Страница 6 из 33
Теперь перейдем к старой взлётно-посадочной полосе. Экспертиза подтвердила, и я с этим согласен, что С-130 на ней приземлялся, собственно, его вынудили приземлиться, — кто, мы не знаем. Есть доказательства, что в этом принимал участие какой-то П-51, по крайней мере один, но вероятнее два или три. Можно также прийти к выводу — и довольно обоснованному, — что какие-то люди уже ждали на этом лётном поле приземления «сто-тридцатки». Там обнаружены ещё следы какого-то двухмоторного самолёта. Для меня очевидно, пока мне не докажут противоположного, что именно двухмоторный самолёт заблаговременно доставил туда людей, которые подготовили полосу для посадки С-130. — Артур Шеридан пристально посмотрел на присутствующих. — Мы подошли к главному. Речь идет не просто об исчезновении самолёта и его экипажа. И даже не о том, что куда-то подевались пять атомных бомб. Суть в том, что согласно известным нам фактам… — Он заколебался, стараясь подобрать точные слова, чтобы высказать опасение, которое уже разделяли и другие… — Суть в том, что группа людей, о которых мы ничего не внаем, захватила с неизвестной целью транспортный самолёт ВВС. И в их руки попали пять атомных бомб…
Следующий вопрос можно было не произносить.
Что они будут делать с бомбами?
4
Управляющий домом, сидевший за своей конторкой, что-то проворчал. Он не торопился подняться. Зачем ему торопиться? Элегантный костюм этого чернокожего не произвел на него впечатления. Как, в конце концов, и он сам.
Никогда ни один проклятый ниггер не производил впечатления на Чарли Джексона. Вот уже восемь лет, как Чарли ведает сдачей внаем квартир в этом доме и не имеет жалоб от жильцов. И дальше бы так. Вот поэтому-то и не следует пускать в свой дом черномазых, иначе не оберешься хлопот с этими наркоманами и распутниками. А впрочем, просто выставить такого за дверь уже не получается. В угоду всей этой вашингтонской болтовне о гражданских правах приходится разыгрывать перед ними спектакль. Чарли Джексон не хочет для себя неприятностей. Ему доверен дом с прекрасными квартирами, и те крючкотворы из Вашингтона, черт их побери, не втянут его ни в какую передрягу. Тут, в Канзас-Сити, люди знают, как обращаться со своими ниггерами. У них есть свой район в городе, у белых — свой, и те и другие могут сколько угодно толкаться вперемешку в кино, в ресторанах, но им не обязательно садиться на тот же самый унитаз.
Чарли Джексон холодным оценивающим взглядом посмотрел на человека, который стоял перед ним.
Один из тех умников, которые, научи их только немного грамоте, уже думают, что вся эта проклятая страна принадлежит им. Видали мы таких. Учился в колледже, конечно. К чертям эти колледжи! Протолкнули его кое-как, дали клочок бумажки, и вот вам, посмотрите, он уже корчит из себя образованного! Могу присягнуть, он и в армии побывал. Ну и что? И я служил, и двадцать миллионов других ребят служили, но мы же не считаем, что весь мир задолжал нам. А держится неплохо, ей-богу. Распушил хвост, словно павлин, ждет, когда Чарли Джексон покажет ему свой зад.
— Как, говоришь, твоя фамилия, бой?
Чарли Джексон не рассмеялся, когда негр весь напрягся. Он попал в цель — «бой» всегда действует на них как удар кнута.
— Мур. Джин Мур. Мне нужна однокомнатная квартира, мистер Джексон.
Чарли Джексон вынул изо рта сигарету и начал крутить её между пальцами, оглядывая со всех сторон, словно в комнате нет никого постороннего. Выдержав длинную паузу, он поднял глаза.
— Ну известно, — проговорил он с умышленным сарказмом в голосе. — А деньги у тебя есть?
Негр снова напрягся, и Чарли Джексону захотелось хлопнуть себя по колену. Ну, этого он подцепил как следует! Не без удовольствия он наблюдал, как Джин Мур стиснул зубы, прежде чем ответить:
— Да, у меня есть чем заплатить за квартиру, Джексон. Безразлично, сколько это будет стоить, деньги у меня найдутся.
— Для тебя я мистер Джексон, бой.
— Меня зовут не бой, мистер Джексон. Меня зовут Мур. Мистер Мур.
Джексон громко прыснул.
— Ну разумеется, конечно. Не надо хорохориться, бой. — Джексон посмотрел на него широко раскрытыми глазами. — О, я забыл назвать тебя мистером, да?
