увидев Рахула, сжала кулаки.
-- О, нет...
Диктор продолжил:
- ...собственный корреспондент индийского телевидения в Голдаире Рахул Райа пропал без вести. Надеемся на его скорое освобождение.
На экране появилась фотография Рахула. Рати опустила голову и закрыла лицо дрожащими руками.
- Только бы Рати не видела этого! - надеялся в душе Чандар.
- Не-ет! Ра-хул, - Рати не сдержалась и зарыдала. Потом сползла с дивана и, усевшись на пол, уткнулась лицом в подлокотник.
По телевизору ещё раз показали разгон демонстрантов, окровавленного Рахула. Были слышны выстрелы. Рати уже не плакала, только исступлённо смотрела в одну точку на полу.
Дочь обняла мать и испуганно заглянула ей в лицо.
- Мамочка, тебе плохо? Вот, попей, - девочка протянула матери свой стакан с соком. - Вызвать доктора?