Страница 41 из 70
Вальтер Ульбрихт
В 12.30 советским войскам поступил приказ — восстановить порядок. И в центр города, к Бранденбургским воротам, двинулись танки. Раздались выстрелы. В ответ восставшие бросали свое оружие — камни, палки, бутылки. Американцы войск в Восточный Берлин не вводили. В Москву полетели сообщения, о том, что порядок восстанавливается и скоро все будет завершено. В итоге вооруженных столкновений погибли свыше ста человек, тысячи граждан, участников манифестаций, были арестованы. Были арестованы также и жители Западного Берлина, которые прибыли в столицу ГДР из чувства солидарности, а некоторые были направлены агентурными организациями. Часть их них приговорили к высшей мере наказания. 19 июня маршал Соколовский отправил в Москву Молотову и Булганину телеграмму, в которой сообщалось, что волнения прекратились и что в них большое участие приняли нелегально перешедшие из Западного Берлина жители, которых для этих событий специально инструктировали американские офицеры. В эти же дни в Берлин вылетел министр внутренних дел СССР Л.П. Берия, который лично осматривал Берлин и получил исчерпывающие сведения от советского военного руководства. Как стало известно позднее, по его приказу были расстреляны также несколько советских солдат, которые отказались стрелять по безоружным людям. Восстание 17 июня 1953 года было подавлено, власть СЕПГ снова установилась в Берлине и во всей стране. Позднее официальные руководители ГДР расценивали события 17 июня, дня «X», как попытку «фашистского переворота», как попытку возврата к прежним временам гитлеровской диктатуры. Для большинства же населения Восточного Берлина, да и Западного в том числе, произошедшие волнения, стреляющие танки на улицах, гибель безоружных людей стали сильнейшим эмоциональным потрясением. Советские танки нанесли удар по мечтам о демократии и свободе, как позднее между собой тайно говорили жители в Берлине. Была подорвана вера в социализм с человеческим лицом, была подорвана вера в Советский Союз. События 17 июня 1953 года в Восточном Берлине имели свои последствия в Москве — 26 июня неожиданно был арестован всемогущий министр внутренних дел СССР Лаврентий Берия, которому инкриминировалось свершение заговора с целью захвата власти, его объявили агентом иностранных спецслужб.
Вильгельм Пик
В декабре того же года Берию и еще нескольких его подчиненных расстреляли. В Западной Германии ситуация складывалась иного рода. Для увековечивания памяти о стихийной демонстрации рабочих и жителей, для увековечивания памяти о погибших в августе 1953 года в ФРГ вышел закон, согласно которому день 17 июня объявлялся днем национального воссоединения. Одна из центральных улиц Западного Берлина тогда же, в августе 1953 года, была названа в честь этого трагического события улицей 17 июня. Со временем интерес к памятной дате 17 июня 1953 года на Западе стал стихать. В Восточном Берлине же его конспиративно называли как день «X», напугавший Москву.
Разрушители стены
Если невозможно перелезть через стену, то надо сделать под нее подкоп, так рассуждал в 1961 году знаменитый двадцатишестилетний спортсмен, бывший чемпион ГДР среди юношей по плаванию Хассо Хершель, когда, оказавшись в Западном Берлине по поддельному швейцарскому паспорту, решил не возвращаться на родину. И он серьезно задумался о том, как ему перетащить в свободный мир своих родственников и близких людей. Что для рытья требуется? Конечно, рабочие руки, инструмент и… деньги. Желающих тотчас приступить к работе было достаточно, инструмента хватало, а вот с деньгами возникли сложности. Отыскать спонсоров оказалось не так-то просто. Дело было нелегальное. Если полиция узнает…
Возведение стены в августе 1961 года между Восточным Берлином, столицей ГДР, и Западным Берлином для Хершеля, как и для миллионов жителей двух частей когда-то единого города, явилось полной неожиданностью. Никто не предполагал, что правительство ГДР решит укрепить границу столь жестким и радикальным способом. Высокую кирпичную стену построили буквально за одну ночь с 12 на 13 августа. Торопились побыстрее поставить преграду, чтобы остановить поток нелегальных беженцев, не дать людям возможность уйти на Запад, прекратить утечку мозгов, рабочих рук и прочих ценностей. Только за июль 1961 года, по данным разведки ГДР, на Запад ушли тридцать тысяч жителей ГДР. Эти данные легли на стол руководства ГДР, затем их переправили руководителю СССР Н.С. Хрущеву. Что ему оставалось делать? Воздушный барьер возвести невозможно да и опасно. Оставалось протянуть границу по земле. Первое на немецкой земле государство рабочих и крестьян, объявив своей целью построение социализма по советскому образцу, должно было соответственно и защищаться. После долгих переговоров, из Москвы поступило добро, его дал Хрущев. И послушные воле Социалистической единой партии Германии восточные немцы взялись за лопаты и мастерки. Это был, конечно, трудовой подвиг.
