Страница 31 из 35
«Элис, мы с Вами оба были там…» – мягко подключился к разговору до этого молчавший Мазаев, спокойно продолжив – «Я тоже помню его лежавшим, бледным и бездыханным на постаменте в соборе Святого Патрика. Впрочем, теперь, увидев фотографии и услышав описание симптомов заболевания, я уже не уверен, что именно я там видел – его труп или его тело, в состоянии летаргического сна. А Вы уверены в том, что Вы видели?».
Девушка нервно сделала глоток воды, смочив смертельно пересохшее горло.
«Он ведь на этих снимках выглядит точь в точь, как тогда в соборе Святого Патрика…» – медленно произнёс Сергей, добавив – «Мне и самому трудно в это поверить, но, похоже, что это он и, что он, действительно, жив…».
Внимательно выслушав майора, Элис снова взяла фотографии в руки и, нервно, покусывая губу, продолжила перелистывать их кадр за кадром.
«В том проклятом небоскрёбе получив два ранения в грудь и истекая кровью в ожидании прибытия скорой помощи прямо у меня на глазах, Легасов поклялся. Поклялся, что не умрёт…» – тихо продолжил Сергей, опустив ненужные детали о том, кому и зачем консультантом было дано соответствующее обещание, после чего добавил – «И, насколько я его знаю, он всегда держал своё слово…».
«Он жив?» – ещё раз медленно и негромко с удивлением вопросительно произнесла Элис, тихо для самой же себя, добавив – «Жив! Значит, он всё-таки жив!».
Сергей с Александром сидели, молча наблюдая за продолжавшейся внутренней борьбой в сознании девушки, очевидно, глубоко шокированной и ошарашенной всеми этими новостями.
Спустя пару минут, несколько успокоившись, Фостер с трудом оторвала взгляд от фотографий, тихо спросив – «Что Вам нужно? Что Вы намерены предпринять?».
«Элис, возможно, с нашей стороны это прозвучит несколько странно и необычно, но, прошу Вас, понять нас правильно – нам, как, надо полагать, и Вам лично очень нужен Алик Легасов. В сознании, здравом уме и трезвой памяти, рационально и холодно мыслящий – одним словом нам нужен прежний Легасов…» – осторожно расставляя акценты, произнёс Александр.
«Зачем он вам?» – с удивлением раскрыв глаза, тихо прошептала Элис.
«Ситуация с экзорцистами, действительно, зашла в тупик. Полный тупик…» – искренне глядя в глаза девушки, произнёс Трошин, рассудительно продолжив – «Возвращение Легасова, как посредника, да и просто как здравомыслящего человека из окружения экзорцистов, способного предостеречь данное движение от никому не нужных крайностей – это наш шанс стабилизировать ситуацию и снизить напряжённость. Мы не собираемся ни вербовать, ни убеждать его в чём бы то ни было. Всё что нам сейчас нужно – это то, чтобы он просто жил и работал как раньше, самостоятельно принимая те решения, которые он сам считает необходимыми…».
Девушка впервые за долгое время одобрительно кивнула, немного улыбнувшись.
«Проблема в том, что наш пациент не проснётся сам…» – спокойно развёл руками Александр, пояснив – «Глубокий летаргический сон может длиться десятилетия, вплоть до гибели тела от старости…».
«В смысле ещё не найдено соответствующего лекарства?» – озадаченно поинтересовалась Фостер.
«Это в целом очень редкое и, как следствие, слабо изученное состояние, но, тем не менее, у нас есть действенное экспериментальное средство – это последняя закрытая разработка российских медиков…» – уважительно произнёс Трошин, осторожно достав из портфеля и положив на стол аккуратную пластиковую коробочку с двумя шприцами, наполненными прозрачной жидкостью.
В ответ на немой вопрос, повисший в глазах девушки, Мазаев в свою очередь тихо добавил – «Достаточно одной инъекции в сердце для того, чтобы Алик проснулся. Проблема в том, что мы не знаем, как именно это сделать – он сам лежит под усиленной охраной в госпитале Нью-Йорка. При этом надо понимать, что всю ту масштабную аферу с прощанием с Легасовым в соборе Святого Патрика, свидетелями которой мы с Вами были, и его последующими похоронами, могло санкционировать и провернуть только центральное разведывательное управление США…».
