Страница 89 из 142
Исчадие ада пальцем поманило к себе маленького мальчика, и тот, как завороженный, шагнул в его сторону.
— У меня, малыш, тоже есть для тебя замечательный подарок, — сказал король, и в то же мгновение Шарн, Айфа, Медор, выхватив оружие, бросились на него. Зазубренные клинки сверкнули в воздухе. Удары, яростные, быстрые, посыпались на короля, но ничего, кроме звона обсидиановых мечей, ударявшихся о гранитные плиты пола, не случилось. Эйкен удивленно вскинул брови.
— Идиоты! — в сердцах бросил он. — Я же только ментальная проекция.
Оба монарха и их великий капитан смутились, еще несколько раз потыкали мечами в изображение и отошли в тень. Зрители отшатнулись от помоста, замерли, безмолвные, опешившие. Маленький Шарн-Адор спросил тоненьким голоском:
— Какой подарок?
Эйкен взмахнул длинным мечом, который он держал в руке.
— Ооооох! — выдохнула орда монстров.
Эйкен добавил:
— Вы испытываете нестерпимую тоску по мечу Шарна Свирепого, я же хочу получить Тони Вейланда. Мы можем договориться, если только Тони цел и невредим. — Потом он обратился к королю Шарну: — Вы бы, Ваше Величество, прикрыли рот и отдали вашим приспешникам приказание… Чтоб ни один волосок не упал с его головы.
Король Шарн сердито глянул на непрошеного гостя, закрыл рот и ничего не ответил — лишь телепатический эфир колыхнулся от короткой команды, посланной в леса на левом берегу Роны.
Королева Айфа вышла из-за сталагмита и язвительно заметила:
— Вполне возможно, что этот гнусный убийца Тони Вейланд находится на подвластной нам территории. Если так, то мы можем проявить добрую волю и обменять его на священный меч.
— И десять кораблей, груженных оружием, которые вы захватили, в придачу, — добавил Эйкен. — Лучше вернуть их по собственной воле, до того, как мои солдаты нагонят караван и перебьют всю эту банду трусливых негодяев. Они ж с таким грузом не могут далеко уйти.
— Мы ничего не знаем ни о каких кораблях с оружием. Ведать не ведаем!
— неожиданно взъярилась Айфа. — Да, мы слышали, что кто-то атаковал Ронию. Слышали, что этими «кем-то» оказались низкорожденные. Мы, народ фирвулагов, честно соблюдаем перемирие. Извечно!
— Ага, так, значит, вот какой линии вы решили придерживаться! — воскликнул король и завертел в воздухе священным мечом. Оружие засверкало в тусклом свете горящих факелов.
— Вот что, Эйк, — сказал Шарн, — тебе нужен Вейланд, — ты его получишь. Ты лично доставишь меч — перенесешь в то место, где Бетуларн Белая Рука будет ждать тебя. В двух лигах от Ронии, на Северном Тракте. Наш капитан возглавляет находящуюся в тех местах исследовательскую партию, и Тони Вейланд случайно попал к нему в плен.
— Тони рассказал Катлинель Темноглазой совершенно другую историю.
— Низкорожденные такие лгуны! — пожал плечами король фирвулагов.
— Мы будем иметь с тобой дело, — вступила в разговор королева Айфа, — если ты перестанешь задавать лишние вопросы. Вейланд в обмен на меч. Соглашайся или оставь нас.
— Согласен, — кивнул маленький человечек. — Завтра. На заходе солнца. И никаких подвохов, или вы пожалеете об этом.
Айфа громко рассмеялась и, недоверчиво вскинув бровь, спросила:
— Ты уверен, что у тебя хватит сил совершить перелет из Гории, да еще с таким тяжелым оружием? Нам бы очень не хотелось, чтобы наш любимый друг надорвался… Пупок не развяжется? — грубо добавила она.
— Айфа, твоя забота о моем здоровье очень трогательна, — ответил король. — Пупок не развяжется… Вот ты, соседушка, воочию любуешься мной. Изображение хорошее? Ну вот, а ты беспокоишься. Лучше бы вы. Ваше Величество, прикинули, как мне удалось преодолеть полуторакилометровую гранитную толщу и явиться к вам в полном облачении. Как-нибудь доберусь и до Ронии. Ладно, до встречи на турнире. — Фигура в золотом обмундировании заколебалась, рябь пробежала по изображению — оно начало угасать, вдруг резко воссияло вновь, еще более зримое и плотское, чем раньше. Эйкен-Луганн шагнул к молодому Шарну и плашмя коснулся оружием обоих плеч юного принца.
