Страница 56 из 78
В такой тесноте и грязи крысы благоденствовали. Рут думала, что людям, вероятно, следует радоваться. Разве кому-то прежде удавалось спасти другие виды млекопитающих? Она снова попыталась представить тот странный мир, который унаследует будущее поколение, — если, конечно, новая зараза не завершит начатое чумой. Крысы, птицы, насекомые и рептилии представляли собой небогатую и враждебную окружающую среду, но это лучше, чем мир вообще без теплокровных существ. Целые века пройдут в попытках сохранить уцелевшие виды животных. Выжившие собаки, лошади или овцы станут бесценными. Где-то должны были сохраниться отдельные особи, прячущиеся или бродящие по горным вершинам. Тем важнее уберечь каждую из них.
Крыса извивалась, драла когтями проволоку и грызла собственную лапу. Рут отвернулась от мерзкого создания и увидела двух приближавшихся солдат. Мужчина, шагавший впереди, снял с плеча винтовку, хотя и держал ее стволом вниз.
— Это зона ограниченного доступа, рядовой, — сказал он. — Вы это знаете. Ланч еще через два часа.
— Конечно.
Рут не носила знаков различия. Скорей всего, ее приняли за рекрута, который высматривал, что бы стянуть или обменять из съестного. Вероятно, ей повезло, что она женщина, а то патруль вел бы себя куда строже. Маккаун дал Рут нагрудный знак, подтверждавший ее статус, но ученая не собиралась вытаскивать его из кармана. Так слишком легко было бы фиксировать ее перемещения.
Изобразив улыбку, она развернулась, чтобы уйти. Однако тут солдат заметил крысу и уставился вслед Рут. Взгляд его посуровел.
«Он думает, что я хотела ее стащить!» — осенило женщину.
Это было еще одним полезным свойством грызунов. Крысы уничтожали зерно и запасы пищи, но и сами превратились веду.
— Я ищу группу Баретта, — поспешно сказала Рут. — Вы не знаете, они сегодня сюда заходили?
Военный слегка расслабился. Баретт был одним из руководителей проекта по повторному заселению территорий — гражданских руководителей, хотя в этом проекте участвовали и военные.
— Вы опоздали, — сказал солдат, махнув рукой на запад, вниз по склону. — Я видел каких-то ребят с клетками не меньше часа назад.
— Спасибо.
Рут пошла прочь. Они выпускали первых пойманных крыс в старом городе — надеялись, что маленькие чудовища размножатся и распространятся по Скалистым Горам, уничтожая скопления насекомых. Эта была безумная затея. Но жизненно необходимая. Крысы отличались умом и редкой приспособляемостью, что делало их идеальным оружием в борьбе с насекомыми. Птицы бы тоже не помешали, если бы Кэм и его товарищи сумели поймать и вакцинировать достаточно плодовитых пар.
Рут уже знала, что может усовершенствовать вакцину. Она начала работать над новой системой опознавания, которая увеличила бы скорость уничтожения антигена, однако по настоянию Шога отложила в сторону свои теории. Вместо этого ей пришлось конструировать и выращивать культуру «снежного кома». Угрызениям совести не осталось места. Мир не мог ждать. Соединенные Штаты нуждались в новом оружии. Самолеты-разведчики и съемка со спутников показывали, что русские уже перевезли сюда пятьдесят тысяч солдат и почти двадцать пять тысяч беженцев и технического персонала. Впрочем, разница между ними почти не ощущалась. Во время бесконечных сражений на Ближнем Востоке все бывшее население России превратилось в отлаженную боевую машину. Каждый воевал или готовился к войне.
Перехватчикам США и Канады теперь чаще удавалось сбивать русские транспортники, прежде чем те добирались до побережья. Однако в последние дни захватчики прибывали со всех направлений: из Арктики, с Берингова моря, с южной части Тихоокеанского побережья. Вдобавок, они могли совершать посадку где угодно, не только в горах. Их самолеты прятались, взмывали в воздух и снова прятались, обманывая преследователей и радары североамериканцев.