«Полагаю, Элис, Вы понимаете, что любая попытка проникновения к данному пациенту в госпиталь, курируемому центральным разведывательным управлением, со стороны российской разведки может спровоцировать полномасштабный международный скандал…» – кивнув головой, продолжил Александр, подметив – «Разумеется, наше руководство не в состоянии пойти на подобный риск. Да и к тому же, эти фотографии были сделаны неделю тому назад – в настоящее время интересующего нас пациента вполне могли перевести в другую палату или вообще в другой госпиталь, в случае если у американцев возникли подозрения в отношении возможного раскрытия его личности. В целях минимизации утечек информации мы были вынуждены ограничить круг людей, знакомых с данной информацией, и даже временно изолировать Павла Кузовлева под видом профилактического восстановительного лечения, но это, безусловно, лишь временная мера…».
«Чем я могу Вам помочь?» – слегка удручённая обрисованными перспективами, встревоженно поинтересовалась девушка.
«Элис, в данный момент мы не можем сделать для Легасова ничего, кроме как передать это экспериментальное средство тому, кто сможет сделать для него что-то большее…» – мягко и осторожно произнёс Трошин, добавив – «Вам».
«Почему я должна Вам верить?» – глядя полковнику в глаза прямо спросила Элис, резонно продолжив – «Откуда мне вообще знать, что это средство его не убьёт?».
«Элис, он нужен нам. И нужен нам живым, также как и Вам…» – ещё раз спокойно повторил Сергей, для убедительности добавив – «В противном случае нам было бы достаточно ничего не делать, прекрасно понимая, что он не сможет самостоятельно выйти из летаргии в ближайшие годы или даже десятилетия…».
Фостер, слабо убеждённая подобной аргументацией, взяла в руки бокал воды и медленно сделала глоток.
«Выберите шприц – любой из двух…» – с улыбкой произнёс Александр, показывая в сторону лежавшей на столе коробки.
«Левый…» – спокойно ответила девушка, с недоумением пожав плечами.
Полковник осторожно вынул из коробки лежавший с левой стороны шприц, и быстро засучил рукав рубашки, несколько раз сжав и разжав ладонь до появления вены, после чего к неимоверному удивлению наблюдавшей за этим таинственным процессом Элис, поднёс иглу шприца к руке…
«Что Вы делаете?!» – с изумлённым голосом произнесла Фостер.
«Легасову достаточно одной инъекции, вторая же предназначена для чего-то подобного – чтобы при необходимости на практике доказать безопасность данного препарата, в случае наличия сомнений…» – с улыбкой произнёс Трошин, не обращая внимания на побелевшего лицом Мазаева, готовясь сделать показательную инъекцию средства.
«Я Вам верю – в этом нет необходимости…» – быстро произнесла Элис, поспешно добавив – «Пусть лучше будет две дозы средства – на всякий случай…».
Александр, осторожно положил шприц на место, закрыл футляр и спокойно, как ни в чем ни бывало, опустил рукав рубашки.
Сергей вытер со лба, проступивший холодный пот, и нервно сделал глоток остывшего кофе.
Девушка задумалась на секунду, после чего, положив на стол фотографии и отодвинув коробку со средством, твёрдо произнесла – «Я не могу это взять…».
«Элис, но, Вы же понимаете…» – едва успел произнести Мазаев, прежде чем Фостер решительно перебив его речь, продолжила – «Я не могу это взять сейчас, чему есть ряд веских причин. Впрочем, ничто не мешает мне сделать это позже…».
С данными словами девушка взяла в руки свою визитку и на оборотной стороне быстро начеркала адрес анонимной электронной почты, после чего протянув её Трошину, деловым тоном проинструктировала – «Александр, перешлите на данный адрес все эти фотографии, а также подробное описание места, где они были сделаны. Госпиталь, корпус, этаж, палата, система безопасности и прочее. В общем, всё, что вам известно об этом месте. Сюда же сбросьте и указания о том, где вы оставите на хранение данное средство, здесь в Лондоне…».
«Сделаем…» – с улыбкой понимающе кивнул полковник, аккуратно убирая визитку в карман пиджака, понимая, что решение принято.