Страница 45 из 88
— Довольно! — рассердился Алишер и глянул на своих верных приближенных, которые только и ждали, чтобы броситься на старика и заткнуть ему рот.
Девушка в зеленой бандане стала пробираться к старику через толпу людей.
— Господь не может достучаться до отвернувшихся. И Он оставил тех, которые не любят Его. Но мы веруем в Господа, раз пошли через лишения, жару и опасности искать правду. Наши души и сердца открыты навстречу Богу, — с улыбкой, и не торопясь, стал говорить старик. — В тридцать пятом стихе двадцать четвертой суры говорится: «Бог есть Свет небес и земли. Свет Его подобен светильнику в стене: светильник в стеклянном сосуде; стеклянный сосуд блистает как звезда…Свет к свету! Бог ведет к своему свету, кого хочет. Аллах вразумляет людей сравнениями. Бог всеведущ»[12]. И не думайте о том, что скажут другие, что сделают другие. Пекитесь о своей душе. «Господь обязывает душу человека только к тому, что по силам ей»[13]. Отклоняйте злобу и страх добротой и любовью.
К старику подскочили верные Алишеру и начали стаскивать муллу с гранита.
— Да, в Коране написано, что к каждому поколению Бог посылает посланника из среды его самого. Это верно, — отбивался старик. — Но будьте чуткими, чтобы не принять оборотня за пастуха. Не обманитесь, правоверные! Сердцем слушайте, умом чувствуйте происходящее, чтобы не сбили вас с толку нечестивые, замыслившие злобное дело! — успел крикнуть мулла и упал на землю, увлекаемый сильными руками молодых фанатиков.
— Это ты нашего имама Али называешь нечестивцем, грязный старик?! — пнула его девушка в зеленой бандане. — Этот старый маразматик хочет увести вас от истины. Пророк Али говорит вам истину о том, что грядет, а вы, как бараны, слушаетесь этого умалишенного! — кричала девушка. — Все, что было написано в Коране прежде, устарело и кануло в Лету. Новая сейчас эпоха, и новое видение у Аллаха!
— Не верьте им, правоверные! Ад разгорится только тогда, когда вы повернетесь к нему лицом! — простонал с земли старик. — Им нужны наши жизни. Нет, они жаждут нашей смерти…
К мулле подскачил еще один фанатик и стал пинать старика и бить металлическим прутом, целясь в голову.
— Не смейте бить моего дедушку! — закричал Аман и рванулся защищать деда, но его, как щенка, отшвырнули в сторону сильные руки.
Надире, сидя среди остальных паломников, припала лицом к земле и накрыла голову руками. Рядом с ней мать с дочерью обнялись. Девочка от страха спрятала свое лицо, уткнувшись в плечо матери.
Люди сидели в оцепенении.
Вдруг Коран выпал из рук муллы, его рука обмякла и упала на землю. Натешившись, молодые фанатики расступились, вмиг забыв про забитого ими насмерть человека.
Алишер снова начал говорить, призывая паломников повиноваться ему. Только люди смотрели уже не на него, а на бездыханного старика, из-под сбившейся чалмы которого тоненькой струйкой на лоб стекала кровь и капала на землю.
Аман осторожно подполз к деду, несмело дотронулся до кровавой струйки, разглядывая ее потом на своих пальцах. Он хотел заплакать от ненависти и бессилия, но сдержался. Поднял с земли растрепанный Коран, стер с него пыль и спрятал за пазуху.
Алишер увидел, что все взоры паломников устремлены не к его персоне, а к убитому священнику, и разозлился.
— Уберите этого неверного!
Тотчас к Аману подскачили бойцы, снова швырнули его в толпу к остальным, а деда за ноги уволокли за развалины.
Мальчик сжал кулаки и стиснул зубы, глядя на жестокого проповедника. Их взгляды встретились, и глаза Алишера блеснули красным кровавым отблеском от костров.
— Мама, я хочу есть, — осторожно прошептала девочка почти на ухо матери.
— Потерпи, милая.
— Я хочу пить…
Алишер словно уловил мысли паломников и предложил людям поесть и выпить заветного эликсира:
— И отринет страх от ваших сердец! И не будете знать вы печали и тревоги!
В это самое время Лин, Майкл и Лика уже забирались наверх развалин.
