Страница 33 из 67
Да по-другому и не могло быть. Главное управление кадров КА, как вы увидели выше, в это время докладывало, что на начало 1941 г. из 1833 командиров полков Красной армии 14 % окончили академии и 60 % – военные училища. И лишь 26 % имеют образование, как у будущих маршалов Г. К. Жукова и К. К. Рокоссовского. Из 8425 командиров батальонов уже 2 % имели академическое образование, а 92 % – окончили военное училище.
А как было у немцев? По мирному договору после окончания Первой Мировой войны численность офицерского корпуса немецкой армии была сокращена с 34 до 4 тыс. человек. (У. Черчилль. «Вторая Мировая война», Воениздат, 1991 г., т. I, стр. 37.) По данным Ф. Гальдера («Военный дневник», Воениздат, 1968 г., т. I, стр. 202) на конец 1934 г. в Вермахте служило всего 3,7 тыс. офицеров, а на начало 1939 г. – 99 тыс. При этом были призваны и еще годные офицеры Первой Мировой, и вновь подготовленные офицеры запаса – 50 тыс. человек.
Если предположить, что к 1939 г. были годны к службе 50 % офицеров кайзеровской армии, кончивших военные училища и академии, то в общей сумме 99 тыс. офицеров Вермахта таковых (вместе с кадровыми) могло быть около 20 тыс. Остальные офицеры Вермахта (80 %) – это офицеры, подготовленные в запасе и в войсках – на курсах, аналогичных курсам младших лейтенантов РККА. Гальдер писал, что эти курсы готовили офицеров с темпом 1,5—2 тыс. лейтенантов в месяц.
На этом примере мне хотелось показать, кто такой военный историк-профессионал, – это подонок, обжирающий народ, и в угоду власти подделывающий историю без стыда и совести.
Ю. И. Мухин
Глава 4
УЧЕНИК
Профессионалы
Профессионала, специалиста можно отличить от верхогляда по такому признаку – профессионал знает все о том деле, которое он делает. Скажем профессионал-авторемонтник должен знать все о той машине, которую он взялся ремонтировать. А если он детали машины называет блямбами и не может отличить дизельный двигатель от карбюраторного, то что же он за профессионал?
Делом полководцев является уничтожение врага и поэтому профессионала отличает то, насколько досконально он знает противника, с которым в настоящее время воюет. Ведь не зная противника, невозможно спланировать с ним бой.
Ниже я даю стенограмму разговора двух советских военачальников, которым было поручено Ставкой совместными усилиями уничтожить противостоящую им обоим группировку немецких войск. Обсуждая этот вопрос, они докладывают друг другу то, что знают о своем общем противнике. Попробуйте по их знанию этого своего Дела оценить их профессионализм. Назовем их № 1 и № 2.
«Обстановка у меня следующая:
1. В течение последних 2-3 дней я веду бой на своем левом фланге в районе Вороново, то есть на левом фланге группировки, которая идет на соединение с тобой. Противник сосредоточил против основной моей группировки за последние 2-3 дня следующие дивизии. Буду передавать по полкам, так как хочу знать, нет ли остальных полков против твоего фронта. Начну справа: в районе Рабочий поселок № 1 появился 424-й полк 126-й пехотной дивизии, ранее не присутствовавшей на моем фронте. Остальных полков этой дивизии нет. Или они в Шлиссельбурге, или по Неве и действуют на запад против тебя, или в резерве в районе Шлиссельбурга.
2. В районе Синявино и южнее действует 20-я мотодивизия, вместе с ней отмечены танки 12-й танковой дивизии.
