Страница 21 из 53
Уже тогда многие считали, что нападки врачей на Калиостро продиктованы исключительно меркантильными интересами: стремлением устранить опасного конкурента. Как раз в эту пору гремела слава такого лекаря-самоучки — Василия Ерофеича Воронова, изобретателя русского "эликсира жизни" — крепкой водки, настоенной на ароматных травах, которая в народе так и звалась "ерофеичем". И профессиональные врачи были вынуждены терпеть Ерофеича и подобных ему целителей, в том числе заграничных. В газете "Санкт-Петербургские ведомости" в это время заезжие эскулапы давали рекламные объявления, например: "братья Пелье, французские глазные лекаря, искусство свое ежедневно подтверждают, возвращая зрение множеству слепых"; в других номерах газеты парижский зубной врач Шоберт обещал чудесное излечение от разных болезней зубов, и в том числе "от ударов воздуха", и приглашал "бедных немоществующих приходить к нему в дом по понедельникам, средам и субботам пополудни, где пользовать и лечить будет все могущие у них случиться гортанные болезни и снабжать их надлежащими лекарствами безденежно", а "славный дамский портной Дофемон выдумал делать корпусы (корсеты)", с помощью которых "нашел средство уничтожать горбы у людей".
Роджерсон вызвал Калиостро на дуэль. Взамен тот предложил лейб-медику дуэль профессиональную — соперники должны дать друг другу пилюли с ядом. Тот, кто сумеет подобрать противоядие, выиграет жизнь и профессиональное первенство. Разумеется, благоразумный соперник отказался от этих вздорных условий.
Нет сомнений, что Калиостро стократно возмещал свои расходы на благотворительность из карманов состоятельных клиентов. Да и то зачастую отказывался от денег, вынуждая богатых пациентов уговаривать его принять плату, и в конце концов соглашался принять мзду как "пожертвования". Слухи о чудесных исцелениях быстро превратили реальные цифры в сказочные "пятнадцать тысяч".
Один случай исцеления особенно поразил воображение современников.
У князя Гавриила Петровича Гагарина тяжело заболел сын-младенец, десяти месяцев от роду. Впрочем, по сведениям из брошюры "Le charlatan démasqué", опубликованной в 1786 году во Франкфурте-на-Майне, история эта произошла якобы с некоей богатой русской дамой, может быть, даже купчихой. Все врачи, один за другим, признавали свое бессилие перед болезнью. Князь обратился к Калиостро. Граф осмотрел ребенка, признал, что положение почти безнадежное, но согласился лечить его, при условии соблюдения строжайших правил. Во-первых, родители должны были отдать ребенка в дом Калиостро. Во-вторых, они не смогут видеть сына, пока граф им не разрешит. Родители согласились. Калиостро увез мальчика к себе.
Гагарины ежедневно приезжали на Дворцовую набережную, но Калиостро либо не принимал их, либо кратко отвечал: "Ребенку лучше". Так прошли две недели. Наконец граф объявил, что опасность миновала, и разрешил забрать ребенка домой. Родители были вне себя от счастья. Князь Гагарин предложил графу тысячу золотых империалов (десять тысяч рублей серебром, или почти двенадцать килограммов чистого золота), но Калиостро отказался наотрез. Тогда князь тайком оставил сверток с империалами в прихожей графа. По одним сведениям. Калиостро вернул золото князю, по другим — взял себе.
Но вскоре по городу поползли слухи. Говорили, что вначале мать, рассмотрев хорошенько мальчика, усомнилась, точно ли это ее сын. И тут открылось, что больной на самом деле умер, а Калиостро подменил его другим ребенком. Иные уверяли даже, что девочкой! Будто бы Калиостро приперли к стенке, и он во всем признался. Когда же его спросили, где тело Павлуши Гагарина, злодей сказал, что пытался произвести опыт палингенезиса (оживления), во время которого труп сгорел…
В этой истории много неясного, а чем больше загадок, тем больше и домыслов. Точно можно утверждать лишь то, что Павлуша Гагарин, он же князь Павел Гавриилович, вырос крепким и здоровым, стал офицером, воевал и дослужился до генеральского чина.