Девушка в зеленой бандане снова стала разносить хлеб и сосуд с зеленой жидкостью.
— Пей! — приказывала она паломникам.
Надире отпила, но глотать не стала, только глянула на фанатку снизу вверх. Та замахнулась на девушку железной дубинкой.
— Глотай! — угрожающе прошипела она.
Надире упрямо продолжала смотреть на нее исподлобья.
Та снова замахнулась на нее. И Надире выплюнула ей в лицо зловещую зелень. Еще секунду — и строптивая девчонка получила бы железным прутом по голове, но Алишер предотвратил это окриком.
— Оставь ее, Джам!
Джам нехотя опустила руку с палкой и, покосившись на Надире, пошла дальше. А Надире с еще большей ненавистью посмотрела на Алишера. Он уловил ее мысли и взглядом приказал ей подойти к нему в тень. Один из его «верноподданных» поднес хозяину хлеб и чеплашку с чистой водой.
Надире нехотя подошла к Алишеру, присела рядом и отвернулась.
51
Ночью, когда в лагере паломников стало совсем тихо, остальные вселенцы пробрались к развалинам и притаились…
Забрезжил рассвет. Над саванной показались робкие лучи солнца. Однако некоторые из правоверных уже были на ногах.
— Что там происходит? О чем они говорят? — поинтересовался Майкл у Лина, лежа рядом с ним на песчанике между арок и прислушиваясь к разговорам растерянных паломников.
— Что это за жидкость они пьют? — не получив ответа на предыдущие вопросы, Майкл задал новый.
— Не знаю, — тихо отозвался Лин. — Они пусты, — задумчиво проговорил он.
— В смысле? — не понял Майкл.
— От них не исходят вибрации… Как будто весь их мозг превратился в желе или попросту высосан.
Ребята встревожнно переглянулись между собой.
Майкл активировал интерком.
— Влад, ты нашел раздражитель? — тихо спросил он.
— Да.
— Что он сейчас делает?
— Ест.
— Хм, они сейчас почти все едят, — досадливо отозвался Майкл, разглядывая паломников.
— Я остаюсь на связи, командир. Если что-то изменится, я дам знать, — проговорил Влад.
— Лин, я кое-что слышу, — прошептала Лика. — Я слышу разговор двух людей. Да, кажется, мужчины и женщины. Их имена… Их зовут… Алишер и… Подожди секунду, — прислушалась она.
— Алишер, говоришь? — насторожился Лин.
— Ну да, Алишер. А ее зовут… Ее зовут — Надире.
Лика с Лином тут же переглянулись.
— Тебе не почудилось? — засомневался Лин.
— Не-ет.
— Тогда задача упрощается. Значит, моя красавица все-таки отыскала своего принца. Вот только избежать неприятностей она не сумела. Она говорила, что Алишер бросил ее ради какого-то имама… Так-так…
Лин взял визор и стал разглядывать толпу.
— Нашел? — поинтересовалась Лика.
— Пока нет.
Подполз Майкл.
— Что тут у вас? — спросил он.
— Кажется, старые знакомые, — ответила Лика. — Ну, что? Она?
— Она, — подтвердил Лин. — Вот вам и ничего страшного, — с иронией заметил он, продолжая наблюдать за девушкой.
На руке у Майкла заработал интерком.
— Майкл, раздражитель поднимается, — известил Влад.
— Влад, теперь выявляй другого Паразита. Кстати, этот активный или пассивный?
— Активный, — донесся из динамика голос Влада.
— Поднимается, говоришь? Так вот кто наш имам Али. Оказывается, это тот самый пресловутый неверный любовник Надире. Ну-ну… Интересно, нимб ему голову не натирает? — усмехнулся Лин. — Выходит все-таки, что Надире чиста. И второй Паразит не она. Но тогда кто? Тем более — пассивный… Кто же он? Кто?
Вселенцы замолчали, погрузившись в размышления…
52
Солнце начинало припекать.
Надире смотрела вслед уходящему Алишеру. Смертельно хотелось есть и пить. Она отломила кусок от лепешки, которую не доел Алишер, и принялась жевать. Люди вокруг нее как-то очень странно выглядели. Будто перестали соображать. Глаза у них были какие-то стеклянные, невидящие, а взгляд — отсутствующий.
12
Коран — 24: 35
13
Коран — 23: 64