Страница 57 из 81
— Но ведь Саравак за проливом, — сказал Остин, помнивший, что Кучинг и Саравак расположены на соседнем острове, Борнео.
— Да. Но после окончания войны семья отдала территорию Британской империи. Клуб переименовали в его честь.
Бармен снова отошел. Курт отпил густого, крепкого кофе и мгновенно почувствовал себя немного лучше.
— Так что мы делаем в Сингапуре? — спросил Джо. — Помимо знакомства с историей.
— Двенадцать лет назад я участвовал здесь в спасательных работах, — объяснил Остин. — Перед самым переходом в НУПИ.
— Впервые слышу, — сказал Завала.
— То дело, наверно, до сих пор засекречено, но, поскольку оно имеет отношение к нынешней ситуации, слушай.
Джо подвинул табурет поближе и настороженно огляделся, словно их могли окружать шпионы. Курт усмехнулся.
— Тогда в Южно-Китайском море затонул «Праулер Е-6В». Это был опытный образец, и на нем стояло ценное оборудование, делиться которым с другой стороной нам очень не хотелось. Под другой стороной я имею в виду Китай, Россию и Северную Корею.
— Они и теперь на другой стороне, — заметил Джо.
Курт кивнул.
— Пилот использовал новый радар бокового обзора и шел вдоль границы воздушного пространства Китая. Мы полагали, что он сбился с курса и пересек черту.
— Вот оно что, — кивнул Джо. — Теперь понятно, в чем проблема.
— Ты же знаешь правила. В открытом океане кто нашел, тот и взял, но если самолет пусть одной ногой заступил на китайскую территорию и они бы нашли его, то собрали бы там половину своего флота и стреляли в каждого, кто приблизился бы на десять миль. И даже если он ничего не нарушил, мы знали, что они будут его искать.
— Конечно. Такой шанс.
— Вот именно. Поэтому мы объявили, что спасли пилота и подняли обломки. И даже состряпали видео, как подбираем его в море и загружаем на борт поискового судна секцию крыла. А тем временем мы с ребятами набрали группу местных, способных, не привлекая лишнего внимания и не вызывая подозрений у китайцев, найти и поднять настоящие обломки.
Парень, помогавший нам в этом деле, был контактом ЦРУ, известным как мистер Ион. Наполовину американец, наполовину малазиец. Знал всех и мог все достать. По слухам, до сих пор при деле. Но работает осторожно. Если пообещал, не подведет и не проболтается, но вечную верность хранить не станет: рассчитались — повернулся и пошел работать на других. Так или иначе, он помог нам собрать команду, включая и парня, бывшего с нами с первого дня. Его звали Андраш.
— С ним были какие-то проблемы? — спросил Джо, потягивая пиво.
— Только в самом конце. Он даже выявил предателя, связанного с китайской секретной службой. Но когда мы уже установили подъемное оборудование и готовились приступить к работе, погода резко испортилась. За три дня безделья я порядком изнервничался — до финиша рукой подать, а тут такая остановка. Решил, что будем поднимать «Праулер», несмотря на погоду. Собрал команду и вижу — Андраш отсутствует.
— И что же с ним случилось?
Курт отпил кофе.
— Мы прибыли на место, а самолета уже нет. Прошел слушок, что Андраша купили русские. У них как раз начался роман с капитализмом, и их «миги» расходились как горячие пирожки. Заполучив авионику и технологии «Праулера», они могли бы сделать скачок на поколение вперед.
— То есть этот парень уже тогда был скользким типом.
Курт кивнул.
— И что ты сделал?
— Еще при первом погружении я заложил в фюзеляж пятьдесят фунтов взрывчатки. У меня был приказ: если поднять «Праулер» не получится или возникнет угроза захвата его китайцами — взорвать самолет. Оставалось только подать сигнал. Я его и подал — через спутник. Русский самолет взорвался где-то над Камчаткой. Бедняги, возможно, даже не знали, какой груз перевозят.
Джо покачал головой.
— Да, жестокий бизнес.
— Жестокий, — вздохнул Курт, уже многие годы терзавшийся чувством вины из-за гибели ни в чем не повинного экипажа. — Такие вот дела. Поэтому если на этот раз кому-то и прижмут хвост, то пусть уж Андрашу. И я об этом позабочусь.