3. На фронте Сиголово – Турышкино развернулась 21-я пехотная дивизия. Совместно с ней в этом же районе действует 5-я танковая дивизия в направлении Славянка – Вороново. В течение последних 3 дней идет усиленная переброска из района Любань на Шипки – Турышкино – Сологубовка мотомехчастей и танков. Сегодня в 16.30 замечено выдвижение танков (более 50) в районе Сологубовка на Сиголово и северо-восточнее Турышкино. Кроме того, появилась в этом же районе тяжелая артиллерия. Сегодня у меня шел бой за овладение Вороново. Это была частная операция для предстоящего наступления, но решить эту задачу не удалось. Правда, здесь действовали незначительные соединения. Я сделал это умышленно, так как не хотел втягивать крупные силы в эту операцию: сейчас у меня идет пополнение частей.
Линия фронта, занимаемая 54-й армией, следующая: Липка-Рабочий поселок № 8 – Рабочий поселок № 7 – поселок Эстонский – Тортолово – Мышкино – Поречье – Михалево.
Противник сосредоточивает на моем правом фланге довольно сильную группировку. Жду с завтрашнего дня перехода его в наступление. Меры для отражения наступления мною приняты, думаю отбить его атаки и немедленно перейти в контрнаступление. За последние 3-4 дня нами уничтожено минимум 70 танков… Во второй половине 13 сентября был сильный бой в районе Горного Хандорово, где было уничтожено 28 танков и батальон пехоты, но противник все время, в особенности сегодня, начал проявлять большую активность. Все».
«1. Противник, захватив Красное Село, ведет бешеные атаки на Пулково, в направлении Лигово. Другой очаг юго-восточнее Слуцка – район Федоровское. Из этого района противник ведет наступление восемью полками общим направлением на г. Пушкин, с целью соединения в районе Пушкин-Пулково.
2. На остальных участках фронта обстановка прежняя… Южная группа Астанина в составе четырех дивизий принимает меры к выходу из окружения.
3. На всех участках фронта организуем активные действия. Возлагаем большие надежды на тебя. У меня пока все».
Вот оцените по этим докладам, кто профессионал.
У первого сухое перечисление противника со всеми подробностями – танковая или пехотная дивизия, в полном составе или нет, где могут быть остатки и резервы, каково поведение противника, каковы результаты дневных боев с возможными потерями противника, и где проходит линия его фронта.
У второго – полное незнание кто с ним воюет. Единственная цифра – «восемь полков» – какая-то безграмотная и, к тому же, относится к совершенно другому участку фронта. Полки сами не атакуют. Они делают это в составе дивизий. Профессионал сказал бы: «Противник ведет наступление частями трех (четырех) дивизий (номера дивизий) общими силами до 8 полков». Вместо сведений о противнике в докладе какой-то бессвязный лепет о «бешеных» немцах, которые атакуют этого полководца.
Не знаю, может у вас другое впечатление, но у меня оно именно такое.
Теперь об этих военачальниках. Первый – это командующий 54-й армией маршал Г. И. Кулик. Второй – командующий Ленинградским фронтом генерал армии Г. К. Жуков.
У нас в историографии сложился стереотип о каких-то немыслимо выдающихся полководческих способностях Георгия Константиновича Жукова. Думаю, что когда военные историки попробуют действительно разобраться с уровнем его военных талантов, то выяснится, что их у него в начале войны было не больше, чем у Л. Д. Троцкого. И, кстати, на фронтах, особенно в начале войны, Жуков часто исполнял функции примерно такие же, что и Троцкий в Гражданскую войну.
Что касается наиболее выдающегося полководца той войны, то следует в этом вопросе довериться Сталину. Никто лучше начальника не знает способностей своих подчиненных, тем более, проверенных в ходе такой длительной войны.
После войны Жуков попался на непомерности награбленных в Германии трофеев, на непомерном бахвальстве своими подвигами и был, так сказать, в опале. Ретивый Э. Казакевич в романе «Весна на Одере» на всякий случай принизил его роль во взятии Берлина. Но Сталин остался недоволен романом и, высказывая свое недовольство К. Симонову, невольно дал характеристику советским маршалам:
«У Жукова есть недостатки, некоторые его свойства не любили на фронте, но надо сказать, что он воевал лучше Конева и не хуже Рокоссовского».