Страница 31 из 57
— Надеюсь, что мой друг появится здесь не позже чем послезавтра. Хотя, признаюсь, мне совсем не хочется, чтобы вы покинули мой остров.
Милла через силу рассмеялась:
— Вы будете приезжать на мой, — высвободила свою руку и стала подниматься по лестнице.
Рональд пошел за ней. Она резко обернулась и пристально посмотрела на него. Он смутился, опустил голову и пробормотал:
— Спокойной ночи.
ГЛАВА 14
Оставшись одна, Милла все равно не чувствовала себя в безопасности. Поеживаясь от нервной дрожи, она прошлась по комнате. Остановилась у окна, за которым была непроглядная ночь.
— Тони!.. Найди меня! Найди!.. Неужели ты не чувствуешь, что я совсем рядом? — прошептала Милла, словно заклиная друга. — Ах, если бы Игорь был так близко, как ты, он бы тотчас разыскал меня!..
Беспрестанно вздыхая, она прилегла на кровать. Сон не шел к ней. Тревога разрасталась в душе. Милла встала, подошла к двери, прислушалась, тихонько открыла ее. В гостиной горел свет, Рональд еще не ложился. Были слышны его шаги. Она постояла, прислонившись к косяку. Наконец свет погас. Она уже хотела закрыть дверь, но что-то смутило ее.
«А! — догадалась Милла. — Скрип! Диван не заскрипел. Значит, он не лег. Может, просто вышел?.. А может?..»
Она привидением скользнула по ступеням лестницы и оказалась в гостиной.
«Если я натолкнусь на него, скажу, что не спится…» Она подбежала к двери, надавила на нее, но та не поддалась.
«Ничего себе! Он запер меня!..» Нешуточная тревога охватила ее. Она бросилась на кухню, открыла окно и выбралась наружу. Стояла непроглядная тьма. Она прислушалась. Музыкальный слух не подвел. Расслышала едва уловимый звук удаляющихся шагов.
Было жутковато отойти от дома и затеряться в непроглядном океане ночи, но какой-то еще более мощный страх погнал ее вперед. Вытянув руки перед собой, как слепая, Милла обходила деревья, кусты, осторожно прощупывала ногой то место, куда собиралась ступить.
«Только бы не заблудиться! Здесь должен быть узкий проход». Она прислушалась к рокоту волн. Пошла на него и вышла к океану.
Яхта белела, точно фантасмагорическая птица на черных волнах. Милла вздрогнула, заметив, что на яхте зажегся огонек. «Разгадка там!»
Но как добраться до яхты? До нее добрых метров пятьдесят по неспокойному океану. Милла вошла в воду, по возможности удерживая равновесие, чтобы не упасть под натиском набрасывающихся на нее волн. Страх на миг парализовал ее. Придя в себя, она поспешила выбраться на берег. Немного постояв, перекрестилась, снова приблизилась к океану и бросилась на волну.
«Я доплыву!»
Волны неожиданно помогли ей добраться до яхты. Милла ухватилась за якорную цепь и взобралась на палубу. Пригнувшись, прокралась к лестнице, ведущей в салон и рубку управления.
«Только бы не столкнуться с Дженсоном!..» — стучало у нее в голове.
Осторожно спустившись вниз, она остановилась у двери, из-за которой не доносилось ни звука. Дрожащей рукой чуть приоткрыла ее. Посреди салона горела настольная лампа. Поняв, что Рональда здесь нет, она стала подбираться к рубке и вдруг услышала его голос, пронзивший ее насквозь, подобно молнии.
— Да, я отвечаю за свои слова. Это она!.. — он замолчал, видимо выслушивая ответ. — А, так он ее видел! Еще бы! Я сам не раз бывал в отеле!.. Только учти, чтобы безо всяких там уверток. У меня качественный товар. Она хоть и худощава, но такие бывают невероятно плодовитыми. Да к тому же ее можно использовать и по прямому назначению. Пусть услаждает слух… — Собеседник чем-то рассмешил Рональда. Он глухо рассмеялся, будто залаял. — И учти, ни цента меньше. Ни цента! — выкрикнул он с каким-то ожесточением.
Милла, присевшая на корточки, не удержала равновесия и села на пол. Мысли ее спутались… Она не могла найти объяснения тому, что только что услышала.