Джин Мур пропустил мимо ушей эту шпильку.
— Покажите мне, пожалуйста, квартиру.
— Подожди, некуда торопиться.
— Деньги у меня не черные, они зеленого цвета, — холодно заметил Мур.
— Да неужели? А впрочем, может, и так. — Джексон откинулся в кресле, оглядывая с ног до головы негра, который стоял перед ним. — Ясное дело, я хотел бы сначала увидеть твои деньги. Не имею особого желания тащиться с тобой по всему дому, а потом обнаружить, что ты морочишь мне голову. Ты ж меня понимаешь, правда?
Какое-то время негр не отвечал. Затем поставил чемодан на пол. Не спуская глаз с Джексона, он достал кошелек и вынул пачку двадцатидолларовых банкнотов. Джексон скорчил удивленную мину.
— Это в самом деле твои деньги, бой? А ты случайно не стащил их у кого-нибудь? Бо…
— Хватит! — Голос негра прозвучал холодно и резко.
И Джексон вздрогнул от этого тона, который не допускал возражений. Он начал подниматься с кресла, раздраженный не на шутку.
— Оставьте, Джексон, — сказал Мур, спокойный и уверенный в себе. — Поигрались себе в свою игру, а теперь довольно. Или показывайте квартиру, или откажите мне. Что-нибудь одно.
Управляющий домом и негр посмотрели друг другу в глаза.
— А иначе ты явишься сюда со своими борцами за гражданские права и стаей адвокатов добиваться справедливости? Так я тебя понял?
Джин Мур пожал плечами.
— Всё зависит от вас, мистер Джексон.
Джексон тяжело вздохнул, выдвинул ящик и достал большую связку ключей.
— Хорошо, пойдем. — И, показав на чемодан, добавил: — А это можешь оставить тут.
— Нет, благодарю, чемодан я возьму с собой.
— Думаешь, кто-то его украдет? — насмешливо хмыкнул Джексон.
— Идемте, пожалуйста.
Джексон повел его в четыреста вторую квартиру. Они поднимались по лестнице, хотя Джексон мог вызвать лифт, но он пробурчал, будто лифт неисправен. На самом деле ему просто хотелось посмотреть, как этот черномазый будет тащить по лестнице свой тяжелый чемодан. Сначала вверх, а затем вниз. «Надо проучить этого сукина сына, — подумал управляющий, — слишком уж он образован».
В квартире Джин Мур, тяжело переводя дух, осторожно поставил свою ношу на пол. Он прошелся по комнате, выглянул в окно и повернулся к Джексону.
— Сколько?
Этого Джексон не ожидал. Вот так соглашаться на первую же свободную квартиру, которую ему предлагают? Чертовщина какая-то. Ведь тут самая плохая мебель во всём доме. Правда, негр не может этого знать.
Джексон задумчиво пожевал окурок сигареты.
— Я тебя пущу сюда за две с половиной сотни в месяц, — сказал он наконец.
— Две с половиной сотни? Двести пятьдесят долларов в месяц за это? — Мур обвел рукой маленькую квартирку.
Джексон засмеялся и пожал плечами.
— Твое дело, согласиться или нет. Имей в виду, платишь на месяц вперед и задаток пятьдесят долларов. На всякий случай — за поломку, порчу вещей, понял? У тебя какой-то дикий вид. Тебе ясно, к чему я веду? Начнешь устраивать тут пьянки, потом найдешь себе черномазую кошечку, появятся наркотики, и не успеешь оглянуться, как у тебя тут будет не квартира, а притон.
Джин Мур взглянул на него.
— Слушайте, не заходите слишком далеко.
Джексон сделал новый ход:
— Я имею право знать, что мои жильцы приносят с собой, как ты считаешь?
Негр посмотрел на него, не понимая. Джексон кивнул на чемодан и продолжал:
— Ты что-то слишком дорожишь своим барахлом. Не спускаешь с него глаз, так? Что там у тебя, бой?
Джин Мур поставил ногу вплотную к чемодану.
— Речь идет о найме квартиры, Джексон, — сказал он. — Если я правильно понял, выходит, двести пятьдесят за квартиру, двести пятьдесят — месячный аванс и пятьдесят задаток за возможные повреждения. Следовательно, в сумме это пятьсот пятьдесят долларов. — Он посмотрел управляющему прямо в глаза. — Я снимаю квартиру и плачу на месте.