Джо опять огляделся.
— Я с тобой. Думаешь, мы найдем его здесь?
— Не его, но того, кто знает, где он. — Курт поднес к губам чашку.
Андраш переиграл его уже дважды. Несомненно, русские заплатили ему за передачу «Праулера». Взрыв — их проблема. А сейчас он, скорее всего, пересчитывает денежки за похищенных ученых. И опять-таки…
Курт снова посмотрел на картину с Белым Раджой. Однажды Андраш сказал, что когда все кончится, он обязательно станет королем. Интересно, что сейчас у него на уме?
Остин рассчитывал, что тот, кто звонил ему, сам выйдет на контакт, после чего они заключат некую сделку по обмену информацией. Но пока никто не подходил, никаких записок ему не передавали, и даже бармен не намекал, что их здесь кто-то ждет.
Все шло, как обычно: посетители обедали, бокалы звенели, темное небо время от времени озарялось вспышками.
Странно. В прошлом его нередко выручало некое шестое чувство, подсказывавшее, что за ним наблюдают. Сейчас оно молчало. Ощущение было другое: их отодвинули в сторону и благополучно забыли, как брошенную в кустах и потихоньку ржавеющую тачку.
Может быть, ему подсунули неверную информацию?
И тут двойные двери распахнулись, и в бар вошли трое мужчин. Двое из них, внушительных размеров, — определенно телохранители. Смуглолицые, с квадратными подбородками, они походили, скорее, на самоанцев, чем на малазийцев.
Перед ними шел мужчина поменьше, смахивающий на американца с примесью малазийской крови. Мягкие глаза, относительно гладкая кожа. Короткие темные волосы торчали иголками на круглой голове, слишком большой для щуплого туловища. На висках — проблеск седины.
Судя по одежде и непринужденной манере, ему могло быть лет тридцать пять — сорок, но Курт знал, что на самом деле он старше — под пятьдесят.
— Ион…
Мужчина повернулся на голос Курта и несколько секунд смотрел на него, оставаясь между телохранителями. Потом в глазах его мелькнуло узнавание, и лицо озарилось улыбкой.
Улыбка вышла принужденная и фальшивая и погасла так же быстро, как зажглась. Знак, означавший только одно: неприятности.
Глава 43
Человек, откликнувшийся на имя Ион, сделал шаг назад, оказавшись между и чуть позади своих телохранителей, которые мгновенно напряглись и вцепились глазами в Курта.
Глядя на них, он без труда представлял, как эти двое отделают их с Джо при малейшем подозрительном движении.
— Что же это за заведение, если сюда впускают таких, как ты, Остин, — заговорил Ион, почувствовав себя в безопасности. — Придется пожаловаться управляющему.
— Не вижу необходимости. Ты даешь информацию, и я исчезаю как ветер.
— Информация дорого стоит. При нынешней инфляции цены растут каждый день. Скажи, что тебе надо? И сколько ты готов заплатить?
— За тобой должок, — напомнил Курт. — Дашь то, что мне нужно, и мы в расчете.
— Я ничего тебе не должен, — возразил Ион.
Ничего другого Курт и не ожидал.
— В таком случае я предлагаю тебе шанс сохранить репутацию. Решай сам, чего это стоит.
— Сохранить репутацию? Что ты мелешь, Остин? И давай побыстрее, у меня столик заказан.
Курт сдержался, даже глазом не повел, лишь перевел дыхание.
— Я объясню, что тебя ждет, когда я вытру пол твоими охранниками и выбью информацию из твоей распухшей башки. — Курт обвел рукой комнату. — Представляю, как ты упадешь в глазах всех этих людей.
На лице Иона отразилось именно то, на что и рассчитывал Остин: злость, но злость с примесью страха. Что ж, может быть, он и послушает. С другой стороны…
Ион раздулся, посопел несколько секунд и обратился к охранникам:
— Этот человек опасен. Разберитесь с ним.
Стена самоанских мышц надвинулась на Курта. Один бил кулаком в открытую ладонь, другой ворочал шеей, похрустывая и улыбаясь. Оба были явно настроены подраться.