Страница 66 из 70
- Поговорим?! - Не теряя решительного настроя, Ассандр уселся в кресло.
Гадриан, как лежал ничком на кровати, так и продолжал лежать. Только тёмные выразительные глаза с тоскою смотрели на незваного гостя.
- М-м-м...
- Влюбился?! - Излишне жизнерадостно произнес кронпринц и стащил виноградину из вазочки. - Понимаю...
- М-м... - явно неодобрительно отозвался Гадриан.
- Дурак!
Это вырвалось как-то нечаянно. Ассандр собирался сказать совершенно другое, а Гадриан приготовился слушать излияния старшего про свою любовь, и всё, что было с ней связано. Но оскорблений никак не ожидал.
- Почему это я дурак? - Младший стремительно сел и с обидой уставился на старшего.
Кронпринц в душе расхохотался. Он понял, что надо сказать брату, чтобы тот пришёл в себя. А то кручинится, как сказочная царевна, смотреть противно.
- А чего ты в ней нашел? Непочтительная! Злопамятная! Воинственная! Чуть что, сразу за меч хватается. А рубится так, что страшно становится! Вот скажешь ей что-нибудь не то, или посмотришь искоса. Всё! Убьёт!
- Да как ты!.. - Взревел Гадриан, вскакивая с кровати и... замер, недоумённо глядя на хохочущего брата. - Чего ржёшь?
- Радуюсь твоему возвращению из плена хандры и уныния. Скажи мне, Гадриан, что тебя ТАК напугало в этой девушке, что ты уже который день не ешь? Вон, виноград уже в изюм почти превратился. Ни с кем не разговариваешь? Неужели, её шрам?
Гадриан вздрогнул.
Он сам себе боялся признаться в том, что именно это увечье на милом лице пугало его больше всего. Ведь там, в зыбком видении она была безупречна, но жизнь горько посмеялась над его чувствами.
- Это так больно... - выдавил из себя признание младший.
- Больнее, чем ей? - Жёстко спросил Ассандр.
Гадриан хотел что-то возразить, оправдать свои мучения, но, неожиданно осознал, что просто испугался. Потому что реальность оказалась совсем не такой, как виделось в мечтах: нежная, трепетная, самая прекрасная из женщин оказалась бесстрашной, смелой, умеющей постоять за себя девушкой. Она и жива-то осталось только благодаря этим качествам. И только этот злополучный шрам!
- Нет...
- Тогда, почему ей хватает мужества жить с этим, а ты пасуешь? Потому что кто-то осудит твой выбор?
- Нет.
- Потому что рядом с ней ты будешь выглядеть жалко?
- Нет!!
- Потому что она не примет твоих чувств?..
- Нет!!!
- ...посчитав их за жалость.
- Да...
- Хм... Так не спеши. Докажи ей, что она не вызывает в тебе жалости, а интересна, как человек.
- Как?
- Прими предложение Метаки, - Ассандр улыбался, как профессиональный искуситель. - Тренируйся с ними.
- А ты? - Гадриан умоляюще посмотрел на брата. Ему нужна была его поддержка. Хотя бы первое время.
- Раз уж вызвался помогать, - наигранно вздохнул кронпринц, - придётся расплачиваться по полной! А уж как Метака обрадуется погонять меня по площадке...
- Спасибо...
Плаут так и не решился войти в комнату младшего сына, но очень внимательно прослушал весь разговор. Подслушивать, конечно, недостойно, но очень полезно. Сколь всего узнаёшь за несколько минут. Младший влюбился в Геленику Сеймур. Что ж, не удивительно. Когда-то её мать пленила сердце самого Плаута. Значит, у мальчика такой же вкус, как и у отца. Что справедливо и по отношению к Ассандру, который любит Метаку. Но кронпринц удивил отца ещё и тем, что нашёл верную нить разговора со страдающим братом, помог ему разобраться с чувствами. И сделал это буквально несколькими фразами.
- Пожалуй, сын умнее, чем я в его годы... - пробормотал себе под нос император и направился по своим делам.
Часть 13
Смешанные чувства владели графом Саубером.
