Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 46 из 47

Тод и Ирэна пошли следом. Юноша прошептал:

— Видала арбалет?

— Попозже попрошу посмотреть, — почти не разводя губ, сказала девушка.

Едва зверолов вошёл в таверну, убедился в торговом таланте Фазиля. Губач ретиво размахивал руками перед наголо обритым, пузатым мужичком в белом фартуке. Трактирщик отменно справился с убранством заведения — чистые шторки, пейзажи на стенах, — ну а напору коротышки противостоять не мог.

— За тобой долг! — хрипел гном.

— Я выплатил его ещё прошлым летом, — неумело отбивался мужчина.

— Ложь! Я хоть сейчас подниму документы. Учитывая набежавшие проценты, ты должен мне кругленькую сумму. Боюсь и продажа «Мотылька» тебя не спасёт.

Трактирщик волком взвыл, фальшивя в конце.

— И нечего мне тут концерты давать, — пригрозил Фазиль. — Только моею милостью ты ещё на свободе.

Мужчина платком вытер со лба пот. Три-четыре раза вздохнув, наклонился и зашептал что-то на ухо гному.

Заинтересованность обрисовалась на лице Губача, он аж облизнулся. Суровость, однако, вскоре вернулась. Фазиль прокричал:

— Думаешь подкупить меня непорочной девой?! Не выйдет! Долг прежде всего!

— Пощади! — пав на колени, взмолился трактирщик. Интересно, столь же яро молится перед иконой Творца? — Пощади, Фазиль! У меня жена, детишки малые... — Руки вцепились в ногу гнома.

Раболепие мужчины размягчило Губача:

— Хорошо. Покамест не буду требовать долга. Ты мне ещё сгодишься. Для начала дай-ка мне провизии. Лучшей провизии, — поправился гном. Хмуро посмотрев на дворфа, спросил: — К тану суток трое топать?

— Около того, — кивнул Дрэдмок.

— На неделю провианта дай, — потребовал у трактирщика Фазиль.

— Всё сделаю, — вскакивая, отчеканил владелец «Мотылька». Насколько позволяла комплекция, торопко побежал на кухню.

— Вот так вот нужно с ними, — проговорил Губач авторитетно. — Сейчас индейка будет, курага и... и много всего прочего.

Трактирщик вернулся с двумя огромными тюками. Когда поставил перед гномом, тот охнул: тюки по грудь высотой.

— А ты, Бернард, превзошёл все мои ожидания, — похвалил Фазиль.

— Всё наилучшее принёс. Индейка... две штуки. Пять головок белого сыра. Три каравая. Яичек варёных дюжину. Колбаска! — Трактирщик поцеловал сложенные в щепотку пальцы. — Не колбаска, а райское наслаждение. Фиников из Саакасума не забыл положить. Несколько пачек медового печенья из самого Мейетара. Три бутыли иллизийского вина. Бурдюк козьего молока.

— Тьфу, — сплюнул Губач. — Какой идиот научил тебя молоко в бурдюках держать?

Бернард поморщился, продолжил перечисление:

— Сушёные грибочки. Шербет не забыл. Отличное кушанье, его сам шах обожает. А ещё...

— Хватит балаболить, — остановил гном. И как щипцами оторвал от себя: — Спасибо.

— Не за что, не за что... — отбивая поклоны, залепетал трактирщик.

Фазиль помиловался радующим слух словам, впал в размышления. Два тюка (да и один) точно не дотащит. Придётся просить компаньонов. Золотишком за работу платить не хочется, небось, продуктами откупится.

— Слышь ты, парень, — Губач кичливо обратился к зверолову. — За треть провианта понеси мешок.

— Во-первых, у меня есть имя. А во-вторых, я-то думал, что провизия общая.

— Хо! — сдалось, поблизости лопнул наполненный воздухом шар. — Ещё чего удумал. «Общая»! Да где это видано, чтобы гномы делились с людишками?

К беседе подключилась Ирана:

— Вообще-то у нас самих есть чем перекусить. Так что Тод может вообще тебе не помогать.

— Как шустро перешли на «ты», — забрюзжал Губач. Его редко переспоривали; сейчас, кажись, поражение зависло над коротышкой. Коль никто не поможет нести, Фазилю доведётся ограничиться маленькой сумкой — два тюка вовек не потащит. Приструнённый гном насупился, буркнул: — Хорошо. Продукты общие.

— Глядишь так, и подружимся, — озарился улыбкой Тод.

— Не нужны мне друзья. Самому неплохо.

Трактирщик дал волю любопытству:

— А вы, Фазиль, в туннели собрались?

— Не твоего ума дело!





— Я только предупредить хотел, — виновато пригнулся Бернард.

