Страница 33 из 57
Милле стало ясно, что загнало Дженсона на этот остров.
Молодой амбициозный человек, получивший не блестящее, но достойное образование, считающий себя чуть ли не красавцем, вступил в жизнь, намереваясь быть в ней победителем. Он, лихо перескакивая ступени, поднялся по служебной лестнице. Присмотрел себе невесту. Преподнес ей кольцо, которое та позволила надеть себе на палец. Взял кредит в ожидании скорого повышения по службе. Купил дом с садом и бассейном. Он не боялся будущего, оно представлялось ему в самых радужных красках. И вдруг! Другой амбициозный молодой человек обошел его и занял вожделенное место. Несколько месяцев спустя Рональда уволили. Все произошло настолько быстро, что он не успел опомниться.
Вызов к шефу. Он входит в кабинет с широкой улыбкой, ожидая, что несправедливость будет устранена. Но вместо этого ледяным тоном шеф благодарит за работу и, лицемерно выражая сочувствие, сообщает, что компания вынуждена расстаться с ним.
Он вышел, точно ошарашенный. Его окружили сослуживцы, лопаясь от смеха.
— Обалдел! Смотрите-ка, Рон обалдел! Не иначе его назначили начальником департамента.
— Бери выше! Заместителем управляющего!
Дженсон стоял среди упражняющихся в остроумии сослуживцев и только хлопал глазами. Немного погодя он сжал и разжал кулаки, повел плечами, чтобы убедиться, что все это не сон. Повернулся и неуверенно направился к двери кабинета. Но секретарша учтиво напомнила ему, что шеф просил более его не беспокоить. При этом ее палец поглаживал кнопку вызова охраны.
— Да что с тобой, Рон?! — вопрошали наперебой сослуживцы.
Дженсон растерянно улыбнулся.
— Меня уволили.
В ответ раздался взрыв смеха, который неожиданно оборвался. Всем стало неловко. И все поспешили разойтись. Кто-то хлопнул Рональда по плечу. Кто-то сказал: «Все наладится». Он машинально кивнул. Оставшись один, он совершенно растерялся, он не знал, куда ему идти. Секретарша подсказала:
— Мистер Дженсон, идите домой.
Он вышел на улицу. Зимний вечер сверкал мелкими снежинками. Он сделал несколько шагов вперед. Остановился. Пошел в обратную сторону. Опять остановился. Постепенно он пришел в себя. Дрожащей рукой вынул телефон и позвонил Кэрри. Ее голос чуть приободрил его. Он даже пошутил по поводу прошлой вечеринки и без перехода сказал:
— Кэрри, меня только что уволили.
Она рассмеялась.
— Не валяй дурака, милый! Говори скорее, — он прямо видел перед собой ее горящие нетерпением глаза. Видел ее подружек, которые навострили уши. — Тебя назначили начальником департамента?! — воскликнула она, приоткрыв рот, точно собираясь схватить новость зубами. — Что?! — взвизгнула она. — Неужели? — Подружки подскочили со своих мест и окружили ее. — Рональд, неужели?!.. — продолжала она выкрикивать уже на публику. Ему стало противно настолько, что тошнота подступила к горлу.
— Прекрати, Кэрри! Мне не до шуток!
Она изо всех сил старалась удержать улыбку. От напряжения уголки ее губ задергались.
— Как хочешь, милый, — поторопилась она завершить неприятный разговор. — Скажешь, когда увидимся.
— Я буду ждать тебя «У Розы».
— Договорились, — легким голосом ответила она и, чуть всплеснув руками, сказала, обращаясь ко всем: — Не хочет говорить по телефону.
— Вполне понятно, — одобрили его девушки. — Такую новость надо сообщать, глядя в глаза.
Кэрри едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Она поняла, что Рональд сказал ей правду. «Значит, все! Все летит к черту! О Господи! Опять!.. Но сколько можно?! Я думала, наконец-то выйду замуж за достойного меня мужчину. Не противен в постели, не бог любви, конечно, каким был Марк, но все же… И главное! Он хорошо шел по службе. Но, как оказалось, неспроста обошли его местом. Многие подумали, что его попридержали, чтобы он взлетел еще выше, а на самом деле ему дали пинка! — глаза Кэрри наполнились едкими слезами. — О Господи, дай мне силы! Мне уже двадцать девять. А я вынуждена играть то роль юной девушки, то женщины, ценящей более всего на свете свободу, а я… а я… примитивно хочу замуж…» — ее нижняя губа задергалась, и она прикусила ее зубами.