— Совсем забыл! — махнул левой рукой Эйкен, потом посерьезнел и громко, на весь зал объявил: — Сим посвящаю тебя, Шарн-Адор, в сан доблестного рыцаря тану. Будь дерзок и смел, шагай прямо, не сворачивай, лорд Адор Пупырчатый! Как-нибудь загляни ко мне, посидим, попьем чайку, малыш. Теперь все — счастливых именин!
И он исчез.
Все собравшиеся знатные фирвулаги разразились громкими негодующими криками. Как он посмел! Это недостойно Врага! Какая наглость!..
Ребенок повернул к родителям сияющее от радости лицо.
— Папочка! Мамочка! Вы видели? Вы все видели?..
Айфа и Шарн переглянулись, потом король подошел к сыну, наклонился и, крепко сжав его руками, поднял вверх.
— Видели, видели… — с недовольным видом кивнул король. — Ты не должен придавать значения этому посвящению. Глупый, бессмысленный, вызывающий жест. Он наш враг, ему судьбой уготовано погибнуть от моего священного меча в поединке в момент прихода Мрака. Не позволяй сбить себя с толку, мой мальчик. Твой жребий известен, и такие не имеющие силы обряды не должны отвратить тебя от пути славы. Ты понял? Скажи, вслух скажи, что отрекаешься от этого титула.
— Да, — заплакал ребенок. — Да! — Потом он вырвался из отцовских рук и, опустив забрало, чтобы скрыть обильно хлынувшие слезы, убежал в темноту.
Вейко: Уолтер! Уолтер!
Уолтер: …Это ты, сынок? Как там у вас? Я все время пытался связаться с тобой, но не получал ответа. Я так волнуюсь, не случилось ли чего?..
Вейко: У нас тут такое творилось — ни на минуту нельзя было оторваться. Фирвулаги из Фаморела атаковали Бетафорку около семи часов вечера. Другая группа устроила засаду на маршруте, по которому двигалась основная группа. Один альпинист погиб, другие спаслись. Они встретились с Бэзилом в промежуточном лагере, теперь планируют с первыми лучами солнца отправиться к перевалу.
Уолтер: Навсегда запомни. Это — настоящие люди, сынок. Как ты, как Ирена? Твой мысленный голос очень слаб.
Вейко: Здесь уже светает, и солнце гасит волны. У нас все хорошо.
Уолтер: Слава Богу! Расскажи поподробнее.
Вейко (моментальный ответ): Сначала нам пришлось туго, когда фирвулаги организовали тесное, без единой щели, метаобъединение. Им удалось не только надежно прикрыться, но и нанести несколько сильных психокинетических ударов. Погибло четверо гвардейцев с золотыми торквесами и один рыцарь тану. Затем фирвулаги ослабили метасвязь — с дисциплиной у них явные нелады — в защитном экране появились щели, и наши люди начали щелкать их из бластеров, как куропаток. Никто из детей не пострадал — ни единой царапины. Бой закончился два часа тому назад, но мне было очень плохо — вероятно, реакция на пролитую кровь, на смерть. Поэтому не мог выйти на связь. Прости, что заставил тебя поволноваться.
Уолтер: Все хорошо. Теперь вы в безопасности?
Вейко: Мы положили их шесть или семь десятков, остальные, по-видимому, разбежались.
Уолтер: Как насчет дальнейших атак?
Вейко: Начальник отряда Очал Арфист сказал, что, как только наступит утро, фирвулаги откажутся от боя. Перемирие — это для них свято. Думаю, так оно и есть.
Уолтер: Замечательно.
Вейко: Папа, ты уже?..
Уолтер: Да. Вместе с Алексом Манионом. Мы использовали ментальный нож Бум-Бума и сожгли кристаллы, рождающие импульсы. Потом расплавили все запасные камни. Так что можешь сообщить маленькому королю, что этих штук теперь можно не опасаться. Я бы хотел и со всем остальным оружием поступить так же, но оно складировано слишком близко от кубрика, где смонтирован церебральный генератор. Слишком много следящих датчиков… Увидят.
Вейко: Марк… уже знает?
Уолтер: Не беспокойся об этом, сынок. Я еще разбил автопилот «Кулликки», ему теперь не обойтись без меня. Кроме того, погода портится на глазах, и нас опять начинает швырять из стороны в сторону.
Вейко: Марк может устроить что-нибудь похуже, чем смерть. Вспомни, как он превратил Хагена в рыбу, а потом ловил на удочку.