Две головных части российской пехоты проникли в Неваду. Калифорния горела. Сухие леса охватили пожары, одновременно замедляя продвижение захватчиков и скрывая перемещения их войск. Рут сама видела фотографии. Дважды она участвовала в заседаниях вместе с генералами и штатскими агентами, чтобы обсудить параметры вакцины и возможные потери противника.
Рут оценила краткосрочные потери русских примерно в пять процентов. С годами, если технология не будет развиваться, внутренняя война между вакциной и чумой несомненно приведет к значительному количеству травм и смертей. Но пока это доставляло противнику лишь незначительные неудобства. Если не считать неудачников, что попадали в горячие точки, они отделывались в основном небольшим кровотечением и сыпью. Особо невезучим грозило глазное кровотечение, инсульт и остановка сердца. Если жертва была водителем или летчиком, это могло привести к печальным последствиям.
Русские были готовы заплатить эту цену. Временами их наступление приостанавливалось, однако они уже захватили сотни квадратных километров, присвоив мертвые города и аэропорты. Они быстро пересаживали свои войска на колеса, используя заброшенные американские автомобили и бронетехнику, — и вероятно, обещали поделиться вакциной с союзниками, чтобы получить подкрепление.
Американо-канадская шпионская сеть засекла многочисленные китайские эскадрильи, поспешно пересекавшие Тихий океан, чтобы помочь русским закрепиться на отвоеванном плацдарме. Вслед им двинулись обширные морские флоты. Враги уже захватили Гавайи. Они напали на крошечную американскую базу на горе Майна-Лоа, когда после взрыва повсюду отключилось электричество. Захватчики пошли на риск, потому что военные могли отправить на большую землю сигнал тревоги, — однако эти острова были идеальной стартовой площадкой для захвата материка. Похоже, китайцы не стали долго думать. С помощью вакцины они могли одержать победу в Гималаях, одновременно помогая русским захватить технологически развитую Северную Америку: ее превосходные пахотные земли, ее военные базы. Новые союзники поделят все по собственному усмотрению, если Рут не сумеет их остановить. «Снежный ком», возможно, был для армии США и Канады единственным способом отвоевать Запад, если они не желали отравить собственные территории ядерными взрывами.
Рут сделала это. Она представляла, как убивает «снежный ком», но воссоздавала его с тем же слепым упорством, с каким билась попавшая в ловушку крыса. Ей даже казалось, что решение приняли без ее участия. Миллионы людей нуждались в мощи нанооружия, чтобы выжить. Другим миллионам суждено было погибнуть. Эта бойня навсегда останется на ее совести, но многие жизни она спасет. Привкус вины ощущался во всем, чем она занималась. Это не давало ей спать. И мешало подойти к Кэму, даже теперь, когда он был ей нужней всего.
Принцип действия «снежного кома» больше напоминал химическую реакцию, чем работу настоящего механизма. Первоначально он входил в число нескольких АНЧ, которые развивали ученые в Лидвилле: антинаночастица, предназначенная для уничтожения техночумы.
«Снежный ком», состоявший из углеродной цепи, обогащенной атомами кислорода, должен был парализовать враждебную наночастицу, связывая ее молекулы в нефункциональные кластеры. Затем это зерно облепляли другие частицы «снежного кома», которые, в свою очередь, привлекали новые молекулы чумы, и так далее. Создатель технологии, Ласаль, назвал процесс «снежным комом», но ему так и не удалось придумать механизм, контролирующий или останавливающий его детище.
«Снежный ком» уничтожал любые органические соединения. Одна щепотка нанооружия способна была превратить в кисель все живые существа в радиусе сотен метров: людей, насекомых, растения, даже простейших и бактерии. К счастью, цепная реакция обрывалась почти мгновенно. Частицы «снежного кома» склеивались друг с другом, как и с чужеродными молекулами, и покрывались оболочкой из собственного углерода.
Культивировать их было невероятно сложно, поэтому в лаборатории Рут носила один из немногих защитных костюмов в Гранд-Лейк. Единственная ошибка могла убить ее. Однако «снежный ком» не трогал резину или стекло.