Выскочив из офиса, Кэрри помчалась в кафе. Но чем ближе она подходила к нему, тем медленнее становились ее шаги.
«Что мне ему сказать? Утешить! Ну, это само собой… Но что дальше? Ждать? Надеяться? Ну, это нет! Хватит! Я устала. Пусть сам выбирается. Хотя это практически невозможно. Кто примет на хорошее место уволенного?» — Ха!.. — со злостью вырвалось у нее.
Рональд поднялся из-за столика, помог Кэрри снять пальто. Подошла официантка. Они заказали кофе.
— Что случилось?
— Дорогая, ты только не волнуйся. Я все улажу. Свадьбу откладывать не будем. Я тут уже позвонил кое-кому. Завтра пойду устраиваться.
— Рональд, но как это могло случиться? Ты же был лучшим!
Он развел руками.
— Видимо, что-то упустил. Недоброжелатели, они ведь не спят. Но это не страшно. Всякое случается, — он взял ее руки в свои. Ей было неприятно его прикосновение. Будто его неудача могла прилипнуть к ней. Она вырвала свои руки и жестом подозвала официантку.
— Виски, пожалуйста… со льдом…
— Кэрри, скажи, что ты со мной, — заглядывая ей в глаза, проговорил Рональд.
— Ой, ну конечно. Ты полагаешь, что все уладится?..
— Да. Думаю, неделя, ну две — и я устроюсь. У меня опыт… — говорил он, но как-то уж очень неуверенно. Не было в голосе хорошей злости: «Я вам всем еще покажу!» Он сломался сразу же.
Кэрри это поняла. Она сослалась на то, что обещала матери помочь с покупкой подарков к Рождеству.
Рональд поехал к себе. Долго стоял перед домом, словно прощаясь с ним. Нерешительно вставил ключ в замок и осторожно вошел, как вор. Не включая свет, поднялся в спальню и, не раздеваясь, повалился на кровать. За целый вечер не раздалось ни одного звонка. Неудачников избегают, точно заразу.
Не сочтя нужным предупредить его, Кэрри уехала с матерью на Рождество к своей старшей сестре. Рональд сидел у елки и выл, как брошенный пес.
Прошел год. Он с трудом устроился мелким клерком в контору по продаже подержанных машин. Случайно завидев на улице Кэрри, он хотел подойти к ней, но она поспешила перейти на другую сторону и для верности села в такси. Он понял, что больше не выдержит. Он возненавидел весь мир и решил скрыться от него на одном из островов Атлантического океана. Там он занялся перепродажей.
Как-то в баре случай свел его с Ксавье. Они разговорились. Тот, оказалось, повидал мир. Знал Африку, как свои пять пальцев. И на островах был своим человеком. Под бутылочку рома Ксавье, как бы между прочим, рассказал забавную историю одного вымирающего африканского племени.
— Когда я попал к ним, то попросту обалдел от их непроходимой тупости. Только представь, баб им не хватает. Ну разве такое возможно? — сделал он широкий жест, как бы приглашая Рональда взглянуть и согласиться с ним. — Вон, сколько их!
— Так им же свои нужны, — опрокидывая стаканчик, заметил Рональд.
— В их положении носом не крутят. И не то, чтобы у них совсем не было баб. А изможденные они какие-то, старые… При мне одна старуха, лет семидесяти на вид, родила. Оказалось, что ей на самом деле нет и тридцати. А родила!.. — схватился Ксавье за голову. — Какого-то тараканчика: глаза и лапки тоненькие. Пошевелил он ими, пошевелил, да и концы отдал. Вот тогда я вождю и предложил влить новую кровь в их вымирающее племя. Говорю, я вам достану красивых, крепких женщин. Они вам в год столько народят, держись! У того аж глаза загорелись. Договорились мы о цене… Ох ты! — проводил он взглядом официантку с мощными бедрами. — Вот такую бы!..
Рональд тоже одобрительно ухнул. Выпил еще и подумал: «Вот человек, который буквально из ничего умеет делать деньги. А я покинул мир, чтобы до конца жизни прозябать на проклятом острове. Перебиваюсь кое-как, а зачем?..»
— Слушай, — толкнул он залюбовавшегося официанткой собеседника, — а откуда ты этих баб берешь? Неужели кто-то соглашается ехать туда? Контракт, что ли с ними заключаешь?