— Что вы хотели сказать? — спросила Ирана.

Владелец таверны посмотрел на девушку, потом на гнома, словно желая получить разрешение на разговор.

— Не тяни, — прогнусил Губач.

— Я тут, можно так сказать, в центре слухов. Вот и слышал кое-чего. — Голос трактирщика зазвучал еле слышно: — Вчера пожаловал бродяга из самого Дакмура. Такими жуткими историями сыпал, что чуть клиентуру не распугал.

— Ну и чего он там болтал? — высокомерно и как бы нехотя осведомился гном.

— С его слов выходило, что ещё глубже Дакмура есть туннели, где разгуливает нежить. Костяки нападают на людей. На куски рубают. Ох, и страшное же оружие у скелетов. Вроде как одного пореза хватает, чтобы человек впоследствии умер в жуткой агонии. Всё тело покрывается синими пятнами, очи лезут из орбит.

— Пьяная болтовня, — отмахнулся Фазиль.

— Я-то тоже так думал. Казалось, что просто пугает, хочет похвастаться. Но... — Продолжить мужчина не мог — прямо-таки кость в горле застряла.

— Рожай быстрей! — повелел Губач.

— Но сегодня утром нашли этого бродягу у себя в номере. Мёртвым нашли... — Бернард задрожал. — Всё тело синее, глазища выкачены, кровавой слюной вся кровать забрызгана... — Чудилось, ещё немного — и мужчина заплачет от страха.

— Можно взглянуть на труп? — спросила девушка, чем и приковала к себе удивлённые взгляды.

— Ты чего, лекарша? — придрался гном.

— В какой-то степени, — схитрила Ирэна.

— Трупа нет, — мотнул головой трактирщик. — Нашенский священник почуял скверну Дьявола и приказал сжечь тело.

Фазиль потоптался на месте и уронил:

— Враки всё это. Нет там никакой нежити. — И с долей тревоги добавил: — Хорошо хоть Дакмур не совсем по пути.

Гному и дворфу не по пути, а вот Тоду и Ирэне именно туда и надо. По сведениям лизарда спекулянт Тамп находился в Дакмуре.

— Так пособишь с тюками?.. Тод, — присовокупил имя Губач.

— Без проблем, — юноша взвалил на спину тюки.

— Берегите себя, — дружески кинул вслед Бернард.

Квартет путников снова зашагал по улочкам. Одноэтажные дома невысоки, вдали за ними чернеют горы, вершины укрыты периной облаков. Что же сокрыто в недрах Зубастых гор?

— Послушай, Дрэдмок, — обратился зверолов, — а ты что-нибудь слышал о нежити гуляющей возле ваших поселений?

— Всякое болтают, — без настроения ответил дворф. — Соплеменники твои любят слухи распускать. По пути в Каменный Мешок встретился мне один болван, так тот гутарил о зомби гнавшемся за ним двое суток.

— И что?

— А ничего. Зомби его — на дне винной бутылки.

Весь вид Дрэдмока говорил: беседовать неохота.

Тод не стал приставать с вопросами. Мимоходом начал рассматривать здания. Жилые дома все как один: каменные стены, черепичные кровли. Господство однообразия разбавилось лишёнными окон складами. Очевидно, в них хранили товары именитые купцы. Чуть дальше выглядывала второсортная харчевня. Девица в белоснежном переднике прямо на улицу выметала оставшийся после ночной попойки мусор.

Каменная городская стена выросла неожиданно. У ворот стоял крытый парусиной фургон. Возницы нет, зато пара вооружённых кривыми саблями наёмников околачивается.

— Привет, ребятки! — помахал рукой Фазиль.

Вояки с ленцой встали смирно.

— Расслабьтесь, — разрешил гном. — Ничего подозрительного не видели?

— Всё спокойно, — в один голос ответили наёмники.

— Хоть это радует. Я тут на недельку отлучусь, так что не бедокурьте.

Известие об отъезде Губача смутило вояк. Если бы гном уходил через восточные ворота, не было бы ничего необычного, а так получалось...

— Вы в горы? — изумился наёмник что повыше.

— Да вот коротышка меня тащит, — Фазиль тыкнул на дворфа. В ответ Дрэдмок едва не заморозил взглядом. Гном забурчал что-то себе под нос и поплёлся прочь из города.

Дорога рыжей лентой тянулась к подножью Зубастых гор. Слева и справа несмело пробивалась молодая травка. Нестеснённый множеством домов и узостью улочек ветерок стал играть волосами путников, дёргал за полы девичьего плаща. Солнышко пронзало облака, золотые лучи путешествовали по изгрызенным каменистым гребням, те соседствовали с мощными кряжами изредка утыканными старыми соснами.