П.Г. Гагарин. Гравюра XVIII в.
В. Зотов, ссылаясь на заслуживающие доверия иностранные источники, пишет, что было получено "за это удивительное излечение две тысячи", не уточняя, впрочем, каких именно денег. Далее он пересказывает подробности этого нашумевшего дела из немецкой брошюры 1785 года "Ephemeriden der Freimaurei in Deutschland", которая утверждает, что безутешная мать "принесла жалобу на такой наглый обман. В то же время лейб-медики императрицы представили ей, что шарлатан, продавая лекарства, возвращавшие молодость и продолжавшие жизнь до бесконечности, подрывает всякое доверие к медицине и приносит большой вред, как отдельным личностям, так и целому обществу. Тогда императрица приказала выслать Калиостро из Петербурга".
Впрочем, причина высылки могла быть совсем иная, и связана она была с Лоренцей, супругой чародея и целителя. Но об этом ниже.
Постепенно у Калиостро нашлись покровители в высших кругах: управлявший императорскими театрами и великий магистр провинциальных русских масонов сановник Иван Перфильевич Елагин предоставил Калиостро для магических опытов свой дворец на острове, получившем впоследствии по его имени название Елагина острова; иностранные посланники барон Корберон, убежденный духовидец, и граф Мелисси-но: знатный вельможа и богач граф А.С. Строганов; наконец, сам светлейший князь Григорий Александрович Потемкин. А вот "северная Семирамида" до знакомства с Калиостро не снизошла.
Шевалье де Корберон, бывший в то время поверенным в делах Франции в России, масон, открыто покровительствовавший Калиостро, писал: "Полагаю, Калиостро никакой не шарлатан; разумеется, исцелять ему удается не всех, но многих, и это благодаря своим познаниям в химии и физике; однако человек сей может представлять опасность, и, разумеется, я никогда не стану с ним связываться, ибо он обладает гибельными познаниями".
Итак, Калиостро решил продемонстрировать сии "гибельные познания" публике. Начал он с сеансов черной и белой магии — и имел успех.
По желанию гостей Калиостро показывал им их будущее. Для этого в зал вносили стеклянный шар с кристально чистой водой. Калиостро совершал над сосудом различные пассы, вдруг вода в шаре замутнялась, образовывались сгущения, в которых впечатлительный человек мог разглядеть силуэты и лица. На самом деле это был несложный химический опыт, но двести с лишним лет назад он производил сильное впечатление на публику.
Затем Калиостро вызывал духов умерших людей по выбору присутствующих, беседовал с ними. Для общения с обитателями загробного мира граф привлекал специально подготовленных ассистентов-медиумов, чаще всего детей с голубыми глазами, их называли "голубками". Перед сеансом Калиостро поил "голубков" каким-то отваром, а затем вводил их в состоянии транса. Он общался с потусторонними силами не напрямую, а через посредство этих "чистых созданий". В этом гвоздевом номере программы Калиостро умело соединял иллюзионную технику, галлюциногенные препараты, чревовещание и гипноз.
Еще во время магических сеансов в Курляндии с Калиостро случались нервные срывы. Проявились они и в России. Он вдруг начинал препираться с духами, переходил на крик, топал ногами и размахивал мечом. В такие минуты Лоренца умоляла присутствующих не приближаться к мужу, дабы не навлечь на себя большой беды.
Калиостро охотно демонстрировал алхимические опыты: у неискушенных зрителей создавалось впечатление, что на их глазах простой кусок железа превращался в серебро и золото. Ничего волшебного на самом деле не происходило. К тому времени ученые-химики уже умели с помощью электричества осаждать соли металлов на поверхности железа, позднее этот метод был усовершенствован и получил название гальванотехники. Но выглядели эти манипуляции очень эффектно, особенно перед несведущей в науках светской публикой и в соответствующем "магическом" антураже.