Радость от того, утерянный много лет тому назад Эсделик наконец, найден. Никто и предположить не мог, что накопитель памяти находится в Экумине, нижнем мире. Теперь их род 'Временных отрезков' возродится! Эйнар входит в силу. Но, пока ещё рано возвращаться в Элави. Мальчик должен вырасти. А за это время, что они вынуждены будут находиться здесь, можно родить ещё детишек... Й'ола уже говорила об этом.
Сколько же ей пришлось перенести?! И те долгие десять лет ожидания неизвестно чего. И трудный путь в Экумин, когда она чуть не погибла. Опережающие опять нарушили клятву. Не остановились даже перед могуществом клана 'Стечений обстоятельств', считая, что покушение на Й'олу останется тайной. Мёртвые же молчат.
Ничего! Эсделик восстановит справедливость. Пряха передаст его Эвридис, и совет кланов разберётся с той давней историей: кто был прав, кто виноват.
А вот от того, что пришлось признаться Плауту, Гедеон испытывал растерянность. Сможет ли император, как прежде, воспринимать его как подчинённого? Не выдаст ли своим поведением? Кто знает, кто ещё из археев проживает в этом мире, или посещает его время от времени? Только конфликта с опережающими в Экумине ему не хватало! Втягивать в свои разборки людей было бы просто преступно.
Й'ола сразу поняла, что визит мужа к императору закончился совсем не так, как того ожидал Эйрл.
- Что случилось?
- Эсделик нашёлся, - граф даже не пытался сдержать радостной улыбки.
- Что?! Ты не шутишь?
- Нет, милая. Император Плаут добыл его в каком-то монастыре. И теперь хочет изменить историю.
- Вот как... И ты согласился ему помочь, - Й'ола поняла всё мгновенно.
- Да. Но, для того, чтобы он не наделал новых ошибок, ему сейчас нужны очень хорошие советчики. Парочка таких людей у него во дворце имеется, но я думаю, что совет отца не помешает. Он согласился?
- Он думает.
- Хм... Он думает. Его сын думает. Весь дворец думает!
- О чём думает дворец? - полюбопытствовала Й'ола.
- О том, что крыша в правом крыле протекает, и о том, что мыши опять испортили паркет в парадном зале, - женщина рассмеялась, радуясь, что муж не растерял своего чувства юмора. - Я вот тоже думаю, что надо всем рассказать, что обстоятельства изменились.
Выслушав графа, Некий понял, что на этот раз не сможет придумать отговорок, для того, чтобы избежать встречи с сыном. Клятвы, обеты, обещания... всё потеряло смысл перед появившейся у Плаута возможностью изменить историю. Что он выберет? Какую ошибку решит исправить? Что больше всего захочет изменить? Не будет ли это ещё большей ошибкой?
Фанагор просто сидел ошеломлённый тем, что существует такая возможность - изменить свою судьбу. Он прекрасно понимал, что ради него граф не будет активировать артефакт. Колдун по отдельным фразам понял, что процесс это трудный, длительный и небезопасный. А кто он такой, чтобы просить архея изменить и его жизнь? Правильно сказала Яэль: каждый выбирает свою дорогу сам, и никто не принимает за тебя решения.
Сама Пряха лишь загадочно улыбалась, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Знала ли она, каким занимательным будет это путешествие, когда отправилась разыскивать в Экумин пропавшую подругу? Даже она не могла предположить, что так замысловато переплетутся судьбы. Такие неожиданные события произойдут. Столь удивительные люди встретятся ей на пути.
- Ты прав, Эйрл, - Некий всё взвесил, и решил открыться сыну. - Мне надо повидаться с Плаутом.
- Хорошо. Завтра отправимся в Тронберг.
- А почему не сегодня? - Лукаво поинтересовалась Пряха. - Ещё совсем не поздно.
Й'ола посмотрела на подругу укоризненно. Вот насмешница, всё никак не может перестать поддразнивать их с Эйрлом. Да, они соскучились друг без друга. Чего завидовать-то? Лучше бы перестала потешаться над Фанагором, скинула с себя рабочий облик, предстала бы во всей красе, да осчастливила бы мужчину. Нравятся ведь друг другу, а ведут себя как глупые подростки!
Яэль прекрасно поняла мысли подруги, поджала губки, чтобы не рассмеяться в столь неподходящий момент, подмигнула Й'оле, и повернулась к Фанагору. Но высказаться ей помешал граф.