«Что все это значит?.. Он хочет продать меня?! Куда? Кому? Разве такое возможно?.. Вполне! — Милла вспомнила, как однажды по телевидению в блоке новостей рассказывали о рабах из Польши. Их силой удерживали в Италии, заставляя работать на плантациях. — Если подобное возможно в центре Европы, то здесь… посреди океана… Господи, что же мне делать?.. Стукнуть эту сволочь по голове и по рации позвать на помощь!» — мгновенно созрело решение.
Она прокралась к бару, достала бутылку виски и притаилась у двери. Каждый шаг Рональда эхом отзывался в ее голове. Вот он вошел, какой-то нереально огромный… Милла замахнулась и ударила его. Удар вышел не очень точный, бутылка как-то неловко скользнула по затылку, но Рональд упал. Милла в растерянности заметалась из стороны в сторону. Ей хотелось броситься к рации, но, боясь, что Рональд очнется, она стала искать, чем бы связать ему руки и ноги. Кроме полотенец ничего найти не удалось. Кое-как связав Рональда, Милла выпрямилась и посмотрела на него.
«А не прибить ли мне его окончательно? Чтобы наверняка? — она кинулась к бару и схватила вторую бутылку. — Ну же! — цепко обхватив пальцами горлышко, убеждала она себя, стоя над Дженсоном. — Возьмись покрепче, да пристукни эту гадину! — И вдруг слово «убийство» стало почти осязаемым. «Убей! Убей!» — стучала кровь в висках, Милле стало трудно дышать. Из глубины сознания возникло: «Не убий!» Пальцы были готовы разжаться и выпустить бутылку. — Глупо! Глупо оставлять жизнь мерзавцу!» — завопило чувство самосохранения. Но тут же в мыслях возникли неприятные лица местных полицейских, которым будет трудно доказать, что она убила случайно, защищая свою жизнь.
Не выпуская бутылку, Милла бросилась к рации. Опешила, не в силах сразу сообразить, как ею пользоваться. Включив, схватила микрофон и стала кричать, что она, Милла Лиманова, певица с острова Синэ-Лёко, жива!
— Слышите! Я жива! Я не погибла во время шторма. Я нахожусь на острове у американца Рональда Дженсона. Спасите меня! Он хочет продать меня в рабство! Спасите! Кто-нибудь слышит?.. Помогите! Я жива! Я, Милла, певица с острова Синэ-Лёко!.. Я…
Голос ее пресекся, она тщетно пыталась вдохнуть воздух. Сильные жилистые пальцы Рональда сдавили ее шею. Потом его руки соскользнули ей на плечи. Он резко развернул ее, и она увидела совсем близко его прищуренные глаза.
— С чего это вы взяли, что я хочу продать вас в рабство? — спросил он, но не стал дожидаться ответа. — Вы все слышали?
Милла кивнула, поглаживая рукой шею.
— Что ж, вы узнали правду раньше, чем следовало. Тем хуже для вас. Я хотел, чтобы вы как можно дольше пребывали в неведении.
В глазах Миллы, несмотря на все услышанное, теплилась надежда.
— Рональд, это же… — она растерялась, не находя слов. — Это же ненормально! Вы не имеете права! Вы не можете!
Он усмехнулся и прошептал, наслаждаясь каждым словом:
— Я здесь все могу!
Милла попыталась вырваться, но пальцы Рональда впились так крепко, что она лишь беспомощно дернулась и скривилась от боли.
— Ну а теперь вернемся на берег. Я не намерен проводить ночь на яхте.
Он вынул из кармана наручники с длинной цепочкой, завел руки Миллы ей за спину и защелкнул браслеты.
Милла только хлопала глазами и задыхалась от возмущения. Ощущение скованных рук оказалось ужасным. Кровь ударила в голову, Милла зарычала, словно пойманный зверь.
— Немедленно сними с меня наручники! — лицо ее пылало, глаза горели ненавистью и запоздалой злобой на себя. — «Надо было убить эту гадину! Дура я! Рохля!..» — Сними! — кричала Милла, брызгая слюной. — Или я никуда не пойду!
Рональд рассмеялся, подхватил ее на руки и вынес на палубу.
— Подонок! Ты подонок! — орала Милла так, что жилы вздулись на шее.
Он, не обращая внимания на ее крик, подошел к борту, около которого на воде покачивалась лодка. Схватился одной рукой за веревку, другой крепко прижал к себе Миллу и спустился вниз. Милла только успела вскрикнуть и зажмурить глаза. Через пять минут Дженсон уже втянул лодку на берег.
— Выходи! — взявшись за цепочку от наручников, сказал он. — Я не намерен тащить тебя до дома.