Берлинская стена
Сотни грузовых машины с кирпичом и цементом двигались всю ночь. Правда, под охраной советских танков. В памяти еще были свежи события 17 июня 1953 года, когда на улицы вышли рабочие и после экономических требований выдвинули политические — воссоединить Берлин, воссоединить Германию. И вот теперь появилась стена — четкое разделение города. Со стороны Запада можно было протестовать, возмущаться, ходить вдоль стены, кричать, расписывать ее красками, пинать ногами, но преодолеть ее уже было невозможно. С противоположной стороны появились охрана — одетые в пограничную форму автоматчики с собаками, протянулись ряды колючей проволоки. Выход в Западный Берлин был закрыт. И с каждым годом стена становился все прочней и прочней, все выше и неприступней. Постепенно кирпичную кладку заменили мощной железобетонной оградой, поднявшейся на высоту свыше четырех метров. Стену возвели по всей территории города, и она составляла свыше 43 километров. Затем стена вышла далеко за пределы Берлина, в общей сложности протянулась на 155 километра и замкнулась. Ни объехать, ни пройти. Западный Берлин был в ограде, оказался окружен со всех сторон. Рано утром 13 августа 1961 года берлинцы узнали, что отныне живут в двух разных городах. Стена и колючая проволока в общей сложности перегородили 193 улицы, 8 трамвайных путей, 4 линии метро. В приближенных к границе местах были заварены водопроводные и газовые трубы, перерезаны электрические и телефонные кабели. Линия границы пролегла через площади, мосты, бульвары, кладбища, пустыри, пруды, парки, жилые дома и административные здания. Одновременно полицейские закрыли канализационные ходы. Но так ли хорошо стена охраняется? Может быть, попробовать перелезть? Хассо Хершель объехал стену на автомобиле по периметру. С западной стороны никакой охраны нет, только с восточной. Но даже если там стоят пограничники, то не через каждые сто метров. Должны быть бреши. Попытку перелезть через стену вскоре пришлось оставить. 21 августа 1961 года был застрелен первый беженец, пытавшийся перебраться из Восточного Берлина в Западный. Так начался отсчет человеческим жертвам. Жители Восточного Берлина были в шоке. Приглашенных на свадьбу не пустили к дому невесты — там пролегла граница. Почтальоны были в замешательстве — как развозить почту? Порой дело доходило до абсурда. Один житель Западного Берлина, некий Петер Зелле, не дог добиться выезда к нему из Восточного Берлина законной супруги. Никакие обращения в официальные органы ГДР не действовали — он повсюду получал отказ. И тогда он отыскал в Западном Берлине женщину, похожую на его жену, и решил воспользоваться ее паспортом, как жительницы Западного Берлина. Но эту попытку тотчас пресекли пограничники ГДР, объявив такое деяние злосчастной провокацией. Немногим больше повезло вначале жителям домов по улице Бернауэрштрассе, чьи окна выходили на западную часть города. Люди стали выпрыгивать из окон. Поспешившие им на помощь жители Западного Берлина расстилали одеяла, палатки, ловили их. Некоторые промахивались, ломали кости, убивались насмерть. И все равно прыгали. Все это продолжалось до тех пор, пока пограничники ГДР не ворвались в квартиры этих домов и не замуровали окна. Ситуация с каждым днем становилась по-настоящему враждебной, воинственной. Обо всем этом знал Хассо Хершель. Газеты, радио и телевидение ФРГ и Западного Берлина рассказывали разные жуткие подробности. Показывали сцены побега и самих перебежчиков и павших под пулями пограничников ГДР неудачников. Конечно, можно было воспользоваться официальным переходом, например, на улице Фридрихштрассе, где на одном ее конце имелся переход, названный по-американски — Checkpoint Charlie, Чекпойнт Чарли, или же чуть дальше, на станции городской электрички «Фридрихштрассе». Но для этого требовалось предъявить соответствующие документы. Пограничники ГДР зорко следили за проходившими, дотошно проверяли паспорта жителей Западного Берлина, заносили в свои списки, а жителей Восточного просто не пропускали. Кроме пенсионеров. И то не всегда. В общем, это была еще та морока. Хассо Хершель решил действовать наверняка. Оставался единственный надежный способ — совершить подкоп.